34 холостяка, или Дневники народной свахи
- Так свадьбы две у нас намечаются, - пояснил конюх, присматривающий за животными. - К Оленьке и Софьюшке сегодня ваши свататься приходили, - на этом моменте мы со Светозаром состроили удивленные лица. - Девицам женихи полюбились, а царь добро дал. Говорит, что лучше жениха для его дочери и не сыскать.
Мы поблагодарили мужика за столь ценную информацию и распрощались с ним. А когда отъехали от столицы, Светозар напомнил о нашем споре:
- Ален, - серьезно произнес он, - начинать никогда не поздно. Давай, бери в руки поводья… вот так, - он воспользовался моим замешательством и сунул мне их в руки. - Я тебя страховать буду.
Да, теперь я точно не усну в седле. Спасибо, стремена на себе оставил. А так, получается, я просто «рулила» конем. Не стала возмущаться по поводу и без повода - тем более, что меня страхуют и поддерживают. Сие занятие меня так затянуло, что дорога домой показалась очень короткой.
- Сделаешь мне ужин персонально? – попросил Светозар. - Если Берислава опять приготовит свою серую кашу, я не выдержу.
Я серьезно поглядела на вконец обнаглевшего богатыря, а он на меня.
- Ладно, - сдалась первой, - приготовлю.
- И вообще, все остальные ведь, кажется, пристроены, - ухмыльнулся мужчина.
- И что? – не поняла я.
- А то, - мне положили руку на плечо, - готовить тебе только для меня. Я единственный не женатый у нас в тереме. Остальным могут и их женушки готовить.
- А как же Любозар, Пршемысл и Ростимир? – напомнила я. - Их свадьбы еще не сыграны.
- Бериславину стряпню поедят, - отмахнулся друг.
Когда мы подъезжали к терему, уже начало смеркаться. Я так устала! Хорошо, только на нас со Светиком готовить. Можно омлет с копченым мясом сварганить, ну и по паре бутербродов с чаем.Думаю, голодным не останется.
Войдя в терем, я сразу направилась в сторону кухни. Быстрее приготовлю - быстрее спать лягу. Пока готовила омлет, постоянно сдерживала рвущиеся наружу зевки. Да-да, я опять пренебрегла помощью скатерти-самобранки. Благо, что за время своего пребывания в Отражающем мире, успела уже довольно много перенять у Бериславы. А то ведь у нас в Москве поди никто на русской печи и не готовит. И я не готовила…раньше.
Светозар пришел, когда я разливала чай в кружки. В столовой никого не было, так что я решила, что поужинать можно и в кухне. Светозар спорить не стал и, сев на скамью, пододвинул себе тарелку с довольно большой порцией омлета с копченым мясом и с аппетитом стал есть.
- Светозар, - позвала я мужчину, и тот оторвался от поглощения ужина.
- Чего? – буркнул светловолосый богатырь.
- А почему ты до сих пор за мной подглядываешь? – захлопала глазками.
Мужчина напрягся и пристально посмотрел на меня своими серыми глазами.
- Я уже говорил, - притворно безразлично произнес он. - Мало ли, опять кикиморы появятся.
- И только? – прищурилась я.
- И только, - Светик снова уткнулся в тарелку.
- И вчера ходил, подглядывал? – между делом спросила и положила в рот кусочек мяса.
- Да… - мужчина тяжело выдохнул, и на его лице заиграли желваки.
- И все-все видел? – невинно спросила.
- Да, - рыкнул богатырь.
- И не стыдно? – надула губки.
- Алена! – он бросил ложку на стол и сжал кулаки. – Что ж ты мне душу травишь!
- Чего? – не поняла я.
- Специально же вчера… - Светозар хотел еще что-то сказать, но я ему не дала.
- Специально, - постаралась говорить спокойно. - Потому что нечего как маньяк какой-то за мной смотреть, когда я купаюсь!
- А если тебя нечисть речная на дно утащит? – грозно произнес Светик.
- Не твоя забота! – стала заводиться. И как у него это получается?..
- Ну, знаешь… - заскрипел зубами друг и, резко поднявшись со скамьи, вышел из кухни.
Воистину, язык мой – враг мой! Надо было смолчать… А теперь поссорились на пустом месте! Ну, допустим не на таком уж и пустом, но все же…
Я встала из-за стола и стала убираться на кухне. Настроение было поганым, да и спать хотелось все сильнее. Так что, наскоро помыв посуду, протерла стол и поплелась на второй этаж в свою комнату. А там…
Открыв дверь, я не сразу заметила Тимофея, который лежал на боку: одна его часть (та, что усатая) была спрятана от моих глаз кроватью, а вторая (та, что хвостатая) - торчала из-под нее и нервно шевелила хвостом. Подойдя на цыпочках к кровати, я осторожно потянула кота за хвост, тот резко вскинулся и стукнулся головой о каркас моего «ложа».
- Алена! – недовольно буркнул котик. – Бессердечная ты сваха! Зачем разбудила?
- А ты, зачем теперь там спать удумал? – в свою очередь спросила я.
- Чтобы ты в меня подушкой не кидала каждое утро, - недовольно задергал усами кошак.
- А ты не буди меня таким изощренным способом, я и не буду в тебя подушками пулять! – уперла руки в бока.
- Ну, знаешь… - буркнул Тимка и пополз под кровать целиком.
А у меня было дежавю. Вроде только пару минут назад то же самое мне сказал Светозар. При воспоминании о светловолосом богатыре, настроение упало до отметки «ноль», и потому я стала по-быстрому укладываться спать. О своих сердечных ранах подумаю завтра.
А на следующий день я узнала, что тем же вечером состоится свадьба Пршемысла и Потаны. На мой вопрос: почему у них все свадьбы играют так быстро, богатырь только хмыкнул и сказал, что в их мире это не редкость. Из серии «зачем тянуть?». Остаток дня прошел в суматохе. Решила заранее приготовить ужин, чтобы потом в ночи с ним не возиться – благо народу в тереме уже осталось совсем мало. Потом занялась мытьем полов. Берислава от подобной работы отлынивала и на мой суровый взгляд никак не реагировала. Черномор как обычно поехал с богатырями на границу с Замухрынью, но тем не менее обещался сегодня приехать по-раньше. Светик завтракать не стал, а сразу отправился к конюшне. Обиделся или нет - не знаю. Но решила не забивать себе этим голову и занялась домашними делами, полностью погрузившись в них с головой. Так и прошла половина дня… а там и Черномор со Светиком приехали. Остальные мужчины отправились сразу к женам.
Свадьбу решили играть, как и остальные - в деревне, так что я, Светозар, Черномор и Берислава, наскоро собрались и пошли, как обычно, к дому старосты. Тут все было по старой схеме: песни, пляски, кидание риса… И как им продукт не жалко? Столько риса за пару недель извели - ужас просто! Я стояла в толпе рядом со Светиком и внимательно рассматривала близ стоящих. Среди прочего люда маячила светлая голова Марьи, которая пожирала своими глазищами светловолосого богатыря с недельной щетиной. Моего богатыря! И пускай он не делал мне предложения, не клялся в вечной любви, и, по сути, я и прав-то на него никаких не имела, но… Я уже решила, что он МОЙ! Это моя «прелесть»! И мне все равно на то, что мы успели недавно поссориться и сейчас почти не разговаривали. Марья, кажется, заметила мой недобрый взгляд и угрожающе уставилась на меня: на ее лице появилась противная улыбка, и от этого я заскрипела зубами.