Огненная невеста короля. Сердце Пламени

А вот потом возникла новая проблема. Я взяла с собой мало одежды, лишь несколько дорожных платьев. Все тёплые, с длинными рукавами, из плотной шерстяной ткани. И конечно же под горло. При сборах руководствовалась практичностью, понимала, что конец лета не станет радовать теплом. Но уж точно не могла предположить, что на моей шее появится метка, к которой придётся давать доступ мужчине. Пришлось облачиться в нижнюю рубашку, а поверх неё надеть халат, что мне принесла служанка, чтобы закутаться после мытья. Не самое скромное облачение, но Кассиан сам сказал, что мы не мужчина и женщина, а телохранитель и ценная невеста. Чужая невеста. Наверное, он прав, моё смущение глупо, а желание держаться норм приличия бессмысленно в дороге, когда приходится справлять нужду в кустах и мыться у ручья.
Стук в дверь оторвал меня от размышлений. К тому моменту я успела и одеться, и даже поужинать.
– Льира, это я, – сообщил Кассиан.
Мог бы и не говорить. Кто ещё придёт ко мне в комнату среди ночи? Узнала бы мама… Ох, лучше об этом не думать.
Кассиан предстал в светлой рубашке навыпуск и в серых хлопковых брюках. В руках он держал перевязь с мечом, с которым не расставался. Волосы были влажными после мытья, как и густая борода. Я по-прежнему считала, что она ему не идёт. Думаю, под ней квадратный подбородок. Гладко выбритым мужчина бы выглядел импозантнее. А пока Кассиан напоминал северного дикаря даже сильнее, чем Рикард.
– Проходите, – посторонившись, я пропустила его в комнату.
Оглядевшись, он сразу прошёл к окну и закрыл створки.
– В него могут пролезть, не держите открытым, – настоял мужчина.
– Мы на третьем этаже, – пожала я плечами. – И тут душно. Слишком сильно топят.
– Придётся потерпеть, льира.
– Я только и делаю, что терплю, – пройдя к столу я опустилась на стул, ожидая телохранителя.
Кассиан заглянул в купальню, после чего прошёл ко мне. Подхватив под спинку второй стул, он поставил его передо мной и оседлал, отложив перевязь с мечом на стол.
– Вы же уже проверяли комнату.
– Как выяснилось, вы любите открывать окна, – тёмные брови приподнялись в ироничном выражении.
– Давайте уже начинать, – я чуть отодвинула ворот рубашки.
Хмыкнув, мужчина потянулся ко мне. Шершавые пальцы коснулись знака. Но ничего не произошло. Разочарование начало подниматься в душе. Коротко вздохнув, я порывисто подалась вперёд и положила ладонь на шею мужчины. Он чуть вздрогнул. Зрачок расширился на всю синюю радужку, и меня унесло в воспоминание.
– Не бойся, Лиандра, – улыбнулся светловолосый юноша Эммет, мягко погладив меня по щеке.
Мы находились на чердаке учебного здания храма Ливы, куда послушники любили сбегать… на свидания.
– Я не уверена, – прошептала, когда он приблизился.
Тёплое дыхание коснулось лица. И вдруг раздался грохот, отчего мы молниеносно отпрянули друг от друга.
– Что тут происходит? – из-за покрытого тканью шкафа появилась Зайра.
Старшая жрица сердито скрестила руки на груди. Её взгляд не обещал ничего хорошего.
Новое воспоминание перенесло меня в личный кабинет Зайры. Она пронзала меня неодобрительным взглядом, временами вновь сосредотачиваясь на письме моей матери.
– Ведь ничего особенного не произошло, старшая, – вновь попыталась отговорить её я.
– Ты не обычная послушница, Лиандра, – напомнила она. – Вопрос твоего брака оговорён. Не хватало ещё, чтобы скандал захлестнул обитель, и о послушницах Ливы стали отзываться как о развратницах.
– Мы просто разговаривали.
– И ты пройдёшь проверку на чистоту, – припечатала она, отчего я вздрогнула, но зло стиснув кулаки, упрямо вскинула голову.
– Проверка докажет, что я чиста. Но скандал захлестнёт уже вас. Мама этого не допустит.
Старуха недовольно стиснула челюсть, потом же заставила себя расслабиться.
– Я напишу твоей матери. Сообщу, что ты собираешься покаяться в проступке. В твоих интересах погасить это пламя.
– Поняла, – поднявшись со стула, я с гордо поднятой головой проследовала на выход.
Хотя внутренне дрожала. Дура, какая же дура. Зачем пошла? Стало интересно, кто отправлял мне любовные письма?
– Ну как? – ко мне подлетела Элиса, стоило покинуть кабинет Зайры.
– Она напишет матери, – призналась я расстроенно.
– Нет, я о том, кто это был? Кто письма присылал?
– Вот ты опять. Ты же меня уговорила пойти на чердак, – я оттолкнула руку подруги, но она тут же повисла на моём локте.
– Глупости это всё, Лиа. Подумаешь, с парнем застукали. Вы же просто общались. А общение не запрещено. Так кто это был? Освальд? Или может Эммет? Ох, это просто мечта, – она восторженно воздела очи к потолку.
– Не скажу.
– Вредина, расскажи, ну, – заканючила она. – Вы хоть целовались? Как это? Приятно? Ну, расскажи. Мне-то никто в любви не признаётся. А любопытно же…
– Дурочка ты, – я наконец улыбнулась. – Не целовались. Замуж выйдем и узнаем, как это.
– Я к тому времени умру от любопытства.
Элиса состроила такую умильную мордашку, что я рассмеялась. И на этом видение рассеялось. Я наткнулась на улыбку на лице Кассиана. И начала стремительно краснеть.
– Любопытство молодых девушек нормально, льира.
Надо же, он попытался меня утешить, хотя еле сдерживал смех. А я готова была провалиться сквозь пол. Когда желала возродить воспоминания, знала, что покажу личное, но явно не к тому готовилась.
– Старшая была к вам слишком строга. Вы не сделали ничего плохого. Это Эммету стоило думать, в какое он ставит вас положение. Он же мужчина.
– Спасибо. Но давайте больше не будем об этом, – попросила я смущённо.
– Как скажете, льира, – он убрал руку с моей шеи и отстранился. – Уже поздно. Ложитесь спать.
– Но мы ничего не узнали, – воспротивилась я.
Ведь только начали, а он уже уходит.
– Разве? – притворно удивился воин, поднимаясь со стула. – Вы провели время с подругой. Сохраните это чувство и ложитесь спать.
Взяв перевязь с мечом, он направился на выход.
– Подождите, – я вскочила на ноги и нагнала его за пару шагов.
Ладонь сомкнулась на его запястье. Вторая потянулась к знаку на его шее.
– Ещё немного, прошу, – взмолилась я.
Тело мужчины напряглось, но я не собиралась слушать возражения. Коснулась письмён кончиком пальца. В этот момент раздался звон стекла. Кассиан стремительно отстранился и пробежал к двери. А меня утянуло в короткое воспоминание. Его воспоминание.
Тонкие пальцы скользили по шее, оставляя лёгкие царапины. Податливые губы отзывались на его-мои движения. Жар нарастал в теле. Томление искрилось внизу живота.