Грозовые Птицы
Можно было бы обежать вокруг вездехода и зайти через другой вход, чтобы взять оружие. Но я не успел захватить ключи! Внутрь теперь самостоятельно не попасть.
Оружие есть на базе диверсантов, так что рвать надо туда.
Поднимаясь на ноги, я оценил расстояние. После вчерашних перемещений вездеход теперь стоял дальше от базы. Руины с башнями находились аккурат на пол пути вдоль берега.
Пока я соображал, существо успело вылезти из окна и с шипением упало в снег, проломив наст.
Я побежал. Точнее, попытался побежать — снова провалившись под наст уже через пару шагов. Наст был слишком тонким, чтобы выдерживать удары моего веса во время бега. Пришлось ограничить скорость быстрым шагом.
Я оглянулся. Существо уже выбралось на наст и двигалось в мою сторону. То ли у меня глазомер сбился — то ли оно выросло: потому что теперь мне казалось, что его голова с огненными глазами находилась на уровне кабины вездехода.
Его суставчатые лапы проваливались в снег, но тело — теперь я видел это отчётливо — продолжало расти.
Башни замка приближались удручающе медленно. А тварь за спиной, уже вымахавшая до размеров трёхэтажного дома, похоже, нашла способ передвижения по снегу, опустившись широкой частью туловища на наст и отталкиваясь конечностями.
Я попробовал скользить по насту в ботинках. И неожиданно это удалось. Скорость заметно выросла.
До развалин я добрался, опередив тварь метров на пятьдесят. Она продолжала расти, хотя и не так стремительно.
В том, что я успею добежать до базы диверсантов и до оружия, у меня появились серьёзные сомнения.
Что оставалось делать? Попытаться найти укромную щель. Выиграть время. Может, есть проход на берег, к обрыву; надо прокрасться вдоль него, пока существо будет обыскивать руины в поисках меня.
В потёмках, при свете ущербной Луны, я нашёл галерею, которую обследовал, когда мы были здесь со Львом. Едва успел спрятаться в тени разрушенной стены, когда тварь вползла на каменное основание «замка». Она тут же поднялась на ломаных конечностях, как паук, осветив сполохами своих глаз серые стены.
Я осторожно, стараясь не шуметь, двинулся вдоль галереи, избегая снежных наносов, которые могли выдать меня своим скрипом.
И тут я впервые услышал, как тварь зарычала. Это был низкий, совершенно не живой звук, чем-то напоминающий шум огромного механизма. У меня от него волосы встали дыбом, во всех местах разом.
Но что самое неприятное — я почувствовал, что руины отреагировали на этот крик. Камень у меня под ногами завибрировал, словно отвечая на ярость этой твари.
Пользуясь шумом, я ускорил шаг, и через несколько секунд добрался до той части галереи, где начиналась лестница, идущая под землю.
Мне совсем не хотелось спускаться туда, в неизвестный лабиринт под странными руинами. Но выбора просто не было. Спиной я почувствовал тепло. Не оглядываясь, я знал, что уже обнаружен: тварь склонилась над галереей и, глядя на меня, уже тянула в мою сторону ломаные щупальца.
Не раздумывая более, я рванул вниз по ступеням.
Странно, но поначалу мне здорово помогал свет огненных глаз твари. Иначе я бы не смог спускаться так быстро в полной темноте. Однако через несколько пролётов он заметно потускнел. Я дотронулся ладонью до одной из стен и, придерживаясь её, продолжил спуск, уже медленно и осторожно. Стена оказалась неожиданно тёплой.
Через пару пролётов снова появились красные проблески. Похоже, тварь смогла опять уменьшиться, чтобы пролезть в подземных ход. Одно радовало: по крайней мере сделала она это не мгновенно, оставив мне приличную фору.
Наконец, я вырвался вперед достаточно далеко, чтобы не видеть отблески от пламени в глазах твари. Теперь двигаться приходилось исключительно наощупь. Нас учили этому в Академии. Я доверял своим чувствам; считал шаги и повороты, рисуя в голове схему подземелья.
Пол был ровным, и ощутимо спускался вниз. Хотя отблесков видно не было — но я всё ещё слышал шуршащее эхо шагов твари, которая меня преследовала. Так что думать об остановке не приходилось.
Жаль, что я не успел захватить часы. По привычке всегда снимал их на ночь. Они бы здорово помогли — по крайней мере, в контроле над временем. Без этого давящая темнота, необходимость двигаться вперёд и уже едва уловимое, но от этого не менее зловещее шуршание конечностей твари давали ощущение какого-то безвременья; закольцованного кошмара.
Я сбился со счёта шагов. Остановился, восстанавливая в памяти маршрут, и понял, что больше не слышу погоню.
«Ушла в другую ветку?» — подумал я с надеждой. Однако расслабляться рано: она ведь может и вернуться, как только поймёт, что пошла по ложному пути. Поэтому надо двигаться дальше.
Я заново начал считать шаги. Следуя вдоль стены, наткнулся на что-то вроде пологого спирального спуска. Воздух тут становился ощутимо теплее. Появился характерный запах влажного подземелья. Я даже комбинезон расстегнул, потому что начал потеть.
Еще несколько поворотов — и я расслышал кое-что новое. Это не было похоже на шуршание торопливых конечностей твари. Тихий гул, и… плеск?
Я двинулся на звук. Через пару десятков шагов мне показалось, что тьма вокруг перестала быть такой плотной, она будто начала сереть. И действительно — крошечное подземное озерцо с водопадом я уже мог разглядеть.
Свет шёл от небольшого лаза на противоположной стороне пещеры с озерцом. Чтобы протиснуться в этот лаз, мне пришлось снять комбинезон. Впрочем, особых проблем это не составило: в пещере стало не просто тепло, а даже жарковато. Это само по себе было достаточно странно — но задумываться о таких причудах не приходилось. Я хотел как можно скорее найти другой выход из подземелья, чтобы добежать до оружейки на базе диверсантов. Ну или на крайний случай — надёжное убежище.
Стены лаза были покрыты какой-то склизкой чёрной грязью, и, когда я выбрался из него на другой стороне, то, должно быть, походил на пациента, сбежавшего из лечебницы бальнеологического курорта.
В этом зале, на стене, было треугольное пятно солнечного света. Пахло тут не просто влажной землёй, добавился отчётливый запах зелени и какой-то экзотики. Цветов? Может быть — но точно не знакомых мне.
Я хмыкнул, подозрительно покосился назад, в лаз. Прислушался, насколько это было возможно вблизи водопада. Вроде никаких признаков погони.
Осторожно придерживая скатанный в цилиндр комбинезон, я полез наружу, к солнечному свету.
Глава 9На адреналине всегда так: сначала действуешь рефлекторно, потом думаешь. Тут главное, чтобы рефлексы были правильные, грамотно выращенные и закреплённые на тренировках, учениях и миссиях. У меня они правильные, поэтому я до сих пор жив.
Реагируя на вводные, я не пытался анализировать всю абсурдность ситуации, в которой оказался. Задача была простой: выжить. Не дать себя поймать этой странной твари. По возможности отбиться, защитить экспедицию, подчинённого… как он там, кстати? Я вдруг отчётливо представил себе Ваню одного, в пустом вездеходе. Как бы глупостей не наделал. Возвращаться надо, и поскорее!