Невеста против (СИ)
Здесь же не было никого, кроме нас и этой удивительной ели… Я сорвалась с места и поспешила к ней, осторожно коснулась зеленых иголок, потянулась к яркой игрушке в виде ангелочка и тут же одернула руку, побоявшись испортить эту прелесть. Я с восторгом рассматривала необычные и очень изящные украшения, на некоторых ветках висели яблоки и печенье, сделанное в форме елочек, орешек, человечков и бог весть чего еще!
Глаза снова наполнились влагой, и я даже жалобно шмыгнула носом. Оливер возник за спиной и осторожно притянул к груди.
— Эта не совсем та реакция, на которую я рассчитывал, не нравится? — вполголоса спросил герцог.
— Нравится, очень, — отозвалась я и снова шмыгнула носом.
— Никогда не понимал, что такого в этом обвешанном дереве, но сегодня готов признать, что ошибался, — мне нравится ваша улыбка.
Я действительно улыбалась, рассматривая рисунки на круглых игрушках из тонкого стекла: они напоминали мне мыльные пузыри!
— Вам нужно поесть, вы по-прежнему ужасно бледны, графиня, — герцог настойчиво потянул меня куда-то всторону, и мне снова пришлось подчиниться.
— Я не голодна, — нагло соврала ему, потому что мне нетерпелось разглядеть все украшения, коснуться каждой игрушки и… узнать, что спрятано под елкой в ярко-красной коробочке, украшенной золотистой лентой. Это… подарок для меня, правда!? Озвучить вопрос вслух я не решилась… трусиха!
— Ну, конечно, так я вам и поверил! — хмыкнул герцог. — Я ведь могу заставить вас есть и считаю, что имею на это полное право! — придав голосу металла, добавил он.
Я перевела взгляд на огромный стол из темного дуба, заставленный закусками и самыми разнообразными блюдами. На мгновение меня даже охватывает беспокойство: еды так много… неужели мы ждем гостей!? Но я быстро успокаиваюсь, осознав, что столовых приборов приготовлено только на две персоны, и усаживаюсь на стул, скользя взглядом по тарелкам и вазам.
Запах запеченного мяса и свежей выпечки привычно вызвал во мне тошноту. Горечь подступила к горлу, и я поджала губы, едва не расплакавшись от досады, а потом взгляд зацепился за вазочку, наполненную оранжевыми плодами. Мандарины? Я не верила своим глазам, потянулась дрожащей рукой и схватила один из них, тут же глубоко вдыхая аромат экзотического фрукта.
Их было не так-то просто найти, да и стоили они ужасно дорого. Отец лишь дважды покупал пару десятков на рождество! Нам с сестрой было запрещено к ним прикасаться, но я, конечно же, утащила парочку для себя и Алиски. Он тогда тоже разозлился, но я была убеждена, что оно того стоило.
Они пахли так же, как и в детстве: теплом и солнцем, и немного щекотали обоняние. Я принялась торопливо очищать кожуру.
— Не думал, что вы начнете именно с них, — следя за мной внимательным и немного насмешливым взглядом, произнес он.
— Я чувствую, что смогу их съесть, а вот насчет остального…пока не уверена! У меня в последнее время есть некоторые проблемы с аппетитом, — честно призналась ему я.
— И все же вам нужно питаться, графиня, иначе вы окончательно ослабнете и зачахнете, а ведь нам с вами еще придется пройти через суд, — хмурясь, напомнил Оливер.
Я вздрогнула, при упоминании о суде и едва не выронила фрукт, но вовремя опомнилась. Стоило только попробовать одну дольку этого чудесного лакомства, и я снова забыла обо всем на свете, закрыла глаза, мечтательно улыбаясь, и едва не замурлыкала от удовольствия. Приятный сладкий вкус с легкой кислинкой в сочетании с удивительным ароматом напрочь лишали меня всякого стыда и совести, так как я даже не заметила, как съела еще три мандарина.
Сдвинув в сторону приличную горку из кожуры, я виновато опустила глаза: кажется, от смущения я даже покраснела. В животе заурчало, и я удивленно прижала к нему ладонь, как будто таким образом можно заглушить этот протяжный звук, а потом с удивлением поняла, что я совершенно не чувствую тошноты и безумно хочу есть.
Я тут же потянулась к столу, чтобы положить себе жаркое и кое-что из легких закусок. О существовании герцога я и думать перестала, увлеченно пробуя то одно, то другое угощение! Я не помню, когда в последний раз ела так увлеченно и без опасений тут же распрощаться с едой. К вину не прикоснулась: я и раньше не питала к нему особой любви, а уж теперь и подавно, зато выпила три фужера клюквенного морса — жуть просто! Никогда не испытывала слабости к кислым ягодам!
— Я рад, что у вас появился аппетит! — с улыбкой проговорил француз.
— Я тоже, — честно ответила ему, откладывая вилку в сторону.
Я прожевала последней кусочек запеченной на вертеле баранины и посмотрела в его глаза. Поведение герцога: странный жест необыкновенной щедрости, атмосфера праздника вокруг меня, здесь, в этом маленьком уединенном домике, казались мне почти нереальными. Часть меня все еще опасалась его, ожидая подвоха, выискивая мотивы, рассуждая над тем, чего мне будет стоить этот день, наполненный приятными сюрпризами…
— Желаете немного отдохнуть?
— Я не устала, — несколько встревоженно и поспешно заверила я.
Оливер усмехнулся, поднялся со своего места и красноречиво протянул мне руку, спокойно проигнорировав мои заверения, в том, что я полна сил, как никогда.
— Вы могли заметить, что в противоположном конце залы есть прекрасный камин. Предлагаю вам расположиться в кресле напротив и выслушать меня, — вежливо, но настойчиво проговорил он.
Я согласно кивнула, следуя за ним и лишь слегка прихрамывая.
Камин действительно был, внутри приветливо потрескивали небольшие поленья, распространяя тепло и уют.
Я опустилась в кресло и тут же откинулась на спинку, расслабляя мышцы и отчетливо ощущая приятную истому в теле: хотелось накрыться теплым пледом и задремать.
Герцог тем временем избавился от фрака, белоснежная шелковая рубаха, расстёгнутая им на три пуговицы, несколько смягчала его образ, хотя я ощутила некоторое беспокойство, когда он избавился от верхней одежды.
Немного закатав рукава, Оливер опустился на широкую медвежью шкуру, расстеленную прямо напротив камина и задумчиво следил за языками пламени несколько минут. Его лицо стало строже, в нем появилась некоторая напряженность, которая тут же передалась и мне.
— Думаю, нам лучше начать этот разговор прямо сейчас, пока у меня еще есть в запасе парочка сюрпризов, способных позже сгладить неприятный осадок и вернуть вам хорошее настроение, — проговорил он.
Я вцепилась в обивку кресла, отчего-то опасаясь услышать самое худшее и сильно сомневаясь в том, что его сюрпризы смогут исправить ситуацию. Это как раз то, чего я опасалась: не бывает настолько хорошо и волшебно просто так! Мышка вцепилась в сыр, не заметив мышеловки?
— Хорошо, начинайте, — тихо проговорила я, ощущая скованность в горле.
— Я хочу поговорить с вами о предстоящем суде, Риана! К сожалению, как я уже говорил вам ранее, избежать его не удастся, но мы с вами вполне можем рассчитывать на счастливое разрешение этого неприятного приключения, если вы прислушаетесь к моим советам! — он развернулся ко мне и следил за моим лицом, строгим и острым взглядом.
— Я слушаю вас! — выпрямляю спину и отвечаю ему тем же.
Страх змеится по полу и касается моих ступней, вызывая неприятное покалывание.
— Я хочу, чтобы вы признались, что добавили яд в бокал с вином, но сделали это исключительно с целью покончить с собой, Крайнов же стал жертвой несчастного стечения обстоятельств! — спокойно поясняет Оливер.
— Что? — испуганно переспросила его. — Вы хотите… чтобы я солгала в суде?
— Именно, — отзывается герцог. — Поверьте, мне очень импонирует ваша реакция — я бесконечно дорого ценю честность и открытость в людях, но это совершенно иной случай! К тому же, вы уже признались мне, что действительно не намеревались убивать графа, не так ли?
— Да, конечно, я просто… просто хотела защитить себя… — я замолкаю и отвожу взгляд, чувствую как дрожат губы и мутнее от слез в глазах.
— Все нормально, вам незачем вдаваться сейчас в эти неприятные воспоминания, Риана. Напротив, я бы хотел, чтобы вы слушали меня и запоминали, как все было «на самом деле», — выделяя интонацией последние три слова, проговорил герцог.