Ректорша со шпаргалкой

— Альтернативу?
И только заметив лукавый, слегка ехидный взгляд, явно намекающий на что-то, вспомнила наше первое знакомство. Поцелуй! Тогда, в больничной палате он меня поцеловал, его для этого и вызвали были. Это что же, он может таким образом вернуть мне часть сил?
— А это поможет? — задумчиво протянула я, вызвав выражение недоумения на лице супруга.
— Серьезно? Если это поможет восстановить силы, пусть и на короткий период, ты согласишься на это?
— Ты ведь, вроде как, мой муж, — пожала плечами. Нет, ну в самом деле, не краснеть же и смущаться, словно выпускница! Если такой шаг поможет лучше, чем все зелья вместе взятые, то почему нет? Только дурак бы отказался. — Поцелуй не самое страшное в жизни. Или нужно что-то другое? Тогда нет, я пас!
Не думаю, что Ингирис имел в виду именно занятие любовью, однако уверенности на все сто процентов я тоже не имела. Да и по его выражению лица трудно было догадаться, что именно мужчина там себе думал. В его глазах почти никаких эмоций не было, лишь огромная усталость, доля скептицизма, никогда не исчезающая, и капля, совсем крошечная, жалости.
– Проведи мы вместе ночь и это действительно поставило бы тебя на ноги сразу. Однако настаивать я не стану. С помощью поцелуя я мог бы передать тебе некоторую часть своей магии, но должен предупредить — не уверен, что это даст реальные результаты.
По крайней мере, он честно сказал то, что думал, выбор оставался за мной.
Хотя я и говорила, что поцелуй не самое страшное в моей жизни, но тот факт, что это совершенно чужой мужчина, даже если официально мы считались супругами, никак не выходил из головы. Могу я вот так просто позволить ему меня поцеловать? Сомневаюсь, что хватит целомудренного прикосновения губами ко лбу или щеке. Тогда, когда я была прикована к больничной койке, Ингирис почему-то не ограничился им.
— А поцелуй должен быть каким? - поинтересовалась у мужчины на всякий случай. Может все же и целомудренного было бы достаточно?
– Думаю ты и сама прекрасно понимаешь какой, – отвернулся он снова к шкафу с книгами, а я могла смотреть только на его спину.
– И не факт, что это поможет, – повторила его предыдущие слова, не спрашивая, а констатируя факт.
Стоит ли рискнуть? В конце концов, маленький поцелуйчик это не что-то катастрофическое. Никто не выскочит из-за угла и, тыкая в меня пальцами, не скажет, что я предательница и легкомысленная женщина.Так что меня тогда так пугает?
– Мне нужны подробности вашего с Алиссией ритуала, – прервал мои размышления мужчина. – И не только его, а вообще всего. Твое состояние стабилизировать будет трудно, возможно, понадобится и пять дополнительных ритуалов, и артефакты, которые придется постоянно носить.
– А зачем это тебе?
Не сразу этот вопрос возник в моей голове, но сейчас, когда он все же появился, я очень хотела узнать ответ. Конечно, дело не в том, что Ингирис внезапно влюбился в меня или что-то в этом роде. Считать так могла только дура! Но какие-то цели он преследовал, так хотелось бы знать какие именно.
— Не думай, что я волнуюсь за тебя. Мне было бы совершенно безразлично на твою жизнь, если бы не академия. По неизвестным причинам она приняла тебя, доверилась твоим рукам, так что, спасая тебя, я спасу ее. Наверное.
Ну вот, вполне ясная и четкая позиция. Не знаю почему он так за академию волнуется, но это мне только в плюс, потому что навести здесь порядок я собиралась как можно скорее. Смотри, может, у нас и другие жизненные взгляды сойдутся и мы сможем хотя бы подружиться.
— Слушай, а когда священная ночь? – вспомнила свой кошмар. — Обязательно ли нам…ну…
— Прошла уже, пока ты была без сознания.
— Как прошла?
— А что, тебе хотелось бы провести ее должным образом? — тон мужа был насмешливым и веселым. Ему наверняка доставляла удовольствие возможность надо мной шутить.
— Вообще меня больше волнует тот факт, что я бог знает сколько провалялась в отключке.
– Тогда советую прекратить разговоры и просто отдохнуть, – Ингирис бросил на меня неразборчивый взгляд через плечо. — Конечно, если ты не решила восстановить силы другим путем.
И почему он постоянно намекает на это? Пытается понять, насколько далеко я готова зайти? А может, ему просто скучно и хочется на ком-то оторваться. Ну, или еще, как вариант, у мужчины нет возможности завести любовницу или сходить в бордель и он пытается склонить к любовным утехам свою жену, то есть меня.
— Нет, посмотрим, как я буду чувствовать себя завтра, - отвернулась от Ингириса, принимая как можно более удобную позу для сна, — а сейчас, все же, не готова.
Чего я не ждала вообще, так это того, что буквально через пару минут кровать позади прогнется под чужим весом, а меня за талию обнимут мужские руки.
Я замерла, обомлела, не в силах произнести и слова от возмущения и удивления, а он только буркнул что-то о гордой дурочке.
— Лежи и не начинай ссору, — тихо сказал Ингирис усталым голосом. — Да, так тоже можно передавать магию, хоть и намного в меньшем количестве. Так что спи. Приставать к полутрупу привычки не имею.
— То же мне, Казанова, — проворчала в ответ, засыпая. По крайней мере, глаза я уже не могла открыть.
Ощущение неловкости с утра, к моему огромному удивлению, совершенно не было. Ну спал мужик под боком, так не голый же! Зато, как и говорил Ингирис, вливание его магии позволило мне почувствовать себя намного лучше, хоть и до прекрасного, пышущего здоровьем тела было еще далеко.
— Я собираюсь сегодня заняться поиском информации по твоему вопросу, — во время совместного завтрака, сказал мужчина, бросив косой взгляд на служанку, которая неподалеку занималась уборкой. — Никуда сегодня не ходи, твое состояние еще не позволяет длительных прогулок.
— Я и не собиралась, — пожала плечами и спокойно продолжила жевать свой тост.
— И постарайся избежать лишних посетителей, — с нажимом произнес Ингирис, словно пытался намекнуть на кого-то конкретного. Знать бы еще на кого.
В любом случае, мне было чем заняться и без всего вышеперечисленного. Я планировала найти возможность, как перевести академию на полное самообеспечение. Естественно зарываться и выходить на прямой конфликт с Советом сейчас было не просто не к месту, а нереально опасно. Сперва следовало бы нарыть на них всех хорошенький компромат.
— Лорд Ваэльский возможно сегодня не сможет тебя навестить. Будет исполнять твой каприз, — мужчина ехидно ухмыльнулся, даже как-то надменно и презрительно.
— Это был не каприз! — взорвалась я, собираясь снова разразиться пламенной речью о важности информации про пострадавших девушек, но Ингирис взглядом велел мне заткнуться. Глазами указал на Констанцию и закатил их к потолку.
Ах, ну да, конспирация. Как же меня это бесило! Снова нужно контролировать каждое слово, чтобы не выдать себя. А я-то уже понадеялась, что этому пришел конец.