Мастер Разума III (СИ)

Машинально кошусь в сторону арены. Зафиксируют ли артефакты “таран” и другие мыслеконструкции из моего стандартного набора? По идее не должны, они всё-таки заточены под местные техники. Путь Разума, это нечто иное. В корне отличающееся от применения силы в этом мире. 
Со следующего ряда ко мне спускается рослый мужчина, протягивающий папку с документами. Фиксирую, как усмехается Аквилий-старший, заметившй взгляд в сторону арены. Сам же подписываю контракт, по условиям которого, в случае победы мне отходит бизнес-джет, а при проигрыше, Ромул получает сеть ночных клубов. 
Ещё один лист бумаги приходится подписать, когда возвращаюсь ко входу на арену. Тот самый отказ от претензий к университету и согласие на отслеживание применяемых техник. 
Поставив ещё одну подпись, замечаю оператора, который уже установил камеру и проверяет её. Рядом Марса, разговаривающая по телефону. 
Тоже достаю свой аппарат и записываю ещё одно видео в “Коммуник”. Предыдущее уже собрало больше ста тысяч просмотров, несколько сотен комментариев и почти десять тысяч апробо. Сейчас же я рассказываю о том, что готовлюсь выйти на арену и собираюсь разобраться с аристократом так, чтобы никто больше не осмелился бросить мне вызов. Сойдёт в качестве разогрева для публики.
Сам же размышляю, как лучше поступить. Я могу ударить по сознанию противника “тараном” и пока тот будет корчиться от боли, использовать любую из выученных техник, чтобы его прикончить. 
Другой вариант — попытаться взять его под контроль. Но провернуть такой фокус на арене, которая заполнена людьми, будет сложно. Особенно, если вспомнить, что здесь не меньше десятка высокоранговых одарённых. А то и больше — на первых рядах появляется всё больше преподавателей, которые явились посмотреть на смертельный поединок студентов. 
Прикончить его или попробовать вывести дело к призыву о пощаде? В первом случае, Аквилии безусловно попробую отомстить. Как бы они не относились к этому парню, будет задета честь рода. Они непременно захотят её отмыть. Моей кровью.
Впрочем, если оставлю его в живых, проблема окажется такой же. Его отец всё равно посчитает, что на репутации Аквилиев поставлено большое грязное пятно, от которого следует избавиться. 
В следующую секунду помещение заливает сигнал гонга и шумящие зрители чуть успокаиваются. Сразу после этого звучит мощный голос куратора. 
— Приветствую всех, кто пришёл наблюдать за дуэлью между студентами первого курса. Напоминаю, что сегодня на арену выйдут Ромул Аквилией и Теодор Ли-Корнелий. Оба, члены славных римских родов, проливших в прошлом немало крови. Сегодня, один из них добавит к этому длинному списку ещё одну фамилию. 
Выдержав паузу, продолжает. 
— Это смертельный поединок, за которым будет наблюдать комиссия из пяти преподавателей университета. Строго запрещено проносить на арену холодное и огнестрельное оружие, равно как использовать артефакты. Студенты могут сражаться врукопашную, но для этого должны использоваться только их собственные тела и предметы одежды. Надеюсь, сегодня до такого не дойдёт и мы увидим по-настоящему зрелищный поединок двух одарённых. 
Усаживается обратно в своё кресло, рядом с Салвец. Как только куратор кладёт микрофон на стол, который стоит перед ним, рядом со мной появляется сотрудник университета, указывающий рукой на вход. 
Шагаю внутрь, а следом топает мрачный Ромул, который сейчас испытывает злость и разочарование. Видимо не думал, что поединок окажется настолько масштабным. Или считал, что его семья отреагирует на это совсем по другому. 
Добравшись до границы круга, который засыпан красной субстанцией, останавливаюсь. А зал снова наполняется голосом куратора. 
— Как только противники вступят в круг, над ними поднимется защитный купол. Применение техник извне находится под запретом. Дуэлянты должны использовать только свою силу. Поединок закончится смертью одного из них, либо сигналом о сдаче. Для этого одному из соперников достаточно поднять большой палец любой руки вверх.
 
Глянув на аристократа, делаю шаг вперёд. Мгновение он смотрит на меня, а потом идёт в сторону и повторяет манёв с противоположной стороны, оказавшись буквально в десятке метров. Не так уж много места для манёвра. 
Почти прозрачная плёнка появляется за доли секунды. Накрывает нас полностью, разом отсекая гомон трибун и голос Квинта, который снова начинает что-то говорить. Невольно морщусь — от поднявшегося купола явственно несёт силой Твари. Судя по всему, местные научились использовать её мощь без ущерба для себя. Не только такие, как Хеф, но и вполне законопослушные. Надо будет узнать у Салвец, кто создавал артефакты, которые обеспечивают безопасность на арене. 
— Готовься к смерти, ублюдок! Ты оскорбил не только меня, но и всю мою семью!
Сколько пафоса то. Зачем такое вообще кричать, если тебя никто не слышит, а ты сам собрался всего лишь убить противника? 
Впрочем, в моём случае, диалог может быть полезен. Хотя бы тем, что позволит вывести соперника из себя. 
— Это как? Когда сказал, что твоя мать любит сосать? Давай ещё скажи, что это совсем не так. 
Ромул, который собрался выкрикнуть что-то ещё, запинается, давясь воздухом. Удар абсолютно детский. Так развлекаются школьники, любящие схлестнуться в онлайн-игре. Но на аристократе срабатывает. 
— Да как ты смеешь, ничтожество! Я прикончу тебя за это!
Да ему же страшно. Вот откуда эта странная тяга к беседе. Парень опасается нанести первый удар. Ведь потом начнётся настоящий бой, из которого он и правда рискует не выбраться живым. Да и в случае победы ему придётся убить. Если Ромул раньше никого не отправлял на тот свет, то этот опыт ему вряд-ли понравится. 
— Попробуй. Как знать, вдруг у тебя получится. 
Вижу, как тот становится в боевую стойку. Сам же тянусь к его разуму. Прямое воздействие, пока остаётся слишком сложной задачей. Но это если говорить об осознанном вмешательстве. Вот просто надавить, я вполне в состоянии. 
Обрушиваюсь на его ментальную защиту, продавливая её внутрь и вижу, как лицо аристократа искажается в гримасе. Вот и отлично — всё, что мне требуется, это максимально вывести его из состояния равновесия. 
Складывает пальцы. Взмахивает руками. И вполне предсказуемо ошибается в реализации техники. Не знаю, чем он предполагал ударить изначально, но сейчас я чувствую лишь лёгкий ветерок, который обдувает кожу. 
Парень что-то яростно ревёт и снова принимается двигать пальцами. Я же усиливаю давление, одновременно сам становясь в боевую стойку. 
Новый удар. Вихрь золотистой пыли проходит в трёх метрах правее, врезаясь в купол. Тот слегка подрагивает — исполнение однозначно было мощным. Но не очень прицельным. 
В ответ я наношу удар электрической техникой. Быстро, просто и эффективно. Противник пытается пустить в дело что-то ещё, но не успевает — валится на красный песок, корчась в судорогах. 
Быстро шагаю вперёд, оказываясь рядом с ним. Добить или не добить? Поединок занял куда меньше времени, чем я думал. И судя по всему, заканчивать его придётся прямо сейчас. Я не могу вечно рассчитывать на то, что этот идиот будет мазать. А стоит ему хотя бы зацепить меня, как ситуация может резко измениться. 
Ромул пытается подняться и снова бью электричеством, заставив его опять рухнуть на песок арены. 
Подойдя, опускаюсь на одно колено рядом с ним. Определившись, обрушиваю на его сознание “таран”. Аристократ хрипит от боли, а я сразу добавляю “поводок”. Теперь “внедрение”. 
Наклонившись ещё ниже, шепчу. 
— Теперь ты полностью предан мне. Готов сделать всё, чтобы защитить меня от любой угрозы. И никогда никому не расскажешь о том, что находишься под моим контролем, если я не дам на то прямого разрешения. Отныне, ты мой преданный солдат. Которые сделает всё, чтобы обеспечить безопасность господина. 
Парень с шумом втягивает воздух, испуганно смотря на меня. Я же продолжаю. 
— Ты будешь играть обычную роль. Сына своих родителей, который их постоянно разочаровывает. Расскажешь, что я угрожал убить тебя и поэтому ты был вынужден просить пощады.