Ректорша со шпаргалкой
— Тайра Алиссия, – обратилась ко мне Перлигор, запнулась и задумчиво спросила, — или теперь лучше тайра Алиса?
— Вообще нет разницы, — улыбнулась ей открыто. — Как вам удобно, так и зовите.
Конечно, на этом волшебном суде всем стало известно, кто же я на самом деле такая. Профессора обалдели, обходили меня еще несколько недель десятой дорогой и, казалось, изрядно опасались. А потом, когда я уже в приказной форме заставила всех собраться на совещание и выписала за подобные фокусы хороших трындюлей, поняли, что бояться меня нужно только когда не выполняешь свои обязанности.
— Что касается лицензии на продажу эликсиров и услуг от студентов — нам ее дадут?
— Ну, честно говоря, Его величество еще колеблется. Но думаю, что он все-таки ее выпишет. Позволил же он нам увеличить штат персонала, даже дополнительное финансирование выделил. Да и сам замысел ему понравился, по глазам было заметно. Лавку нашу король уже взялся сам финансировать.
Ту полуразвалившуюся хижину мы больше не арендовали. Теперь у нас было свое собственное, в центре торговой площади, новое, каменное, двухэтажное сооружение. На вывеске огромными буквами, магически переливающимися разными цветами, гордо красовалось название — Дары академии Радук.
— А ремонт? Он будет?
— И ремонт тоже будет, финансирование уже выделено и ждет, пока мы начнем его тратить на нужные материалы.
— Как хорошо!
Конечно, хорошо! Профессора тоже люди, им очень не хотелось заниматься во время каникул ремонтами и уборкой. А тут кто–то придет, кто–то сделает, а наслаждаться отпуском будут они. Ну красота же!
Я бросила ласковый взгляд на Ингириса, который чуть в стороне от всех внимательно что-то выслушивал от нашей безумной бабки. Как он изменился за этот период времени, что я была рядом. Из загнанного трудом, избитым, как собака, жизнью он превратился в настоящего аристократического красавчика! И наши отношения с каждым днем становились все крепче и крепче. Мы даже решили еще раз пожениться, без пафоса или приглашения гостей. Только он и я перед алтарем, перед магией, перед Богами мира сего. А после этого просто отдохнуть где-то далеко, чтобы нас никто не дергал хотя бы неделю! На большее мы и не рассчитывали.
— Ну-ка, парень, принеси старухе выпить! — крикнула весело бабка и подтолкнула Ингириса своей палкой. — Давай, двигайся! А я пока с нашей тайрой поговорю.
Звучало как угроза. Но от кого – от кого, а от нашей Турайн, милой старушенции, мужчина не торопился меня спасать. От стражей, от змей, от разных советников, которые появлялись ежедневно и главное, каждый раз разные люди — пожалуйста, а от бабки — нет!
— О чем вы хотели поговорить, госпожа Турайн? — улыбнулась приветливо женщине, замечая краем глаза, как Ингирис со Штерном уходят в темный угол зала. Снова будут что-то мудрствовать, экспериментаторы!
— О тебе, дорогая, о тебе, — бабушка снизила голос. — Знаешь, я давно тебя ждала. Еще как пришла устраиваться на работу, совсем девчонкой, так с тех пор и ждала.
— Вы знали с самого начала, что вместо Алиссии приду я?!
— Нет, этого как раз и не знала. Видение мне было тогда далеко в прошлом. Видела я собственными глазами упадок академии, слышала ее стон отчаяния и тихий плач и знала, что с каждым годом ситуация будет ухудшаться и ухудшаться. Пока не придет она — юная девушка с лицом куколки и железной волей. И она пришла, ученицей в академию! Я была так счастлива ее видеть! Знала, что Алиссия Ваэльская та самая девушка из моего видения! Но…
— Но, это была не она.
— Не она, — покачала бабка головой. — А ведь я верила! Раскладывала карты и раскладывала, пыталась разглядеть в туманном будущем тот исторический момент, когда же эта глупышка возьмется за ум! А не видела. Не видела и все тут! Я почти отчаялась, собиралась уходить уже из академии на заслуженную пенсию, и решила раскинуть карты на последок. И знаешь, карта Алиссии на моих глазах изменилась, внешне оставалась такой же, но я видела, что изменилась. И впервые я смогла рассмотреть будущее — и твое, и ее.
— Надеюсь, оно у нас обоих счастливое.
— Нет, Алиссия своего счастья так и не найдет, потому что давно его упустила. Теперь только будет метаться по миру, искать потерянное, а не найдет никогда.
— Даже жаль ее, — я все равно была благодарна этой дурехе за то, что очутилась здесь. — Да и ее отца тоже. Лорд так и не смог оправиться от потери дочери.
— Ничего, в монастыре ему нравится, не волнуйся за него. Волнуйся за себя! Впереди тебя ждет еще куча испытаний. Но и вознаграждения ты будешь получать такие, о которых и мечтать боялась.
Бабка как-то странно посмотрела на меня, словно в душу заглянула, а потом легонько, нежно-нежно провела ладонью по моему животу. Подмигнула и не позволив мне оправиться от такого намека, громко, на всю аудиторию закричала:
— За тайру Алиссию, за ректора Алису!