Ректорша со шпаргалкой
И я увидела! Боже, произошел явный сбой, потому что передо мной появилась не Алиссия, вернее не только она.
Такой знакомый вихрь на затылке я узнала бы из сотен других, как и жестикуляцию, не говоря уже о голосе. Мой муж Виктор сидел на моем любимом диване, который я купила всего полгода назад на законную зарплату, и что-то весело рассказывал другой мне, точнее, Алиссии. Гостиную нашей квартиры заливал яркий солнечный свет, словно дразня меня и показывая, что именно я потеряла. А девушка так искренне смеялась над рассказом Виктора, что в какой-то момент я почувствовала себя лишней на этом празднике жизни. Ощущение, что я подглядываю за жизнью чужих, абсолютно счастливых людей больно царапнуло душу.
“Нужно отключить связь”, — мелькнула мысль. Не хватало чтобы Виктор развернулся и обнаружил вместо зеркала непонятную картинку и совершенно незнакомую ему женщину. Но я не могла пошевелиться, словно завороженная наблюдая за домашней и теплой сценой.
Вдруг Алиссия подняла голову, встречая ответный взгляд и в немом шоке уставилась на меня. Я засуетилась, пыталась жестами показать ей, чтобы отвлекла Виктора, а сама в это время пыталась “сбросить звонок”. Тыкала пальцами в зеркальную гладь, проводила по нему руками, шептала “отключись”, потому что громко говорить было нельзя.
— Дорогая, все в порядке? — услышала обеспокоенный голос мужа и юркнула в сторону, пытаясь спрятаться за пределами видимости.
— Д-да, просто голова что-то разболелась, — пискнула в ответ Алиссия и притворно забормотала, — ох, что-то так плохо внезапно стало. Ой, кошмар просто!
— Я вызову врача, — обеспокоенность в голосе мужа я разобрала отчетливо.
Только, какой к черту врач?! Мало того, что сам Виктор может узнать о подмене, так еще и совершенно чужого человека впутать? Нет-нет-нет!
— Нет, не надо врача, — спасибо тебе Боже, что у Алиссии хватило мозгов! — Лучше сходи в аптеку за лекарством. Ну, тем, как его? Ты ведь помнишь!
— Ты уверена? А вдруг станет хуже?
— Нет-нет, я уверена, все нормально. Просто нужно принять лекарство, а оно закончилось.
Почему мне было так больно? Виктор с такой нежностью и беспокойством обращался ко мне, словно забыл все те ссоры и скандалы за прошедшие годы. Казалось, он так искренне заботился обо мне…
Да кого я обманываю? Больно, потому что не я там сижу, не ко мне такое хорошее отношение мужа, а к совершенно другой женщине. Да, мы ссорились и собирались развестись, но столько лет брака нельзя было отбросить так скоро, да и чувства тоже.
— Хорошо, я мигом!
Мне пришлось молча ждать, пока Виктор впопыхах соберется и уйдет прочь. Я даже позволила себе слегка подсмотреть за этим действом. Глядя на его спину, когда муж пробежал мимо зеркала к двери, я уже точно знала — это прощание.
— Боги, Алиса, ты с ума сошла? — накинулась на меня Алиссия, едва Виктор ушел. — А если бы он тебя увидел?
— Ну простите, что помешала вашим посиделкам, — желчь лилась из моих уст настоящей рекой. — Я, между прочим, попала в крупные неприятности, а ты за эти несколько дней ни разу на связь не вышла!
— Несколько дней? Да от тебя вестей два месяца не было! Я уже не знала, что и думать.
Я опешила. Весь запал, который вулканом бурлил внутри, вмиг пропал, оставив после себя только неприятное щемящее чувство.
— Что ж, очевидно теперь, что в наших мирах абсолютно все отличается, — пробормотала Алиссия, устало прикрыв глаза, — даже течение времени.
Не самое приятное известие. Это ж сколько всего я уже пропустила? Меня наверняка и с работы “попросили”.
— К черту все, — тряхнула я головой. — Что такое Священная ночь Эдригель? Какие-такие приготовления к ней?
— Ох, — Алиссия испуганно взглянула на меня, прикрыв рот рукой. Весь ее вид говорил, ничего хорошего я не услышу и всем моим опасениям суждено сбыться. — Алиса, мне так жаль!
— Да ни черта тебе не жаль! — злость вновь подняла голову и рвалась наружу, желая наказать уже кого угодно. — Ты ненавидела Ингириса, ты не хотела быть его женой. Так что, если мои предположения верны, насчет этой ночи, то ты рада, что пройти через это все придется не тебе! Я ведь права? Мне нужно с ним переспать?
Девушка молчала, скорбно опустив голову. Не нужно было слов, все и так стало совершенно понятно.
Я отчаянно зарычала, хотя этот рык больше походил на вой или скулеж раненого зверя. Просто прекрасно! Либо спать с чужим мужем, либо рассказать, что я подменыш.
— Значит, расскажу ему, что я не Алиссия, — немного подумав, сказала девушке. На что та подскочила к зеркалу и испуганно затараторила.
— Нет, нельзя! Они тебя убьют! Послушай, пожалуйста, это не шутки. Нельзя никому рассказывать, а тем более Ингирису!
— О, так ты предлагаешь мне реально лечь с ним в одну кровать? Я не какая-то…прости Господи!
— А ты думаешь умереть под пытками у ученых лучше?! Они не откажутся исследовать такой феномен и поверь, тот, кто попадает к ним в лапы уже никогда не возвращается.
В ее словах была логика. Вряд ли меня просто так отпустят, мол, иди с миром. Ага, да щас! Ингирису я тоже не доверяла и не могла спрогнозировать его реакцию, но сам факт, что мне придется лечь с ним в постель выбивал почву под ногами.
— А может меня академия защитит? — выдвинула предположение. — Она приняла тебя, как ректора, так почему нет?
— Приняла?
Алиссия ошеломленно уставилась на меня. Рот аж приоткрыла от удивления!
— Да, недавно, — призналась честно и рассказала все, что произошло.
— Вот как, значит.
Девушка снова вернулась на диван и молча села на него. Она словно боялась поднять на меня глаза, а я ощущала каждой клеточкой тела, что что-то не так. Казалось, что Алиссия собралась сообщить мне очень дурные вести.
— У нас нет времени на молчание, — рявкнула на нее, заставив вздрогнуть от неожиданности. — Академия тебя приняла, нужно срочно вернуть все на свои места и занимайся дальше своими делами.
— Нет, — замотала она головой, а в ее глазах я заметила застывшие слезы. — Она приняла тебя! Ты избранница, ты теперь хранитель, а не я. Мне назад теперь пути нет, как и тебе.
У меня словно пол под ногами исчез. Появилось ощущение, будто кто-то столкнул в глубокую пропасть и я падаю, падаю, падаю, совершенно беспомощная и нет никого, кто мог бы меня спасти. Как же так? Неужели теперь придется остаться в этом чужом мире, лишиться привычной размеренной жизни? И все почему? Потому, что я попыталась хоть что-то сделать, чтобы улучшить порядок вещей в академии?
— Нет, — шептала я пересохшими губами, — нет, нет, нет! Так не может быть, должен быть способ, ты же говорила. Я найду его и…
— Тебя уже сама академия не отпустит, — шмыгнув носом, глотая слезы, перебила меня Алиссия. — Похоже, что ты оказалась намного лучше меня, лучше, чем я могла бы когда-либо стать.