Яжмаг. Клуб отверженных магов
— Могу ли я сказать теперь, что кто-то там трезвонит в дверь? — раздался глухой голос из-под холодильника.
Я по-французски поцеловал запястье Нонны, церемонно извинившись за то, что на пару минут буду вынужден отлучиться. Хотя тайно признаю, что парижане поступают так, когда намерены отлучиться в туалет. Но бог им судья, они вообще жаб едят. Отрывают им задние лапки и жрут под сыром с плесенью, честное слово…
— Кого к нам принесло?
— Всё тот же врач, что чёрный грач. Но с топором пришёл при том. И без претензий на прощение имеет тему для общения, — исчерпывающе доложил котодемон, по-прежнему не рискуя показываться даже на кончик хвоста.
И оно правильно, Нонна не так скора на милосердные поступки, как я, с неё станется и намстить по полной. Каким образом в нежной душе правнучки архангела Метатрона проявляется горячая ярость с непременным желанием «аз воздам!», мне лично категорически непонятно.
Возможно, ей стоило бы остаться жить на небесах, в тиши и благости, петь религиозные псалмы, возвышенно хвалить Всевышнего за все труды и никаким образом не опускать ножки в нашу земную грязь. Но она с какого-то перепугу вернулась. Наверное, в этом есть своя цель. Только кто ей её поставил? Этого пока ещё не в состоянии осознать ни мы, ни сама Нонна.
Что вообще мы о ней знаем? Вспомнить бы…
Ага, она блондинка, наивная до икоты, доверчивая ко всему, бывшая сектантка, имеет высокопоставленного родственника в небесных чертогах, ей нельзя употреблять алкоголь, её визг способен рушить стены не хуже иерихонских труб, она любит котиков и мюкл, открыта для всего нового, и кажется, я ей нравлюсь. Всерьёз и не по-детски. Вроде так, да?
— Продолжим после. — Я бесстрашно распахнул дверь.
На площадке стоял всё тот же мужчина в костюме Чумного Доктора из средневековых страшилок. То есть длинный кожаный плащ, высокий воротник, широкополая шляпа, очки с толстыми стёклами и маска с длинным клювом. Сколько раз он по нему получал, интересно было бы спросить при случае?
— Яжмаг…
— Доктор…
— Есть пара вопросов.
— Весь внимание.
— Вы не пригласите меня войти?
— Сколько раз мне можно повторять, что нет?
Дальше повисла длинная, многозначительная пауза. Каждый из нас, видимо, думал о своём, и никто не хотел уступать. За ним была вся сила Света, троица Хранителей и полная беспринципность в достижении цели. За мной… ну я и без того дома, мне, скажем так, дальше отступать некуда. Позади Санкт-Петербурга уже чужая земля.
— До сих пор вы ходите по краю, хотя на данный момент и не совершили ничего, за что могли бы лишиться головы.
— Абсолютно с вами согласен, — признал я, зевая во весь рот. — Что-то ещё, а то у меня куча дел? Стирка, уборка, готовка, опять же мытьё кота…
— Ярослав Мценский, мне бы хотелось, чтоб вы поняли — я не враг вам.
— О да! Помню, врачи наши друзья, особенно стоматологи и проктологи. Вам явно пора записаться на приём к последнему. Помните, где у вас простата?
— Помню, а что, собствен… тьфу!.. Вы хоть что-нибудь узнали про этого майора Петрова? — опомнившись, взмолился штатный палач Хранителей.
Я покачал головой и закрыл дверь. Мне и вправду было нечем с ним поделиться. Я видел этого Петрова один раз. Так же один раз дал ему по морде колбасой. Вот, собственно, и всё наше общение. Приходите в следующий раз с другими вопросами.
Из-за двери не раздалось ни звука, никто не попытался лупасить по ней топором или скулить за порогом. Ох ты чоткий Сотона, как я от всего этого устал, хочу в Крым, там солнце и морюшко…
Нет, конечно, и у нас, если подумать, солнце тоже бывает, опять же Балтика практически рядом, тоже море, но оно совсем-таки не то. Со стороны кухни раздался плохо сдерживаемый тигриный рык, чей-то детский писк, и строгий голосок Нонны предупредил, что кое-кому прямо сейчас отчекрыжат бубенчики! Вот скажите, как с ними со всеми жить, ведь ни минуты покоя…
— А ну сию же минуту всем прекратить взаимовыгодное смертоубийство, членовредительство, психологическое давление и разойтись по углам, — строго приказал я, появляясь как никогда вовремя.
Сложносоставная скульптурная группа «Нонна Бернер душит Фамильяра, который несмотря ни на что продолжает есть шведскую мюклу» распалась на составляющие.
— Жалуйтесь, — устало разрешил я.
— Он напугал мою малышку и пытался её слопать!
— В сём доме нечисть я! И да, все остальные лишь еда!
— Jag vill inte bli uppäten!
— По-русски можно? — попросил я.
— Она сказала, что не хочет, чтоб её ели, — тут же вмешалась правнучка архангела. — Что непонятного-то?!
Отлично, отметил я про себя, эта блондинка ещё и полиглот. Интересно, сколько языков она знает? Хотя, наверное, куда более интересно, чего ещё я о ней не знаю…
Маленькая одноглазая мюкла в коротеньком синем платьице вдруг протянула ко мне лапки. Страдающий котодемон всеми доступными средствами изобразил, что его тошнит от зашкаливающей милоты и сентиментальности. Обычно такие вещи крайне редки в жилищах яжмагов, мы предпочитаем более чернушный стиль.
Тем не менее, рискуя нарваться на насмешки, я всё-таки подставил мюкле ладони, в которые она угнездилась словно белка, поджав хвост и мотая лапками. Наша сожительница счастливо закивала, приложившись плечиком к моему плечу. Вот если бы нас прямо тут и сейчас успели сфотографировать, так получилось бы — ни дать ни взять настоящая семейная парочка с двумя домашними питомцами. Но самое страшное, что на миг эта мысль показалась мне не такой уж бредовой…
В общем, в конце концов все вернулись к завтраку. Покончив с бутербродами и кофе, мы с Нонной быстро обсудили планы на сегодняшний день. Хотя особенно обсуждать было нечего. Кроме экскурсии на остров Новая Голландия, вроде бы ничего не намечалось.
Я был немного удивлён молчанием со стороны Гиллы, а ведь, как помните, это она внесла наши имена в список приглашённых гостей на тот скоропалительный шабаш. Чоткий Сотона, да никто бы не удивился, что эта горячая красотка с голосом анимешной принцесски самолично и организовала всё мероприятие ради…
Вот тут случился небольшой логический затык, потому что найти сколько-нибудь разумную причину мне по-прежнему не удавалось. Посмотреть, как мы выкрутимся, на что способен яжмаг вне закона, когда его убивают, будет ли визжать Нонна, придёт ли нам кто-нибудь на помощь? Чушь, притянутая за уши и шитая белыми нитками.
— Фамильяр?
— Стоит машина за окном, в ней Блендер, что входил к нам в дом. И если хочешь прокатиться, так я махну ему хвостом?