( Не ) настоящая жена для магната

Артем, где же ты?! Ты нужен мне, слышишь? Очень нужен. Приди, пожалуйста. Спаси нас…
Сквозь слезы я увидела размытый силуэт Германа. Подняв руки, он медленно шел в сторону гаража.
Чернов держал его на прицеле.
Темные глаза Германа встретились с моими. На мгновение мне даже показалось, что он… улыбается? Серьезно? Ему кажется это забавным?
Я нахмурилась, но по-прежнему стояла без движений.
— Обыщите, — велел ему Гордеев.
Его цепные псы тут же налетели на парня.
— Пустой.
— За руль его. Пора кончать со всеми этим.
Гордеев резко развернул меня лицом к себе, посмотрел в глаза и я инстинктивно дернулась. Взгляд хищника плавно скользнул по мне, опустился на грудь. Тонкие губы растянулись в голодном оскале.
— Дааа… будет жаль, если такая красота пострадает, — протянул задумчиво. — Хотя… лучше уж ты, чем я.
И захохотал громко.
Я с силой стиснула зубы. Прикусила язык, чтобы не закричать в голос… от неверия. Голова кружилась, его безумный смет отзывался во мне болезненным эхо.
— Боишься? — подцепив дулом мой подбородок, Гордеев заставил меня посмотреть ему в глаза. — Правильно. Бойся. Потому что если ты выживешь, я сделаю тебе очень… очень больно… Я еще не забыл твои выходки. Я вообще НИЧЕГО не забыл…
Распахнув пассажирскую дверь, затолкал меня в машину.
— Будь готова, — шепот Германа разорвал тишину салона, и эта его фраза прошлась по моему телу электрическим разрядом. — Я нас вытащу!
Дальше все было как в тумане. Заурчал мотор, мы выехали с территории особняка и завернули на проселочную дорогу.
Я даже толком не поняла, как мы оказались на выезде из поселка. Возле охраняемого КПП стояли машины ОМОНа. Несколько вооруженных бойцов проводили нас пристальными взглядами. Из сопровождающего автомобиля прозвучали выстрелы.
Я зажмурилась и зажала голову трясущимися руками. Только бы не слышать этих звуков, не представлять, как пули пробивают тела ни в чем не повинных людней. Только бы не оставаться в этом хаосе…
Но мне и этого не дали. Рука Гордеева тут же оказалась у меня на шее. Схватив меня за волосы, намотал их на запястье и потянул назад. Мне захотелось дернуть головой, оттолкнуть его руку, высвободиться, но я не могла даже пошевелиться.
— Смотри. Внимательно смотри, — зашипел мне в спину. — Это все из-за тебя. Все эти смерти на твоей совести. Ничего бы не было, приди ты ко мне сама. А теперь не смей отворачиваться!
Гордеев снова расхохотался, и я всхлипнула едва слышно.
— Я же говорил тебе, что ты будешь моей. С самого начала говорил. Но нееет. Твоя тупая головка этого не понимала! Я всегда получаю то, что хочу…
И зычно добавил.
— Всегда!
В эту самую секунду машину резко занесло. Мир вокруг завертелся, закружился как на карусели. Клубы дыма и пыли поднялись, поглощая нас, отрезая от действительности.
Раздался оглушительный крик, прямо над моей головой прозвучали выстрелы и я, закрыв уши руками, задрожала всем телом, по щекам покатились слезы. Но вопли и мат я продолжала слышать даже сквозь шум в ушах.
Я еще не понимала, что произошло, как почувствовала сильный поток ветра справа от себя. Дверь открылась и кто-то с силой толкнул меня в плечо.
— Марина, прыгай!
Раздался еще один выстрел, заскрипели тормоза. Герман снова толкнул меня, на этот раз сильнее. Я оттолкнулась, обняла обеими руками живот и прыгнула в густую пыльную завесу.
Земля понеслась мне навстречу, миллион маленьких стрел пронзили тело, а затем все пропало. Остался только красный туман боли, обрушившийся на меня каменной плитой. Далекий недосягаемый кусок неба мелькнул перед и тут же исчез в грязных клубах дыма с пеплом.
Силы иссякли. Усталость накатила молниеносно. Взорвалась и разрушила меня изнутри. Я больше не боролась, закрыла глаза и погрузилась тошнотворную липкую тьму.
    
Глава 33
Артем 
 
Что-то случилось…
Я не понял, как отключился, как свинцовая тяжесть вдруг опустилась на плечи и раздавила своим весом, утащила куда-то, затолкала на самое дно глубокой бездны. Странный искусственный сон затуманил разум, вырубил сознание и обездвижил. Боль отступила, будто притупилась под действием анестезии, глаза закрылись, и я уснул.
Бессвязные картинки прошлого закружились в разноцветном водовороте красок. Они накатывали легкими изумрудными волнами, плескались вдали и хотелось нырнуть в них с головой, утонуть, избавиться от проблем и ожить вновь. Хотя бы там, в тайных глубинах собственных воспоминаний, увидеть ее улыбку, услышать любимый голос, ощутить нежные невесомые прикосновения. И чтобы никого рядом. Только мы и ничего больше…
Не знаю, сколько времени длилось мое беспамятство, час, два, минута… может вечность? Но в какой-то момент меня вновь выбросило в реальность.
Резко. Молниеносно. Громко.
Жизнь ворвалась в обездвиженное тело, разлилась по венам и забилась в самое средоточие моего естества, запустила застывший механизм.
Задохнувшись от внезапных ощущений, я вдруг подскочил на месте и распахнул глаза.
Мгновение потребовалось, чтобы оглянуться по сторонам и понять, что именно со мной произошло.
Тимофей! Чертов вояка, ты что опоил меня?!
Вылетев из машины, оглянулся по сторонам. Всюду виднелись трупы. Тела охранников вперемешку с людьми в форме лежали на каждом квадратном метре. Военные, полицейский, медики носились из стороны в сторону, всюду звучали незнакомые голоса, крики, какие-то вопросы и грустные вздохи. Меня не замечали, на меня не обращали никакого внимания. Я будто проспал целую вечность и очнулся прямо в аду. В непроходимом кровавом болоте, где не было никого из МОЕЙ жизни…
И тут я услышал взрыв… Громкий, оглушающий, самый настоящий взрыв… Второй за этого проклятый день и возможно последний за всю мою никчемную жизнь.
Он будто во мне случился. В грудине, где зажгло так, что захотелось кричать, взреветь в голос, пока не сдохну. И в то же время я ощущал, что уже умираю, как меня разрывается изнутри, и куски мяса словно отваливаются от меня, оставляя на теле глубокие раны. Меня больше нет. Ничего нет. Все исчезло. И только боль дикая. Боль и неверие.
Опоздал… Позволил страшному случиться… Не спас…
— Марина! — закричал так громко, что собственное эхо едва не оглушило.
Я сорвался, рванул сквозь толпу и пролетел по дороге, не видя перед собой ничего, кроме далекого догорающего островка…
Марина…
Я не могу потерять тебя.
Не могу, слышишь?!