Воин пяти Поднебесных: Пророчество
Сайык, с разбитой губой, толкнул однокашника в спину.
— Веди старшего ученика в безопасное место.
Сквозь шум драки послышался пронзительный свист.
— Стража! — закричал кто-то.
Тут же сутолока прекратилась, и драчуны бросились врассыпную. Цзянь волок Синьдэ, но далеко они уйти не успели. Он уже собирался спрятать старшего ученика в переулке, когда их настигла шумная и буйная толпа.
Тогда Цзянь загородил Синьдэ и принял боевую стойку.
Он испытал огромное облегчение, когда понял, что его окружают знакомые лица. Двое взрослых учеников подхватили Синьдэ под руки и понесли в школу. Цзянь хотел помочь, но старшая ученица Гвайя его удержала.
— Знаешь, где больница?
Он молча кивнул.
— Приведи лекаря, да поживее. — И Гвайя толкнула Цзяня в спину. — Скорее, дурак! Беги!
И он побежал.
Глава 17. Командорство СанбаТайши понадобилось шестнадцать дней, чтобы достичь юго-западной границы княжества Син, где находилась Санба. Преодолеть все Просвещенные государства было той еще задачей, тем более что она покинула погребальную гору в Шулане на исходе зимы второго цикла, когда наступала сырая весна третьего.
В пору ее детства такое путешествие заняло бы месяц, учитывая непредсказуемую погоду. Дороги в те времена были разбиты, плохо проложены, да и просто опасны для путников. Иногда два тракта не удавалось свести вместе, если подряд при помощи подкупа получал какой-нибудь бестолковый вельможа, умеющий разве что играть на флейте. На качество работ он не обращал внимания, недоплачивал рабочим, разворовывал средства. Когда ошибку обнаруживали, никто не заботился о том, чтобы ее исправить. Рабочие жали плечами и расходились по домам. Путешественники же упирались в тупик и были вынуждены тащить лошадей и повозки через поля, леса и болота, пока им не удавалось выбраться на нужную дорогу и продолжить путь.
Всеобъемлющему взяточничеству пришел конец, когда князь Янсо убил своего наставника. Внезапно возвысившийся казначей покойного императора Сюаньшина, да длится вечно его величие, сразу ухватился за возможность расширить торговлю и справиться с безработицей. Кроме того, он пощипывал имперскую казну, чтобы вырвать средства из рук своих главных соперников — Сунри и Саана, двух генералов императора. Сунри, чья любовь к созданию армий уступала лишь страсти вести солдат на убой, быстро поняла, в чем польза хороших дорог, и последовала примеру Янсо. Вскоре в игру вступили все правители, и повсюду пролегли удобные, безупречно соединяющиеся дороги. Хоть за что-то Тайши была благодарна князьям.
Последние несколько часов она провела, глядя в окно повозки и восхищаясь пенными порогами на реке. В висевшем над ними тумане мелькала рыба. Повозка затряслась и остановилась на краю обширного озера. Желая знать, в чем дело, Тайши открыла окно и высунулась, придерживая платок на голове. Немедленно ее обдало брызгами и оглушило грохотом волн. Соседние пассажиры возмущенно завопили, требуя закрыть окно. Не обращая на них внимания, Тайши вытянула шею, чтобы получше разглядеть.
Стремительное течение неслось кругами, превращаясь в огромную черную воронку. Клуб тумана поднимался над серединой озера и растворялся в небе; сквозь него проблесками виднелась колеблющаяся от ветра радуга. Тайши вытаращенными глазами смотрела на это зрелище, как крестьянская девчонка, впервые приехавшая в командорство, когда вдруг заметила под поверхностью воды яркие искорки.
Что за таинственное место представляла собой Санба?
Не доверяя собственным глазам, Тайши толкнула локтем дремлющего соседа. Старый рудокоп с растрепанной бородой и недельным слоем грязи на лице приоткрыл глаза и повернулся к ней спиной. Тайши уже собиралась толкнуть женщину, сидевшую с другой стороны, когда раздался громкий стук. Повозка, задрожав, стала уходить в землю. Только тогда Тайши догадалась, что они въехали на деревянную платформу, которая теперь опускалась. Небо и земля скрылись из виду, сменившись глиняными стенами. По ним, как металлические змеи, вверх и вниз ползли десятки цепей.
Платформа проехала несколько сотен шагов и, заколыхавшись, остановилась. Тайши увидела нечто вроде просторной подземной площади. Вокруг платформы гуляло множество людей, в том числе хорошо одетых, — некоторые были с семьями, — и как будто никто не видел в этом ничего странного. По краям площади стояли торговцы, предлагая свои товары и зазывая покупателей, за всем бдительно надзирали одетые в желтое стражники.
Это была обычная сцена из городской жизни, не считая того, что площадь находилась в огромной пещере с земляным потолком на высоте третьего этажа, подпертым деревянными балками. Три стены пещеры были из камня и земли, а четвертая — справа от Тайши — представляла собой завесу воды, падавшей сверху и скрывавшей устье пещеры. От воды густо летели брызги, и площадь, казалось, окутывал утренний туман.
Повозка съехала с платформы и осторожно покатила сквозь толпу, направляясь к водяной стене. Достигнув края площади, она повернула налево. Тайши посмотрела вниз на водяную бездну, исчезавшую в бесконечной темноте. Казалось, бездна смотрит на нее. Затем Тайши подняла голову и увидела клочок неба, почти скрытый непрестанно льющейся водой. Она не сразу поняла, что находится у основания облака тумана, которое стояло над озером. Тайши заметила несколько висевших на цепях огромных зеркал, которые отражали солнечные лучи, освещая подземный город.
— Впервые в Санбе? — спросила соседка.
Тайши молча кивнула, пока повозка катила по высеченной в скале дороге вокруг водопада.
— Здесь красиво.
Старуха фыркнула:
— Не верь глазам своим. Санбу не зря называют жопой мира.
— Потому что это подземный город?
Соседка указала на просвет.
— Потому что водопад Санбы — заднепроходное отверстие Чжун, а здешние олухи — дерьмо, плавающее в уборной. Будь осторожна, женщина. Санба именно такова.
Повозка описала три четверти круга и свернула в туннель. Деревянные колеса застучали по каменным плитам — повозка катила по дороге, освещенной с обеих сторон шахтерскими лампами. Уклон стал таким крутым, что пассажирам приходилось цепляться за ограждение, чтобы не свалиться. Затем повозка круто повернула направо, сильно качнувшись, и два внутренних колеса на мгновение оторвались от земли. Тайши ухватилась за сиденье так, что побелели костяшки. Погибнуть под перевернувшейся повозкой — паршивая смерть. К счастью, они выправились и поехали дальше под гору.
Тайши сбилась со счета, сколько ярусов они миновали, все глубже уходя под землю и на каждом повороте въезжая в новый туннель. Каждый ярус был темнее предыдущего, а его обитатели — беднее одеты.
Наконец повозка остановилась у конюшни. Кучер спрыгнул и принялся вытаскивать вещи и клянчить на чай. Тайши сделала вид, что не заметила его протянутую руку; она забрала свой маленький узелок и вскинула его на спину. В основном ее пожитки состояли из нижнего белья и еды. Немногие ценные вещи были надежно спрятаны в склепе.