Я мужчина. Борьба

– А если я не уйду, что ты мне сделаешь?
Карие глаза Оливии опять загорелись похотью.
– Не глупи, детка. Всё будет, по-моему, и ты это знаешь.
– Как скажешь.
Хорошая девочка, послушная. Я встал, натянул домашние штаны и проводил Оливию до лифта, пообещав утром позвонить, но знал заранее, что она меня опередит.
Пока стоял под душем, вспомнил, что и, правда, я с ней уже четыре месяца. Чем-то эта малышка меня зацепила, а её папаша сулил мне хорошие перспективы слияния с его фирмой в Италии. Ладно, поживём – увидим, а пока меня всё устраивает.
Выйдя из душа, сразу повалился в кровать, моля всех богов дать мне крепкий сон без сновидений, но, видимо, меня уже долго никто не слышит. И опять, как и все предыдущие ночи, я долго лежал без сна, выгоняя из своей головы образ той, которая так сильно засела в моём сердце. Джинни Престон, маленькая зеленоглазая обманщица, спекулянтка чувствами и та, по которой я до сих пор сохну.
Первый месяц я так сходил с ума, что не мог спокойно находиться дома, метался, как зверь в клетке, каждый грёбаный вечер напиваясь и думая о ней. Несколько раз в пьяном угаре порывался ей позвонить, но её номер не обслуживался. Тогда хотел лететь к ней, опять увезти её силой и плевать на всё, на неё в том числе, держать возле себя и не отпускать. Но потом вспоминал её последние слова, и во мне просыпались дикая ярость, обида и злость. И тогда я проклинал её, обзывая всеми матерными словами, которые знал.
А потом ко мне явился Майклс со своей дочерью, хотел предложить мне выгодный контракт. И почему я не видел эту малышку раньше? С того дня она стала моим небольшим утешением в постели. Умная и опытная бабёнка, то, что мне тогда было нужно. Меня потихоньку начало отпускать, стал меньше думать о Джинни. А потом вообще подумал: нет, ну, а что? И решил попробовать отношения с Оливией. В принципе, пока всё шло неплохо, но я не торопился.
И как всегда, я не понял, как уснул.
Первая половина следующего дня пролетела незаметно, я уже собирался позвонить Оливии, чтобы позвать на обед, как меня опередил мой отец.
– Привет, сын.
– Привет. Как там мама?
Про сестру даже знать не хотел. С этой маленькой тварью больше не разговаривал и открыто рассказал родителям, что она творит, пока их нет рядом. Я ведь обещал.
– С ней всё хорошо. Я вот чего звоню. Мэт попал в аварию.
– Что? Когда?
В этот момент зашёл мой секретарь, но я знаком показал выйти.
– Вчера вечером, сейчас он в больнице.
– Что с ним? Как это случилось?
Охренеть. Мэт. Мне стало не по себе. Плевать на всё, мой друг в беде. Я в момент забыл нашу ссору и, схватив пиджак, направился к выходу из кабинета, внимательно слушая отца.
– Я не знаю точно, что произошло, но покалечило его нормально, его уже прооперировали. Машина в утиль.
– Слава Богу, что жив.
– Это да. Я подумал, что ты должен знать.
– Ты правильно сделал, что позвонил и сказал.
– Прилетишь? Мы с мамой уже едем в аэропорт.
– Да, тоже выезжаю.
– Хорошо, тогда увидимся.
– Да, пока. Маму поцелуй.
Отец отключился, а я тут же набрал секретаря, приказал подготовить самолёт к срочному вылету и отменить все встречи на этой неделе.
Погода вконец испортилась, шёл сильный дождь и рвал ветер, диспетчер ни в какую не давал разрешение на вылет. Я сидел в самолёте и ждал, всё больше злясь на эту задержку. Сука, вот как специально. Про Оливию забыл напрочь, но она о себе напомнила, пришлось отшить её на время. Пообещал по возвращении обратно обязательно её навестить и сделать с ней всё, что она захочет. Только после этого она успокоилась.
Через пару часов мой самолёт взлетел и вскоре я уже был в Сан-Франциско и мчал в больницу, в которой был Морган.
Я совсем не думал, что ему скажу, не думал, как он отреагирует на меня. Мне было абсолютно плевать, главное убедиться, что он в норме и…и наладить отношения, вернуть нашу дружбу. Только сейчас я понял, как мне его не хватает.
Влетев в больницу, быстро узнал, где палата Мэта, и рванул туда. Возле дверей столкнулся с четой Морган. Кара, видимо, плакала, а Стив крепко прижимал её к себе, успокаивая.
– Привет, Кара. Как он?
– Ох, Кларк, ты приехал!
Стив пожал мне руку, а Кара обняла и поцеловала в щёку.
– Уже нормально. Не всё так плохо, как казалось поначалу.
– У него треснуты несколько рёбер, сломана нога и раздроблена коленная чашечка, вывих руки и, что совсем удивительно, лёгкое сотрясение.
– Да, уж.
– Ночью ему прооперировали ногу. Сейчас он чувствует себя нормально, даже шутит уже.
– Узнаю Мэта.
Кара опять всхлипнула и уткнулась в грудь мужа. Я улыбнулся, они до сих пор здорово смотрелись вместе, как и мои родители.
– Как всё случилось?
– Иди к нему, он сам всё тебе расскажет.
– Да, хорошо. Мои родители тоже скоро приедут.
– Да, мы в курсе. Едем встречать.
Я кивнул и пошёл к Мэту. Открыв дверь, сразу же шагнул в палату и увидел друга, брата и своего сослуживца, наполовину перебинтованного, с загипсованной ногой.
– Привет, брат.
– Ну, здравствуй.
Я подошёл к кровати и протянул ему руку. Мэт несколько секунд рассматривал протянутую руку, а затем крепко пожал и потянул на себя. Мы крепко, как в былые времена, обнялись и похлопали друг друга по плечам. Мэт слегка поморщился, видимо, я не рассчитал силы.
– Я рад, что ты приехал.
– Я тоже. Мир?
– У нас нет выбора.
– Рассказывай, как тебя так угораздило?
– Да, что тут рассказывать? Гребанные тормоза пропали, а я летел домой.
– На слегка не маленькой скорости.
– Ты меня знаешь.
Сука, как же я по нему скучал. Мы ещё немного поболтали, как всегда, в своей манере, как будто и не было этого времени вражды и непонимания между нами.
– Ты, кстати, вовремя во всех планах, – загадочно сказал Мэт.
– Ты о чём?
– Сейчас придёт моя невеста, хочу вас познакомить.
– Ого, быстро ты.
– Да. А чего тянуть, когда встретил ту единственную?
– Я рад за тебя, брат.
– Будешь шафером.
– Думал, не предложишь.
Я видел, как светятся глаза друга и понял, что он счастливчик, и в который раз порадовался за него.
– Ты сам-то как?