Такой горячий, но сладкий кофе

— Правда. Извини, мне нужно идти. Меня дома ждут.
— Ну и катись ты к чёрту, дура! — крикнул мне в спину Артём. — Прав был Саша, когда говорил, что ты непутёвая! Зря только время на тебя потратил!
Закрыв калитку, я ещё долго стояла, придерживая её рукой. Нет, я не боялась, что он зайдёт вслед за мной. Я просто пыталась осознать и проглотить все его слова и оскорбления.
Немного успокоившись, я тихо прошла на другую сторону крыльца и села на лестницу. Да, меня душила обида. Я не строила иллюзий по поводу нас, мне просто было больно от того, что он так нагло меня использовал, да ещё и при этом лгал в глаза.
— Трудный день?
— Угу.
— Естественно, ты же его со мной провела.
Я улыбнулась Саше.
— Ты такой хороший. Кому-то повезёт с мужем.
— Когда мне исполнится восемнадцать, я сделаю тебе предложение.
— И я обязательно соглашусь.
— А если серьёзно, что у тебя случилось? Когда ты уходила, твоё настроение было другим, — он осторожно, словно сам не был уверен в правильности своих действий, присел рядом со мной.
— Да просто что-то взгрустнулось. Такое иногда бывает, если ты часто смеёшься.
— Весёлые люди в душе всегда одиноки.
— Верно.
— Я тоже одинок. Друзьям от меня всегда что-то надо, родители по очереди меня пинают друг к другу, словно я никому из них не нужен. Но отец нашёл гениальное, по его мнению, решение: после школы я уеду учиться в Англию. Девушки у меня, как ты правильно заметила, тоже нет.
— Почему?
— А им от меня тоже всегда что-то надо. Все видят во мне богатого сынка издателя, всем плевать, чем я живу, что у меня на душе. Чёрт, да мне даже в кино сходить не с кем!
— Ну хочешь, я с тобой в кино схожу, раз всё так плохо? — засмеялась я.
— Чем я бешу тебя?
— Что?
— Ты говоришь, что я бешу тебя. Я хочу знать чем. Хочу знать, почему ты так относишься ко мне. С другими ты ведёшь себя иначе.
Не знаю, с чего я взяла, что под другими Саша подразумевает конкретно Артёма, но, я не ответила и ушла в дом, оставив Сашу сидеть на крыльце одного. Возможно, моё равнодушие сильно его задело. Во всяком случае, минут через пять после нашего разговора скрипнула калитка, но ни Саша, ни Артём в гостиной так и не появились.
    
Глава 16
Более того, никто из них не появился и на следующее утро, поэтому за столом мы сидели вчетвером. Я вздохнула: место рядом со мной пустовало. И если Сашу я ещё могла понять, то почему не приходил Артём, мне было непонятно. Но задать этот вопрос кому-либо из ребят я не могла; боялась, что это станет поводом для новых сплетен. Благо, Илья сам вывернул наши разговоры на нужную мне тему.
— Кстати, видел сегодня Артёма, — сказал он, хлюпая чаем.
— Да? — Миша даже не пытался подавить ухмылку. — И как он? Отощал, наверное?
— Хах, есть немного. Неважно выглядит, в общем. Грустенько началась его взрослая жизнь, грустненько.
— А что с ним произошло? — осторожно спросила я.
— Разве Олеся тебе не сказала?
— Нет.
— Кто-то выпал из рядов «золотой молодёжи», — позлорадствовал Миша.
— А кто-то в них никогда и не был, — злобно произнёс Саша, громко хлопнув дверью, — вас слышно даже на крыльце. И ничего он не выпал, я разговаривал с ним недавно, — я подвинулась, и он сел рядом со мной.
— Его отец обанкротился, — пояснил Илья, — их семья погрязла в долгах и кредитах. Я слышал, что он даже начал распродавать свои мотоциклы, а это уже не шутки. В общем, проблемы у нашего Артёма.
— И что, никто из вас не может ему помочь? — я недоумевала.
— Чем?
— Да хотя бы просто его поддержать, вы же друзья! — я посмотрела на Сашу. —
А ты? Артём же считает тебя своим лучшим другом! И после этого ты будешь мне рассказывать, что всем от тебя что-то нужно? Ты же ничем не отличаешься от остальных!
Мне было стыдно: и за них, и за себя. Особенно я некрасиво вчера поступила, даже слушать его не захотела. А у Артёма, оказывается, реальные проблемы.
— Что с тобой? — спросила Олеся, когда я потёрла виски.
— Голова болит. У тебя нет какой-нибудь обезболивающей таблетки?
— Увы.
— У меня есть, сейчас принесу, — Миша поднялся на ноги.
— Спасибо, дружочек, ты меня очень выручишь! Покурю, пока он будет ходить.
— У неё болит голова, и она пошла курить. Гениально, — Саша негодовал.
Я фыркнула.
— Отвяжись.
Как думаете, отвязался? Да как бы не так! Пулей выскочил за мной на крыльцо и стал обуваться.
— Мишу можно до бесконечности ждать. Сейчас у нас что-нибудь поищу.
И ведь нашёл! Я даже покурить не успела, как он обратно прискакал.
— Держи.
— Спасибо.
 
— Ты запиваешь таблетку от головы кофе? — Саша наблюдал, как я смешиваю никотин, кофеин и анальгин.
— Странно, правда? Жизнь вообще полна неожиданностей. Особенно, когда ты ничего не знаешь о человеке, с которым общаешься.
— О чём ты?
— Да неважно. Спасибо за таблетку.
— На здоровье…Олеся сказала, что ты уезжаешь?
— Послезавтра.
— Приедешь ещё этим летом?
Я хмыкнула:
— Вряд ли.
— А в следующем году?
— Нет.
— Почему?
Ответить на его вопрос я не успела, что, собственно, очень даже хорошо, потому что ответа у меня не было.
Прислонившись к двери, Олеся сказала:
— Не оставишь нас с Мариной на пару минут наедине?
— Конечно.
Сестра взглядом проводила своего друга, и лишь услышав, как они начали беседовать с Ильёй, обратилась ко мне.
— Поговорить с тобой можно?
— Хм. Об Артёме говорить будем?
— Как ни странно, но нет. О Саше.
— Не понимаю темы нашего разговора. Я с ним не общаюсь, романы не кручу, так что…
— Да, но при этом ты всё равно умудряешься его нервировать.
— Чем нервировать? Тем, что дышу? Ну, извините, потерпит как-нибудь ещё пару дней.
Олеся недовольно вытянула губы и села на соседний пуфик.
— Он переживает, потому что не знает, как с тобой общаться.
— Серьёзно?
— Саша никак не может понять, что он делает не так, раз ты его постоянно игнорируешь и посылаешь эээ…в пешее путешествие.