Фальшивка для тёмного мага

— Госпожа де Мракай, у вас закружилась голова? — слышу я голос Премьера и возвращаюсь в реальность.
— Н-нет, уже всё в порядке, спасибо.
Оказывается, он придерживает меня за локоть и всматривается в моё лицо. Я выпрямляюсь.
— Вы готовы продолжать, госпожа?
— Да.
Что ещё?
“Самое главное”, — хмыкает Иниа, ничего конкретно не сказав.
Премьер жестом предлагает мне снова коснуться карты. К тому, что рука снова провалится в алтарь, я почти готова, магия преподносит сюрприз — запястье не то иглой пронзает, не то обжигает.
Я рефлекторно оттдёргиваю руку.
На запястье проступает переплетение чёрных и сиреневых линий, схематично повторяющих рисунок вен, оплетающих де Ривей и де Мракай.
— Госпожа Мрарвей, — кивает мне Премьер.
Официальное признание получено. Больше того, с повышением. Моя маленькая победа, да?
Разумеется, не только моя. Без Ариэля ничего бы не получилось, но это именно я поняла, что нужно ехать в Совет и успела в последний момент, до того, как де Ривеи успели получить то, что они желали.
Получается… статуса владетелей их семья лишилась? Да…
— Идёмте, госпожа? — торопит меня Премьер. — Госпожа, вы действительно не можете взять Туманную низину под контроль?
— Нет.
— Жаль, — разочарованно вздыхает Премьер.
Он думал, что я набиваю себе цену? Хочу за помощь с Туманной низиной получить расширение территории?
Мы возвращаемся в тоннель, и плита бесшумно встаёт на место, скрывая сокровища. Премьер заметно торопится, прямо на ходу он напоминает, что лагерь будет разбит на северном склоне низины в ближайшие часы.
Волшебный лифт возносит нас обратно в секретную комнату, и, как только мы покидаем кабинет, я оказываюсь предоставлена сама себе. Премьер скрывается чуть ли не бегом. Это понятно — у него чрезвычайная ситуация, а я… обуза. Я даже не поняла, в чём смысл официально подтверждать мой статус, но, уверена, смысл был — я слишком мало знаю о магии, чтобы судить.
Я оглядываюсь — где выход?
По приказу Премьера людей уже эвакуировали, и на подсказку случайного провожатого рассчитывать бесполезно.
В любом случае мне нужно на первый этаж, а там и через окно выберусь. Только где мне найти лестницу? Искать наугад плохая идея…
“Иниа?” — жалобно окликаю я в надежде на подсказку.
Ответ приходит не сразу, будто фея раздумывает, подсказывать мне или нет.
“Налево, госпожа… Мрарвей”.
— Спасибо, — отвечаю я вслух.
“Быстрее”, — в её звонком голосе угадывается тревога, и послушно прибавляю шагу.
До сих пор Иниа не давала повода себя подозревать в нехороших намерениях, но доверия у меня к ней… нет. Беспричинно. Какое-то глубинное отторжение. Но при этом в мелочах я готова полагаться на неё полностью и безоговорочно. Сказано быстрее — значит, быстрее.
Пробежать приходится немало. В какой-то момент мне даже начинает казаться, что я заблудилась. Наконец, я вижу зал и ковровую дорожку, будто красной полосой перечеркнувшую его надвое. Дорожка стелется по убегающим вниз ступеням.
Дурное предчувствие холодит затылок.
Обернувшись, я вижу, как в зал почти сразу следом за мной затекает молочный туман. Откуда только взялся?! Я бежала по коридору — не было. Или я не заметила, потому что не приглядывалась, что там по полу струится?
Сизый завиток, дрогнув, тает, и туман, уже не такой плотный, почти невидимый, но по-прежнему опасный, устремляется чётко в мою сторону. Ни за что не поверю, что это совпадение.
Я припускаю вниз по лестнице.
Туман, словно почувствовав, что добыча уходит, нарастает на вершине лестнице матово-белой шапкой. На сугроб похоже. Но это не та красота, которой стоит восхищаться.
“Быстрее”.
Быстрее не могу — если споткнусь и полечу кубарем, переломаю ноги, точно никуда не убегу.
Почти одновременно с понуканием Инии, белый туман срывается с вершины и обрушивается вниз молочной лавиной. От былой медлительности не осталось и следа. На меня падает белая стена.
    
Глава 15
Туман поймал меня на нижних ступенях лестницы, мне оставалось каких-то пять шагов.
Не успеть, никак не успеть.
Спасительная идея… Я переваливаюсь через перила и просто падаю на пол. Белая пелена обрушивается на ступени, мгновением позже, и инерция увлекает туман дальше по наклонной.
“Вставай”, — торопит Иниа.
Я ударилась боком, перекатилась. Вроде бы ничего не сломала, но бедро ушибла точно — ногу больно. Зашипев, я кое-как встаю на колени. Туман ждать не будет, он уже растекается от нижней ступени во все стороны, и это мой шанс — он больше не гонится за мной, потерял след, а значит, надо вставать и убегать.
Иния больше не торопит, она, как мне кажется, скупа на слова.
Я встаю на здоровую ногу, пробую перенести вес на ушибленную.
Бежать точно не могу, но ковылять — попробую. К дверям мне ходу нет, я слишком медленная, чтобы тягаться в скорости с туманом. К тому же, как я подозреваю, если я слишком приближусь, туман отреагирует. Поэтому… Оглядевшись, я выбираю окно.
Сизое марево скоро заполонит весь зал, в сторону окна туман тоже колыхнулся, но пока я выигрываю во времени.
Выглянув наружу, я воспряла — мне не нужно сигать в кусты или срочно отрезать волосы, чтобы сплести верёвочную лестницу для спуска. За стеклом открытая галерея, тянущаяся вдоль этажа.
Одна беда — окно витражное, вытянутое и ни намёка, что оно открывается.
Я оглядываюсь. Выбор простой — в окно или в туман.
Схватив тяжёлую напольную вазу, я стараюсь не думать о том, что она произведение искусства и вообще, возможно, антикварная, бесценная.
Замахнувшись, я обрушиваю вазу на стекло.
Грохот, разлетающиеся осколки, укол черепка в щёку. Ваза гибнет вместе с витражом, и в узком проёме остаются острые зубья осколков. Отряхнув руку, я замечаю на ладони кровь. Надеюсь стеклянных заноз я не нахватала. Второй вазой я оббиваю “зубья”, расчищаю проём.
Оглянувшись, понимаю, что времени больше нет.
В проём я не залезу, но могу просто сесть, а затем перекинуть ноги наружу. Левая нога отзывается болью, а вниз, хотя высота небольшая, всё равно прыгать.
Я вываливаюсь с грацией мешка с картошкой.
— Больно-о-о…
Очень больно. Но я заставляю себя подняться. Левое бедро будто свинцовое и непослушное. Дав себе секундную передышку, я мысленно считаю до пяти.