Ректорша со шпаргалкой

Одним словом — мне надо!
Пункт 4: узнать о планах занятий и при необходимости их переделать.
Ингирис, когда рассказывал девочкам о важности невинности, тогда очень удивился, что они этого не знают. А ведь если это настолько важно, то нужно рассказывать о таком на первой же лекции и повторять каждый год.
А сколько еще может оказаться пробелов в знаниях студентов из-за неверного плана обучения?
К сожалению, Ингирис был прав — я еще не настолько восстановилась, чтобы бегать, как козочка и не уставать.
Поработав над планом совсем немного, успев написать всего двенадцать пунктов, я уже почувствовала огромную слабость. А ведь еще даже не время ужина было!
    
Глава 10
Мне не оставалось ничего, кроме как улечься на кровать и уснуть, понадеявшись, что Констанция не забудет разбудить меня для приема зелья. Но будить меня никто не стал. Я обнаружила сей факт рано утром, когда проснулась от каких-то шуршаний.
Оказалось, что ночью Ингирис все же вернулся в спальню и, как мы договаривались ранее, спал рядом, подпитывая меня магией.
— Доброе утро, — буркнула сонно, заставив мужчину смешно дернуться от неожиданности. — Ты так крадешься, будто от любовницы сбегаешь, пока ревнивый муж не пришел.
— Всего лишь не хотел неловких утренних разговоров, — фыркнул он.
Я наблюдала за Ингирисом сквозь полуопущенные ресницы и меня никак не отпускала мысль, что с ним что-то не так. Уж больно он напряжен и старается слишком быстро сбежать.
— С чего бы им вообще быть? — спросила мужчину, усаживаясь в постели и хорошенько потягиваясь.
И тут я заметила, что уши Ингириса заалели, словно маков цвет, взгляд опущен в пол, а свою рубаху он держал перед собой так, словно что-то прятал. Кажется, я даже знала что!
Боже, каких же усилий мне стоило не засмеяться и не подразнить его! Утренняя проблема всех, ну или большинства, мужчин оказалась не чужда и моему супругу. То-то он так шустро сбежать пытался, а тут я проснулась, заставив его растеряться.
— Кто первый в ванну? — я старалась изо всех сил делать вид, что ничего не заметила и ничего не понимаю. — Хотя, давай, наверное, ты. Я еще полежу немного.
— Хорошо, — бросил он и пулей убежал в нужном направлении.
Ложиться все же не стала, решила подумать над тем, как дальше с мужчиной себя вести. Вчера на эмоциях я назвала его трусом, но ради справедливости, нужно бы отметить, что это вовсе не так. Ингирис жизнью рисковал, чтобы сохранить мой секрет в тайне. Может нам просто следует начать нормально разговаривать, отметая личное восприятие? Но и извиняться перед ним я не собиралась. Еще чего! Мужчина первый назвал меня дурой, высмеяв планы по улучшению академии. Вот пусть первый и просит прощения за свои слова!
Еще бы решить вопрос с моим болезненным состоянием. Это же не дело, что я падаю без сил к вечеру толком ничем не занимаясь в течении дня. А ведь в планах встреча с мадам Перлигор — нужно быть во всеоружии. Может решиться на более быстрый способ восстановления?
Впрочем, пока я мучала себя сомнениями и терзаниями, Ингирис все решил за меня. Он попросту сбежал! Выскочил из ванны, бросил на ходу, чтобы не забыла зелья выпить и сбежал. Паразит такой!
— Ну и ладно, — буркнула себе под нос, прежде чем отправиться и самой на водные процедуры, — не сильно-то и хотелось.
Не знаю, что послужило последней каплей, возможно то, что служанка еще не пришла, а сама я не могла затянуть корсет — в общем, напялила-таки штаны и рубаху мужа. Ну а что, мы женаты, совместное имущество, все дела. Не прибьет же он меня за свои вещички? А так намного удобнее было, даже дышать легче стало.
Брюки, правда, пришлось завязывать куском ткани да и низ подкатить тоже. Выглядело это довольно смешно. Я больше клоуна напоминала, чем ректора. Его штаны на меня размера на три-четыре больше были — что вширь, что в рост!
Рубаха, к слову, тоже оказалась огромная, в ней утонуть можно было. Но зато — никаких удушающих корсетов, мешающих даже наклоняться. Уж лучше рукава закатать, чем мучаться.
К слову, мадам Перлигор, срочно вызванная таки мною после завтрака, аж оторопела от моего стильного наряда. Застыла на пороге, рот раскрыла и наверное пыталась понять не двинулась ли я умом.
— Проходите, профессор, — пригласила ее я, усаживаясь за рабочий стол, — присаживайтесь! У меня есть к вам несколько вопросов.
— Если вы думаете, что у меня много лишнего времени, — женщина закатила глаза и высокомерно цокнула языком, — и я буду выслушивать ваши глупые…
— Вы можете засунуть свой язвительный и оскорбительный тон себе в, — жестко перебила нахалку я, вовремя прикусив язык. — В общем, присаживайтесь, мадам и расскажите мне, почему недавно отчислилась одна из студенток?
Перлигор удивилась. Ну как, удивилась — обалдела! У нее даже слов не нашлось, чтобы огрызнуться или парировать мой выпад. Ну не ждала дамочка, что горе-ректорша и дальше будет катить на нее бочку.
— Студентку забрали ее родители, — обретая снова голос, прошипела профессор. Она явно была очень недовольна тем фактом, что приходиться отчитываться перед начальством. Еще и перед человеком, которого ты искренне презираешь. Бедняжка, а ведь я только начала!
— По какой причине?
— Девица запятнала свою репутацию, это все знают. Думаю и вы тоже уже в курсе.
— Любопытно получается, — протянула я, впиваясь сердитым взглядом в преподавателя, — за столь короткое время у нас снова скандал из-за действий одного студента. Вы проводили расследование? Девочку проверяли?
— Что вы несете?! — взвизгнула женщина, быстрым шагом пересекая комнату. Она хлопнула руками о стол, встав напротив меня и немного подалась вперед. Лицо Перлигор было искажено злостью и яростью. — Какое еще расследование?
— Например, каким образом один студент умудрился испортить репутацию нескольким девушкам? Вам самим в голову не приходило, что тут что-то не чисто? Или вы не в состоянии даже предположить, что девушки могли не по своей воле все это делать?!
Кровь закипала, приливала к лицу и я слышала ее шум в собственных ушах. Конечно, у меня и раньше характер был не сахар — моментально завестись и начать кричать могла только так. Но такое чувство, будто истеричность Алиссии все же передалась вместе с телом. Я сама себя не узнавала! Хотела же поговорить спокойно, хотя бы в начале. Но нет, стоило дамочке пару фраз сказать и я уже готова вцепиться ей в глотку!
— Ах вот как ты, пигалица, заговорила! — рассерженной кошкой зашипела Перлигор, едва не брызжа слюной. Похоже, не только у меня с нервишками нелады. — Я должна была провести расследование? Я?! Не твой дражайший Совет, который ничего не сделал из своих обязаностей, а я?!
— В академии ученицы страдают, позвольте напомнить! — кричала в ответ женщине, также поднявшись с места и оперевшись о стол. — Вы же преподаватель! Кто еще сможет так быстро отреагировать на безобразие? Кто должен наказывать паршивцев, возомнивших из себя хозяев мира?!