Сыны Каина: история серийных убийц от каменного века до наших дней

Так почему в судебных записях того времени отмечены лишь несколько сотен серийных убийц-оборотней? Скорее всего, потому, что «обычные» организованные сексуальные убийцы удачно попали в струю миметического принуждения и получили отличную работу с потоком доступных жертв, попадающих прямо к ним в руки в тюрьму, спонсируемую церковью и государством. Великая охота стала воплощением фантазий тех самых студентов, которые в ходе опроса признались, что изнасиловали бы женщину, «если бы за это ничего не было», только тут ничего и правда не было. И даже наоборот.
Некоторые из мужчин даже получали награду за каждую изнасилованную, замученную и убитую «ведьму», как, например, самопровозглашенный английский «Генеральный ведьмолов» Мэтью Хопкинс в 1640-х. В то время как средняя дневная заработная плата составляла шесть пенсов, Хопкинс выставлял счета деревням за «очищение» от ведьм на сумму от шести до двадцати пяти фунтов {202}. Всего за один день в Челмсфорде в июле 1645 года Хопкинс приговорил к смерти за колдовство двадцать девять человек. В некоторых местах массовой казни подвергали сразу сорок – пятьдесят человек. Хопкинс настолько переборщил, что в конце концов парламентское расследование его деятельности вынудило его покинуть столь хлебную должность (по слухам, он сам был обвинен в колдовстве и повешен, но, вероятнее, ушел в отставку и потом мирно скончался) {203}.
Точно так же, как Древний Рим известен своими зрелищами на грани жизни и смерти, Ренессанс проложил широкую дорогу для серийных изнасилований, увечий, пыток и убийств женщин по разным причинам, будь то сведение счетов ревнивыми соседями или отвергнутыми женихами, захват имущества, устранение конкурентов и соперников или просто убийство ради садистского удовольствия.
Возможно, мы никогда не узнаем, сколько женщин убили таким образом, но на самом-то деле неважно, сколько их было – сорок тысяч, сто тысяч или даже маловероятная цифра в девять миллионов: главное, что каждая жертва, подвергшаяся казни и пыткам, неважно, мужчина или женщина, была абсолютно невиновна. Разразилась эпидемия серийных убийств женщин, порожденная традицией судебных изнасилований и пыток, официально разрешенных церковью и государством. Лучшего определения этим событиям, чем образец миметического принуждения массовых серийных убийств на сексуальной почве, лично я, право же, подобрать не могу.
    
Спад и исчезновение серийных убийц в период 1650–1800 гг.
Согласно историческим записям, после 1650 года первый всплеск серийных оборотней начинает угасать, наряду с постепенным прекращением охоты на ведьм. Если согласиться с мнением, что корень паранойи кроется в разделении правящих элит, то интересно отметить, что катастрофическая, практически мировая Тридцатилетняя война между католиками и протестантами, расколовшая европейскую цивилизацию, завершилась Вестфальским договором 1648 года, и именно после этого количество дел по колдовству и оборотничеству начало снижаться. [19]
Мирный договор необязательно должен был объединить правящую верхушку, однако он даровал ей «иммунитет» к религиозному инакомыслию и объявил, что отныне правитель сам волен решать, какого вероисповедания будет придерживаться его народ, без угрозы быть объявленным еретиком и пережить нападения со стороны соседей или представителей другого вероисповедания. С появлением понятия территориального суверенитета мирный договор дал начало новой системе международных отношений, которой мы пользуемся до сих пор и называем Вестфальской системой. После этого правители будут вести массы в бой не за веру, а ради наследования трона, колониальных завоеваний или – позднее – во имя той или иной политической идеологии. Чтобы вновь разразилась религиозная мировая война, нам пришлось ждать теракта 11 сентября.
Сообщения о серийных убийцах, теперь уже бандитах, пиратах, отравительницах и кланах каннибалов, продолжают появляться в исторических записях вплоть до XVIII века, но обычным сексуальным серийным убийцам суждено погрязнуть в безвестности вместе с ведьмами и оборотнями до конца XIX в.
Почему же в этот период в Европе и Северной Америке было так мало случаев сексуальных серийных убийств (если таковые вообще имели место)? Этот вопрос нуждается в долгом и тщательном поиске ответа, но я могу предположить, что это как-то связано с прекращением работы органов, охотящихся за ведьмами, которые записали серийных убийц в оборотни. Как только закончилась охота на ведьм, сошло на нет и преследование серийных ликантропов.
Что касается серийных убийц-палачей, нанятых когда-то церковью и государством, то, когда их лицензия на изнасилования, пытки и убийства истекла, как происходит с современными военными преступниками, они возвращались домой, становились любящими дедушками, выдающимися членами общества, после чего никого больше и пальцем не тронули – по крайней мере, без соизволения свыше.
Поскольку церковь перестала охотиться на ведьм, нет ничего удивительного в том, что количество убийств, задокументированных с 1650 по 1800 год, невелико. Организованной полицейской системы, которая принимала бы сообщения о преступлениях, совершенных против простолюдинов, которые составляют большинство населения и предположительно выступают жертвами, не существовало. Если вы, живя в то время, становились жертвой преступления или являлись членом семьи потерпевшего, бремя расследования лежало на вас самих. Нужно было собрать доказательства и представить их судье и присяжным, получить обвинительное заключение, оплатить ордер на арест, потом дать денег шерифу или констеблю, чтобы он арестовал подозреваемого, арендовать камеру в тюрьме и проплатить все дни вплоть до суда, на свои кровные доставить заключенного в суд и самостоятельно представить материалы дела. Государство вмешивалось в процесс и проводило казнь только в том случае, если у вас получалось этого добиться. На девяносто девять процентов правосудие приходилось вершить своими руками.
Не было ни полицейских управлений, ни прокуроров в том смысле, который мы вкладываем в эти слова сегодня, за исключением преследования за преступления против государства и церкви или интересов высших слоев общества. «Полиция» сосредотачивалась на таких вопросах, как уклонение от уплаты налогов, браконьерство и самозахват земли. Серийных же и любых других убийц, без сомнения, подвергали бесцеремонному самосуду родственники жертвы или члены ее общины, без передачи дела в судебную систему.
В период с 1650 по 1800 год сообщения о серийных убийцах, по-видимому, ограничивались бандитами, пиратами, грабителями с большой дороги и отравительницами – преступниками, которые как-то угрожали общественному порядку, чей-то собственности, свободе передвижения, производства и предпринимательства. Но «обычные» сексуальные серийные убийцы, нападавшие, как и сегодня, на «незначительных» жертв вроде крестьян, бродяг, проституток и нищих, привлекали внимание государственной полиции, лишь когда их преступления угрожали покою высшего класса или общественному порядку.