Возможно мы…

Предложение было, конечно, заманчивое, но я хотела остаться дома, надеть футболку Серёжи и ждать любимого в его доме.
– Нет, спасибо. Я домой.
– Уверена? Может не надо пока быть одной? Ну, мало ли…
– Она не одна. Я побуду с Машей столько, сколько надо.
Катя утвердительно кивнула, и Медведь махнул рукой, мол, как хотите.
Зайдя в нашу квартиру, я тут же схватила телефон, в надежде, что кто-то звонил, и, может есть какая-то информация, но кроме звонков от Кати и одного от родителей, не было ничего.
Я каждый день ждала, просыпаясь с мыслью, что, может быть, сегодня тот день, когда хоть что-то узнаю о моем Великане. И каждый день ничего не приносил.
– Ну, всё, я поехал. Звони, если что.
– Спасибо, ты тоже. Пока, Валер.
Медведь молча кивнул и вышел за дверь. Я же решила, что присутствие Кати не обязательно, но, видимо, сейчас в ней, как никогда, проявилось острое чувство опеки.
– Маш, мне плевать, хочешь ты или нет, но сегодня я остаюсь у тебя. Что приготовим на ужин?
– А как же твой?
– Он в курсе и сказал, чтобы сколько надо, столько у тебя и оставалась.
В конце концов, я сдалась. Приняв душ и переодевшись в так мною любимую футболку Сережи, мы удобно расположились на кухне.
– Ты как? Пришла в себя?
Катя налила нам чай, пока в сковороде готовилось что-то вкусное.
– Даже не знаю… Такое сейчас чувство, что это всё происходило не со мной. Я до сих пор не могу поверить, что смогла его ударить ножом. Я ведь… Он…
– А у тебя был выбор? Думаю, если бы даже ты убила его, всем стало бы только лучше. И не смотри так! Я знаю, о чём ты думаешь! Это была самозащита! С тобой было бы всё хорошо.
– Пускай будет так.
Я тяжело вздохнула и посмотрела на календарь. Скоро будет полгода, как Серёжи со мной нет. Почти пять месяцев неизвестности о нём. Я тяжело вздохнула.
– Ну, ты чего?
– Катюх, я безумно по нему скучаю… Этого не передать.
Катя даже не стала спрашивать, о ком я, только кивнула, встала и, разложив ужин по тарелкам, поставила на стол.
– Понимаю и вижу. Держись, зайчик, мы рядом. Он вернётся, все в это верят. Ему есть ради кого жить и к кому он, хоть босиком, но придёт. А тебе сейчас надо себя беречь и хорошо кушать. Налетай.
Да, умеет подруга поддержать! Я и так это знала, верила, но больше всего чувствовала, поэтому ждала, не думая о плохом.
Время близилось к вечеру, мы удобно расположились в гостиной на большом диване, изредка просматривая какой-то сериал, но большую часть времени просто болтали. Вернее, болтала Катюха, а я с улыбкой её слушала.
Звонил Медведь, чтобы ещё раз убедиться, что со мной всё в порядке, и я под присмотром. Ольга даже собиралась приехать, еле её отговорила, пообещав, что и дальше буду хорошо следить за своим состоянием, и, если что, сразу ей позвоню. Про Олега даже спрашивать не хотелось, я и так знала, что теперь меня обязательно несколько раз вызовут, как потерпевшую.
– А завтра выходной, и мы с тобой… Кого это принесло?
В дверь позвонили, и я вся напряглась. Катя с вопросом посмотрела на меня. Неужели опять? Я схватила руку Кати, в испуге смотря ей в глаза.
– Я не знаю… Кать, свои не должны.
– Ладно, разберёмся.
Катюха пожала мою руку, взяла на всякий случай телефон и подошла к двери. Я вышла за ней следом. Ну, не могла её одну оставить. Посмотрев в глазок, она пожала плечами и, повернувшись ко мне, удивлённо сказала.
– Там какая-то женщина, нашего возраста… с ребёнком.
Снова раздался звонок в дверь. Я также ничего не понимала, но любопытство взяло верх.
– Открой, Кать.
– Уверена?
– Да.
Катюха открыла дверь наполовину, не решаясь открывать полностью, и со сталью в голосе спросила.
– Чего Вы хотите?
– Здравствуйте, мне нужна Мария Скорц… Маша.
– Зачем она Вам?
– Простите, а Вы кто?
– Я её подруга.
Я подошла к Кате и шире открыла дверь. Перед нами стояла красивая девушка, на вид ей, действительно, было столько же, сколько и нам с Катей.
– Я вас слушаю.
Она держала за руку хорошо одетого малыша, который ерзал и норовил вырвать руку.
– Здравствуй, Маша. Меня зовут Яна, а его Алёша.
Я кивнула и улыбнулась мальчику, который шагнул к нам, но Яна отдернула его к себе.
– Это я писала тебе полгода назад. А он – сын Олега.
– Аааа… Теперь немного ясно. И зачем ты пришла?
Я положила руку Кате на талию и слегка сжала, в надежде, что она немного умерит свой горячий пыл. Яна же даже не обратила на неё внимания, продолжая смотреть на меня, оценивая и, в конце концов, кивнула на мой живот. Я по инерции прикрыла его рукой.
– От Олега?
– Она совсем? – не выдержала Катя. – Так, дамочка, нам и тогда хватило вашего яда. Уходи.
– Нет. Этот ребёнок не от него. Чего ты хочешь?
– Поговорить. Впустишь? Мы ненадолго.
Я кивнула и отошла в сторону, Катя же закатила глаза, показывая всем своим видом, как она недовольна моим решением. Яна с мальчиком зашли, и она стала его раздевать, аккуратно складывая вещи на небольшой пуф. Когда она тоже разделась, я позвала их на кухню.
– Чай?
– Да, спасибо. Лёша, пожалуйста, веди себя хорошо.
– Давай я, садись.
Сказала подруга и занялась чаем, а я села напротив, рассматривая маленького сына Олега. Лёша улыбался мне и протягивал руку. Не скажу, чтобы он был копией Олега, но сходство определенно было.
– Он долго не усидит, поэтому я сразу начну. Маша, хочу тебя предупредить. Олег совсем слетел с катушек, он только и говорит, как хочет тебе за всё отомстить, не стесняясь в выборе методов. Я его совсем не узнаю. Он стал другим. Более злым, маниакальным что ли.
– Спасибо, но уже поздно.
Катя поставила чашки, достала печенье и протянула одно мальчику. Тот с удовольствием взял и стал грызть, Яна кивнула в знак благодарности.
– В смысле?
– Ты не знаешь?
– Нет, он вчера уехал, ничего не сказав, не попрощался.
На лице Яны появилось удивление и непонимание.
– Он арестован.
– Давай я расскажу. Хватит с тебя снова переживать весь вчерашний ужас.
Катя во всех красках, но сдерживая маты при ребёнке, рассказала гостье о Скворцове, периодически прося меня подтвердить. Оказывается, что когда рассказываешь сам, то, как будто, заново всё переживаешь. Но когда говорила Катя, я словно слушала чью-то чужую историю.