Синичка

Подъезжает автобус, и я залезла внутрь салона, заняв место у окна. Подошла женщина-кондуктор, и я расплатилась за проезд. Потом достала из рюкзака наушники, воткнула их в телефон и включила песню Mr.Kitty – after Dark. 
Ехать мне не близко, и солнце продолжает раздражать глаза, поэтому я откинулась на спинку сидения и прикрыла глаза. И просто стараюсь не о чем не думать, а под этим я подразумеваю Макса. Он последний человек, о котором я стану думать. После всего, что он сделал. После того, как уничтожил меня. Растоптал. Унизил.
Но и с тем, я готова все потерять ради него. И когда гаснет свет, и только для него, разгорается пламя. Вот такая я дура.
Иногда я себя чувствую одинокой, даже не смотря на то что у меня есть мама и подруга Вика, но все равно это ничего не меняет, а точнее мое внутреннее состояние.
Приоткрываю глаза, чтобы посмотреть где я еду и не проехали ли я остановку. Нет. Как раз на следующей выхожу. Выключила музыку, наушники закинула обратно в рюкзак и приготовилась выходить из автобуса. Наконец-то автобус тормозит около остановки с названием солнечный берег, это и есть район где живет моя подруга. Этот район давольно новый, застроился совсем недавно. Огромные высокие дома, с большими парковками для автомобилей жильцов, так же развитая инфраструктура. Магазины, больница и даже детский сад, вместе со школой. Тут красиво, есть и небольшой парк. А так же неподалёку протекает река, ну соответственно тут есть набережная. Бывало с Викой мы гуляли по этой набережной, и по парку.
Я медленно бреду в сторону дома, где проживает подруга, по пути решая, зайти в магазин и купить что-нибудь к чаю.
В магазине взяла пирожные в корзинках, их четыре штуки в упаковке. Две вишнёвые, а две другие с абрикосом.
Дошла до дома, набрала код на двери и вошла в подъезд. Вика живет на четвёртом этаже, так что нет нужды подниматься на лифте, и я пошла в сторону лестниц. Я так частенько делаю, мне нравится подниматься по лестницам. Когда вышла на лестничный пролёт, я услышала что кто-то был на лестницах, и судя по голосам это какие-то малолетки. И при чем это мужские голоса. Неприятный холодок прошёлся по моему позвоночнику. Я старалась сделать максимально не принужденное лицо, и стала потихоньку подниматься по лестницам.
– Слышите, парни? К нам кто-то идёт. – заговорил противный голос.
– Сейчас будет фейс-контроль. – проговорил голос с хрипотцой.
А остальные заржали, как кони.
Наконец-то я вышла на третий этаж, вот тут-то они и были. Их четверо. На вид им всем чуть больше двадцати лет. Как-то не по себе стало. Я старалась не смотреть на них, и хотела пройти незамеченной. Но нет.
– Куколка, куда это мы идём? – спросил парень, что был в серой футболке.
Я решила проигнорировать вопрос, и попыталась протиснуться между ними, но меня схватили за руку и развернули на 180 градусов. Я охнула, и тут же попыталась вырвать свою руку. На меня смотрели парни, и гаденько так улыбались. Кроме одного. Он стоял чуть поодаль от остальных, и смотрел на меня каким-то диким взглядом. Челка его темная упала на лоб, так что видно было только один глаз, второй же она прикрывала. И почему-то я не могу не смотреть на этого человека. Даже не так. Он, как молодой волк, как вожак стаи. Не знаю почему я так подумала.
– Ребят, ну вы чего… отпустите меня. Мне к подруге надо. – старалась говорить твёрдо, но все равно мой голос дрогнул на последнем слове.
– А девочка, оказывается говорить умеет, – начал ехидничать парень с татуировкой в виде меча под левым глазом. – Рус, что скажешь? Зачётная малышка, да?
Все разом замолкли. И только я слышала стук собственного сердца, которое бешено билось о рёбра, потому что, тот парень с татуировкой на лице обратился к тому, кто молча наблюдал за всем этим. Он сделал два размашистых шага в мою сторону, коротко кивнул своим псам, и те меня отпустили, и не успела я облегченно вздохнуть, как этот Рус провёл своей рукой покрытой различными татуировками по моему лицу. Его прикосновения обожгли. Я выпучила глаза и с мольбой в голосе попросила:
– Отпустите меняя.
Он посмотрел так, что у меня подкосились ноги, и я бы свалилась на холодный бетон, прямо к их ногам, если бы он не придержал меня за руку. Наклонился и прошептал на ухо:
– Красиваяяяя, – он втянул носом мой аромат. – Ступай.
Я отступила на шаг назад, резко развернулась и чуть ли не бегом побежала к Вике.
С ума сойти, что ж творится средь бела дня?
Дошла до квартиры Вики, и нажала на звонок. За дверью послышались шаги, дверь открылась и я пулей залетела в квартиру. И только сейчас я поняла, что меня пронесло, и они не навредили мне. Меня начала бить мелкая дрожь, и глаз противненько так задергался.
– Варь, что случилось? – обеспокоено спросила рыжая.
И я только сейчас разревелась, осела напол, и голова закружилась. Зажмурила глаза, чтобы прекратить поток слез, но они продолжали бежать, как Ниагарский водопад. 
А потом я открываю глаза, голова откидывается назад.
И темнота…
    
Глава 10
– Варвара, вы скажите мне раньше у вас такое было? – спрашивает меня семейный врач семьи Салтыковых. – Головокружения были? Болела ли голова?
Вика привела меня в чувства почти сразу, как я потеряла сознание. Мне пришлось все ей рассказать. Она грозилась выйти в подъезд и отчихвостить этих отморозков, но видя какая я бледная, она передумала.
– Ну голова болела, головокружений не было, – задумчиво постучала пальцами по подбородку. – Ещё я стала неуклюжей, и если честно у меня дергаются зрачки.
Екатерина Олеговна что-то пишет к себе в тетрадь, и кивает головой каким-то своим мыслям, а я же сижу и ерзаю на диване в большой комнате у Вики дома. Кусаю щеку изнутри. Нервничаю.
– Варь, смотри на ручку, – я уставилась на ручку, а врач начала водить ей туда-сюда. – Спасибо.
И опять что-то записывает.
– Может вы скажите, что у меня? – спрашиваю я.
Врач посмотрела на меня как-то слишком внимательно, отчего я ещё сильнее заерзала на диване.
– По первым признакам у тебя симптомы нистагма. Точнее могу сказать после обследования, – покачала головой Екатерина. – А ещё твоя неуклюжесть похожа на вестибулярный нистагм.
Я сижу и честное слово не поняла, о чем врач.
– А можно пожалуйста по - русски?
Врач встала с мягкого стульчика, сложила свои записи в сумку и сказала:
– Завтра приезжай по этому адресу, – она протягивает мне бумажку. – Пройдёшь обследование.
Я приняла эту бумажку.
– Простите, у меня нет столько денег. – опустила голову вниз.
– Не переживайте, все уже оплачено.