Двойная ошибка миллиардера

— Давайте не ждать, пока найдутся родственники господина Рича, а начинать все нужные процедуры прямо сейчас, — говорю я решительно, — у него есть деньги. По крайней мере, на первое время. Какая форма оплаты действует в клинике?
*Помогите, помогите пожалуйста (англ.)
    
Глава 13
— Ален, сможешь проведать господина Рича? — спрашивает Мария, по традиции подсаживаясь ко мне на террасе за завтраком. — Я звонила в клинику, сказали, наш дедуля держится бодрячком. Хочет тебя видеть.
— Смогу. Я и так собиралась после занятий к нему забежать, — отпиваю чай и отставляю чашку. Круассаны, конечно, вкуснее. А с овсянкой даже кофе не идет, приходится заменять чаем. — Не знаете, нашлись его родственники?
— Как будто бы да, кто-то нашелся. В любом случае он передал просьбу, чтобы за ним сохранили номер.
— Это просто отлично. Он такой милый и безобидный, было бы несправедливо, если бы он оказался одиноким.
— Это да, — вздыхает Мария, — я бы сама его проведала, но у нас сегодня полный завал.
— А что такое? — интересуюсь удивленно. — Вроде как все службы работают отлаженно, авралов не наблюдаtncz.
Мария некоторое время раздумывает в нерешительности, а потом резко встряхивает головой.
— Ай, ладно, думала не говорить, но все равно разнесется. Мы ждем аудит, получили от владельца распоряжение готовить отель на продажу.
— Как на продажу? — я даже привстаю.
— Вот так, — разводит руками Мария, — думаешь, мы не в шоке? Еще в каком.
— Но зачем он продает отель?
— А пес его знает. Может, денег много пообещали. Вам-то переживать не о чем, обслуживающий персонал наверняка менять не станут. А вот менеджерский состав новый владелец сто процентов захочет сменить.
Мне и возразить нечего. Конечно, в случае смены владельца первыми меняют управленцев, но и мне следует напрячься. Не в каждом отеле есть такая штатная единица как ночная горничная. Что я буду делать, если новый владелец решит меня уволить?
— А кто покупает, знаете? — спрашиваю Марию.
— Точно нет, — пожимает она плечами, — но говорят, какой-то грек. Богатый до неприличия.
— Если он грамотный бизнесмен, то не станет бездумно метлой мести, — рассуждаю я, — а постарается выяснить профпригодность каждого сотрудника. Так что не расстраивайтесь раньше времени.
— Посмотрим, — соглашается Мария, — возможно, так и случится. Мне будет жаль уходить, столько труда вложено.
А мне как жаль. И чтобы она уходила жаль, и самой уходить не хочется.
— Вас оставят, — говорю убежденно, — я бы к примеру оставила.
— К сожалению, от тебя это не зависит, — улыбается Мария. — От нас в этой ситуации в принципе мало что зависит. Как будет, так будет.
И я не нахожу ни одного аргумента, чтобы ей возразить.
 
* * *
Дверь больничной палаты открываю с осторожностью. Я все еще под впечатлением от того, в каком виде обнаружила мистера Рича в его номере.
Но когда вижу живые прищуренные глаза, отлегает от сердца. Для тяжелобольного в них слишком много огня. Значит, ему действительно лучше.
Верхний край кровати приподнят, наш старичок лежит в полусидячем положении, с удобством откинувшись на подушки.
— О, моя спасительница пришла! — при виде меня его лицо оживляется. Мистер Рич живо приподнимается в кровати, откладывает в сторону планшет и поправляет на переносице очки.
— Зачем вы встаете? — бросаюсь к нему. — Вам необходим постельный режим. Если увидит медперсонал, устроит вам выволочку. И мне заодно.
— Ой, знали бы вы, как они мне надоели, — машет рукой мой больной, — все вокруг бегают, суетятся, как будто я умираю.
Я молчу. Говорить о том, что он выглядел довольно-таки умирающим неуместно и бестактно. Тем более, что сейчас он на умирающего точно не похож.
— Мне сказали, что вы студентка, милая леди, но я не думал, что вы так молоды. Жаль, я бы успел побриться и сделать маникюр, — старик хитро улыбается.
— Я рада, что вам лучше, — сажусь на стул рядом с кроватью. — Все это время к вам не пускали, разрешали только звонить и узнавать о вашем состоянии. Мария, наша управляющая, каждый день звонила по нескольку раз. И только сегодня позволили вас навестить.
— Ох уж эти эскулапы! — мистер Рич грозит кулаком в сторону двери. — К ним только попади. Хуже тюрьмы. Терпеть не могу больницы.
У него это выходит так забавно, что я не могу удержаться и прыскаю в ладонь.
— Я их тоже не люблю, — признаюсь старичку, — ни больницы, ни врачей.
— Значит решено, больше никаких болячек, — заговорщицки подмигивает мистер Рич, и мы оба смеемся. Но он быстро принимает серьезный вид. — Я должен поблагодарить вас, милая леди. Если бы не вы, даже самый лучший эскулап не смог бы вытащить меня обратно с того света.
— Я так испугалась, — честно признаюсь, — и растерялась. Это Мария вызвала скорую, управляющая.
— Вы оплатили мое лечение и пребывание в клинике, — перебивает старик. — Должен сказать, я шокирован. Давно не встречал ничего подобного. Вы сумели меня не просто удивить, милая леди. Вы меня поразили в самое сердце.
— Ну что вы, — бормочу, — это такая мелочь...
На лице пожилого господина появляется настолько неописуемое изумление, что я сконфуженно замолкаю.
— Мелочь? Вы серьезно?
— Я имела в виду деньги, — спешу поправиться. — Когда выяснилось, что у вас нет медицинской страховки, мне захотелось помочь. На моем месте так поступил бы каждый.
Мистер Рич скептически приподнимает бровь и качает головой, но вслух говорит другое.
— В любом случае я хотел бы эти деньги вернуть.
— Вы уверены? — спрашиваю нерешительно. — Вам предстоит длительная терапия, потом реабилитация...
— Я, конечно, не миллиардер, но как-нибудь наскрести такую сумму точно смогу. Если что, попрошу у детей.
— Детей? — не сдерживаю удивления, а он вдруг откидывается на подушку и заливисто смеется.
— У вас такое уморительное выражение личика, милая леди! Да, представьте себе, у меня есть дети. Только они наверняка старше ваших родителей! Мой сын большой усатый дядька с солидным животиком, а дочка настоящий жандарм в юбке. «Папа, тебе этого нельзя!» «Папа, туда не ходи!» Я обоих нежно люблю, но предпочитаю держаться подальше. Они мне надоели еще больше, чем врачи.
Будь здесь его дети, возможно, они бы обиделись, но я ничего не могу с собой поделать, мне снова смешно. Отсмеявшись, все же собираюсь с духом:
— Мистер Рич, — накрываю ладонью морщинистую руку, лежащую поверх одеяла, — сэр! Можно вас попросить? Это очень важно!