Три короля. Как Доктор Дре, Джей-Зи и Дидди сделали хип-хоп многомиллиардной индустрией
В доме 1520 на Седжвик-авеню, впрочем, обстановка была довольно мирной, не в последнюю очередь благодаря присутствию плечистого Герка и его подручного – эмси Кока Ла Рока, разогревавшего выступления импровизированными фразами, которые вскоре можно было слышать повсюду: «Туси, не тормози!» и «Все вместе под один бит!» По мнению многих историков, вечеринки Герка заложили фундамент хип-хопа в 1973 году. «Он – отец, – говорит Кэз, выросший всего в трех кварталах от дома 1520. – Он тот парень, что вдохновил всех остальных… Не было никого, когда Герк начинал» [51].
Если кто и мог сравниться с Герком по части эффектного присутствия, так это Бамбаатаа. Даже сегодня этот здоровяк-диджей ударной волной вылетает из машин и врывается в рестораны с мощностью Невероятного Халка. О его происхождении известно немного, и сам он подсказок не дает («Я родом из вселенной… Потомок звездного семени, так можно сказать», – заявил он в 2009 году на нашем первом интервью) [52]. Он появился на этой планете – его родила землянка (по крайней мере, так он сам говорит) – в конце 1950-х или около того. Он вырос в жилом комплексе Бронкс Ривер Хаусез, одном из безобразных творений Мозеса, в десяти минутах к востоку от родной улицы Герка. К началу 1970-х он стал главарем Black Spades.
Примерно тогда же во время поездки в Африку он открыл для себя ласкающий слух грув музыки Фелы Кути, легенды афробита; вернувшись, Бамбаатаа основал мирную организацию «Вселенская нация зулу». Он убедил многих «черных пик» сложить оружие и принять новую философию, тем самым закрепив проповедуемые им ценности: диджеинг (проигрывание пластинок), эмсиинг (ритмическая читка под бит), граффити (уличное искусство) и бибоинг (брейкданс). Позднее он добавил пятую ценность: знание.
«Нам всем следует проявлять уважение к культуре и обычаям других людей на этой планете, – сказал мне Бамбаатаа. – Не ведитесь на эти уловки: „Я черный, коричневый, желтый, красный, белый“». (Эти высокопарные слова не очень вяжутся с некоторыми скандальными обстоятельствами: недавно его обвинили в сексуальных домогательствах к мальчикам-подросткам в 1980-х [53] – сам он категорически отвергает все обвинения. По-видимому, ввиду нью-йоркского закона о сроках давности уголовного преследования его не привлекут к ответственности, тем не менее «Нация зулу» исключила его из своих рядов.) [54]
Бамбаатаа был не первым человеком, который крутил пластинки или рисовал граффити, воспевал искусство эмси или бибоев, но на вечеринках в Южном Бронксе он объединил все четыре ключевых элемента. Он знакомил слушателей с музыкой, которую нашел в Африке – от Кути до нигерийских музыкантов джуджу [55] вроде Кинга Санни Аде, – и пластинками Sly and the Family Stone, Херби Хэнкока и Kraftwerk. Продолжительные грувы Бамбааты положили начало золотой эре брейкданса.
Тем временем в нескольких милях к югу от Седжвик, 1520 на сцену благодаря еще более продвинутым приемам тернтейблизма выходил Грэндмастер [56] Флэш. Он популяризировал скретч – технику ритмичного подергивания пластинки вперед и назад, которую в 1975 году изобрел его приятель Грандвизард Теодор. (Когда он подростком оттачивал диджейские навыки, мать то и дело врывалась к нему в комнату и требовала сделать потише; в один из таких моментов он от испуга задел пластинку локтем – так получился главный звук в тернтейблизме.) Вскоре Теодор заработал репутацию одного из самых искусных диджеев района, как и Флэш, который прославился еще больше: он использовал две вертушки одновременно, нарезая брейки с точностью суши-повара [57].
Техника уже появилась, но информация в те дни распространялась небыстро. «В узком понимании хип-хоп напрямую зависел от местности, – объясняет Кэз. – Если вы из Бронкс-Ривер, вы узнавали о хип-хопе от Бамбааты. Если вы с Вест-Сайда, вы узнавали о нем от Кула Герка. А если из Южного Бронкса, то от Флэша» [58].
Из них Бамбаатаа стал первым, кто вызвал интерес за пределами Бронкса. В 1978 году Том Силверман, получивший степень по геологии в Колби-колледже, вместе с другими недавними выпускниками школы штата Мэн запустил «Вестник танцевальной музыки» (Dance Music Report). Однажды Силверман заскочил в магазин Downstairs Records на задворках Таймс-Сквер и увидел толпу подростков из Бронкса. Они искали пластинки Incredible Bongo Band, а также рокера Билли Скайера и поп-рок-квартета Monkees. Когда он спросил, почему им нужны именно эти альбомы, те ответили почти с религиозным трепетом: «Мы скупаем все, что играет Африка Бамбаатаа» [59].
Восходящий жанр во многом был абсолютно оригинальным. В то же время он казался смутно знакомым.
«Хип-хоп был всегда, испокон веков, – говорит Теодор. – Племенные люди собирались у костра и рассказывали детям истории – прямо как эмси сегодня. Мои предки били в барабаны – как диджеи сегодня. Были танцующие под барабаны – вот и бибои. А потом идешь в пещеры и видишь иероглифы… Это как и граффити-художник… Все четыре элемента хип-хопа. В принципе, мы просто заново его изобрели» [60].
* * *
Возможно, бит существовал всегда, но люди, исследующие его возможности, появились каждый в свое время. Географически самым близким к Бронксу был Шон Комбс, также известный как Паффи, Пафф Дэдди, Пи Дидди и Дидди; он родился 4 ноября 1969 года в Гарлеме. Почти через три года его отца Мелвина Комбса застрелили в машине [61], припаркованной на Сентрал-Парк-Уэст, – некто из его круга решил, что он готовился к разговору с властями об одной деликатной сделке [62].