Коты туманного города
Когда ты садишься на специальную циновку, то, конечно, можешь просто поспать, как и все. А можешь познавать мир, используя один лишь слух. Сначала ты ничего не видишь, лишь ощущаешь, как негромко переговариваются две подружки слева и шутят благородные лэры совсем недалеко. Затем приходит особое видение мира. Не знаю, у всех ли перед закрытыми глазами проносятся мириады тонких нитей, но точно понимаю, что медитация – лучшее время, чтобы разобраться с ними в полной мере. Раньше я просто бездумно разглядывала, сейчас же пыталась найти в них какую-то закономерность. Тонкие прутики линий медленно вились перед глазами, сплетаясь в узор. Я настолько погрузилась в свои мысли, что не сразу заметила нечто странное.
Но в этот раз меня отвлекли. На грани слышимости, сквозь завесу погружения в себя, я услышала тихое:
– Слышь, она правда того?
Рядом послышались смешки и странный шелест.
– Думаю, да.
Рядом послышались смешки и перешёптывания, когда в этот момент я резко открыла глаза и попыталась встать.
Ребята, находившиеся прямо перед моей раскрытой сумкой, даже отшатнулись от неожиданности.
– Что вы делаете?
– Не твоё собачье дело! – огрызнулся один из них, рыжий и более наглый по сравнению со своим полным другом, явно подпевалой.
– Ты здесь никто, чтобы возмущаться. Можем прямо сейчас тебя отсюда выгнать или ещё что поинтереснее, ничего за это не будет, понятно? Мышь серая!
Но в этот момент вмешался преподаватель:
– Товарищи студенты, не изволите повернуться ко мне лицом? На ваши спины я уже достаточно насмотрелся.
Тот, ко стоял ближе ко мне, мерзко улыбнулся и повернулся к преподавателю вместе со своим товарищем. Я бы их назвала «Тонкий и толстый», но решила держать своё мнение при себе. Но ассоциация с книгой осталась.
Однако диалог вопреки ожиданиям этих парней, явно лэров, развития не получил. Им хватило лишь строгого взгляда преподавателя, чтобы успокоиться и сесть на свои места.
Я знаю такой тип людей. Как правило, скрытые комплексы и желания делают из них жестоких чудовищ: не сильно опасных, но не менее уродливых. Жаль, что я не стала высказываться. Где-то внутри терзала обида, но я ничего не сделала, лишь ниже опустила голову, чувствуя, как густо покраснела от злости.
Группа, до этого заинтересованно прислушивающаяся к разговору, занялась своими делами. Ещё бы, это всё же интереснее, чем просто сидеть и медитировать.
Постепенно разговоры стихали, звуки отдалялись – я села медитировать, спиной чувствуя, как меня прожигает один ненавидящий взгляд.
«Это тот рыжий парень», – шепнула Орни.
Я лишь мысленно пожала плечами. Едва ли его так называемая ненависть продержится дольше этой пары. Думаю, к концу занятия он и думать забудет не то что обо мне, да и обо всём на свете: все знали, что благородные лэры после пар любят посиделки в лучших ресторанах Центрального Квартала.
Знала бы я, как ошибалась.
* * *
– Да брось, Свэр, это всего лишь девчонка.
Полный паренёк с золотыми артефактами на пальцах похлопал по плечу друга. Тот недовольно вскинулся, сверкая чёрными глазами.
– Нет, но ты видел, как на меня смотрела эта лэра Роуди. Ещё бы, меня, благородного лэра, перебили. И кто? Какой-то жалкий старикашка с «двоеурочья»!
Рыжеволосый парень раскраснелся, да так, что на его лице стали отчётливо видны рыжие пятна веснушек. Было видно, что тема его выводит из себя:
– А ещё эта серая мышка. Как она на меня смотрела. Боги, ненавижу! Ненавижу их всех!
– Свэр, – парнишка попытался успокоить своего товарища, но тот его будто и не слышал.
– Заткнись, Сэм!
И выбежал в коридор. Ноги вели его в тёмное нутро закрытой библиотеки. Там никого не было, но проблема ли это для Дара Железа?
Но тут он будто наткнулся на невидимую стену: прямо перед ним материализовалась фигура в чёрном, протягивая что-то живое. Но ни сообразить, ни понять ничего он не успел – мерзкая субстанция зашевелилась и бросилась в сторону рыжеволосого лэра.
«Я дам тебе силу, лэр Даниэль, – взорвалось болью в голове. – Я дам тебе…»
* * *
«Нора! Нора!»
Я и сама это чувствовала – как же не вовремя! Только хотела заглянуть в библиотеку, а там…
Еле нашла пустую аудиторию – обратилась и, стараясь не сильно шуметь, побежала в сторону, куда указывала точка на «радаре». Неужели?
Среди разбросанных библиотечных книг стоял рыжеволосый лэр со злобно горящими глазами. Сила вокруг него пульсировала, пугала и завораживала одновременно.
– Лэр Даниэль? – я от удивления произнесла это вслух.
– Огненный Вихр-рь, – прошипел он. Так себя назвал, что ли?
Первый удар оказался неожиданно злым. Гроздья мелких железных прутиков срикошетили от щита и чуть не подожгли ближайшую полку с книгами.
Мелкий, стремительный, вёрткий – он не пытался бежать и искать свою жертву, что было странно. Он вообще был странным. Вихрь, как он себя называл, оказался совсем уж слабым соперником – в два удара я его скрутила и без особых проблем лишила Свэра его паука.
«И что это было?» – недовольно проговорила я, приводя одногруппника в чувство.
«Не знаю. Но это было очень странно», – задумчиво проговорила Орни, осматривая его. Бледный, с мокрыми, налипшими на лоб волосами, благородный лэр выглядел жалко.
– Свэр! Что ты с ним сделала?
В нашу мирную идиллию ворвался его дружок и попытался привести того в чувство. О, я вспомнила имя одногруппника. Второго звали похоже. Сэм, кажется. Боги, вечно я страдаю от того, что не могу запомнить имя!
– Я? Н-ничего, – отчаянно дрожа, я даже отступила на шаг. – Я пришла, когда он г-громил библиотеку.
И ведь не соврала – так и было. Ну почти. Очень вовремя прибежал Сэм – появись он на пару минут раньше… Прикрыла глаза. Я не хотела думать об этом.
Один раз я так попалась – еле ноги унесла. А потом долгое разбирательство с «начальством», его угрозы вернуть меня в подземелья и пытать там, пока «не избавишься от всей той дури». Словом, не хотелось бы повторения.
А про меня эти лэры уже, казалось, и вовсе забыли. Прошло меньше минуты, прежде чем оба скрылись за поворотом. Оставив меня наедине с разбросанными и местами обгоревшими книгами.
«Может, так и оставим?» – с надеждой спросила я, оглядывая учинённый беспредел.
«Надо», – коротко отозвалась Орни, посылая мне волну тепла и поддержки.
Я и сама понимала, что надо. Но так не хотелось…
Книг оказалось очень много. Пусть и заброшенный сектор, он тем не менее был посещаем, пусть и не так часто, как хотелось бы – уборщица здесь явно халтурила, потому как пыли и грязи я собрала достаточно. Хорошо, что мне помогала Орни. Иначе, думаю, было бы сложнее. Обгоревшие экземпляры я сложила в мусорный мешок в надежде, что этого никто не заметит – от них едва ли что-то осталось – ни починить, ни вернуть в исходный вид. Пропащее дело, словом.