Девочка для Маршала
Оплатив поездку, я закинула на плечо тяжеленный рюкзак, взяла не менее тяжелую сумку с оборудованием и пошагала к центральному входу в высокое здание жилого комплекса. Внутри оно было не менее пафосным, чем деловой одноименный центр.
Я немного нервничала, потому что боялась наткнуться на какого-нибудь капризного клиента. В моей практике попадались уже такие кадры. А учитывая, что в этом комплексе вряд ли живет простой рядовой работник, то есть все шансы, что его может не удовлетворить мой профессионализм. Не могу сказать, что я не уверена в своих силах, но работать на таких шикарных локациях у меня выпала возможность впервые.
Как только я вошла в холл, женщина за стойкой администрации тут же оживилась. Она принялась кому-то звонить. Подойдя к ней, я сняла рюкзак и глубоко выдохнула.
— Добрый день. У меня здесь назначена фотосъемка.
— Апартаменты 201Б?
— Да, всё верно, — я положительно кивнула.
— Имя? Фамилия?
— Мельникова Лилиана Борисовна.
— Всё верно.
Через пару секунд к нам подошел мужчина. Лысый. Крупный. С каменным выражением лица. Должно быть, он охранник. В его руке блеснула ключ-карта. Не здороваясь, мужчина с легкостью подхватил всю мою ношу, развернулся и пошагал в сторону лифтов. Я даже не успела ничего спросить, хотя планировала детальней узнать о заказчике.
Растерявшись, я пошагала вслед за мужчиной. Он двигался быстро, твёрдо вышагивая. Осанка прямая, движения немного резкие. В кабине лифта мы поднимались вдвоем. Я смотрела себе под ноги, ощущая, нарастающее чувство тревоги. Но при этом мне всё равно не хватило духу озвучить протест или задать хотя бы несколько вопросов. Хотя что-то мне подсказывало никаких ответов от этого человека я бы точно не услышала.
Наблюдая за красными цифрами этажей, что отсчитывались на верхней панели кабины лифта, я мысленно считала удары собственного сердца. Когда зажглось «22», лифт остановился и беззвучно распахнул свои стальные створки.
Я оказалась в небольшом светлом коридоре, где была всего лишь одна дверь с черной табличкой, на которой золотыми цифрами и буквами было написано «201Б». Переложив сумку с объективами, штативом и прочей атрибутикой в одну руку, мой провожатый воспользовался ключ-картой. Дверь открылась, впуская в роскошные апартаменты, в которых одна стена была полностью стеклянной.
Охранник сложил мои вещи в кресле, что стояло прямо напротив электрического декоративного камина и пошагал к дверям. Я топталась в прихожей, не зная, что делать дальше. Мужчина прошел мимо, вышел и закрыл дверь. Я дёрнулась и схватилась за ручку, она не поддалась.
— Эй! Что происходит?! — я несколько раз сильно ударила по глянцевой поверхности холодной металлической двери, но никакого ответа не последовало.
Я бросилась к сумке чтобы взять смартфон. Но его там не оказалось. Когда его вообще успели вытянуть? Я несколько раз перерыла весь рюкзак и сумку, но телефон так и не обнаружила. Черт! Черт! Черт!
Остановившись на несколько секунд, я взволновано потёрла ладони, пригладила волосы, выбившиеся из пучка. Паника мне сейчас совсем не поможет. Подойдя к двери, я еще раз дёрнула ручку, но никакого эффекта это не возымело. Я вернулась к креслу, осмотрелась по сторонам. Мой взгляд выцепил черный стационарный телефон, установленный на низком журнальном столике. Я бросилась к нему, схватила трубку, но связи не было.
На какую-то долю секунды я всерьез решила, что это розыгрыш. Не уверена, что очень смешной, но исполнен он уж точно безукоризненно. Несмотря на то, что гостиная апартаментов была весьма обширной, а за счет стеклянной стены и вовсе казалась огромной, мне вдруг стало не хватать воздуха.
Ведь чувствовала подвох, но всё равно проигнорировала внутренний голос и пошла. И деньги эти лёгкими такими казались, и телефонная беседа прошла так странно. Ну и к чему это привело? Сижу замкнутая в большой металлическо-стеклянной коробке и понятия не имею, что делать дальше.
— Надо было отказаться, надо было отказаться, — проговорила я сама себе, ходя туда-сюда по гостиной, нервно заламывая пальцы.
Но всё случилось так, как случилось и поздно об этом сетовать. Я подошла к большому прямоугольному белому дивану, что стоял напротив стеклянной стены. С двух сторон от него были расположены две одинаковые низенькие тумбочки. На одной из них я заметила плотную черную папку с листами А4. В таких папках обычно документы носят. Я обратила на нее внимание, потому что несколько листов выглядывали из папки. Заглавные буквы, напечатанные жирным шрифтом, складывались в мое имя.
Схватив бумаги, я вчиталась в заголовок. «Мельникова Лилиана Борисовна». Мое сердце от страха будто бы ухнуло куда-то в желудок. Что это еще такое? Быстро пробежавшись взглядом по тексту, я отбросила бумаги обратно на тумбочку, словно они внезапно в моих руках превратились в клубок ядовитых змей.
Это было досье. Иначе и не назовешь. Подробное досье о том, кто я, где родилась, где живу и прочее-прочее. Стало жутко. Причем настолько, что даже голова закружилась. Всему ведь должно быть логическое объяснение, ведь так? Только вот я его всё никак не могла найти.
Внезапно в застывшей, каменной тишине апартаментов запищал электронный замок входной двери. Я резко обернулась, будто меня кто-то ударил по лопаткам плетью и буквально нанизалась на немигающий взгляд ледяных серо-голубых глаз.
Остатки воздуха разом вылетели у меня из горла, потому что я не ожидала такой встречи. Вся эта и без того тревожная ситуация моментально преодолела отметку «чудовищной». Маршал совершенно не удивился моему присутствию, а это означало лишь одно — он всё это устроил.
Шок и страх будто парализовали меня. Я с ужасом смотрела на мужчину. Он выглядел расслабленным, но это обманчивое суждение. Взгляд сосредоточенный, тяжелый и направленный исключительно на меня.
Я в напряжении прикусила внутреннюю сторону щеки, от чего стало так больно, что на глаза даже слёзы навернулись. Маршал неторопливой твёрдой походкой двинулся в мою сторону, я же не сумела ни на сантиметр сдвинуться с места.
Он обладал некой уникальной силой, что просачивалась в атмосферу, хваталась за каждый ее атом. Пусть я и была до чёртиков напугана, но всё равно чётко понимала — с этим человеком не следует конфликтовать. Иначе… Иначе мои дела станут совсем плохи.
Мужчина остановился в шаге от меня. Очень высокий. Теперь, когда он был так близко, я могла в полной мере оценить его исполинский рост и широкий размах плеч. Или, может, это я такая низкая и тощая?
Акулий взгляд медленно и сосредоточенно просканировал мое лицо, будто оценивая все его достоинства и недостатки. Считать какие-либо эмоции с лица мужчины у меня не получилось. Оно было просто непроницаемым и оттого казалось еще более устрашающим.
Взгляд плавно переместился мне за спину и вероятно остановился на бумагах, что я буквально несколько мгновений назад читала.