Оборотень по объявлению. Алрик

– Леон!
– О, и ты меня знаешь. Какой я популярный. – Леопард отдернул от меня руку, видя, что я сейчас отгрызу ему лишнюю конечность.
Мишаня осталась там?
Я кинул взгляд на леопарда, из-за которого меня в качестве командира команды контроля отправили сюда два года назад на миссию по уничтожению самого большого сверха, и чуть не раскрошил зубы в порошок.
Эгоистичный ублюдок! Если бы не он, Вильма бы тогда не натерпелась от Дэвида такого…
Я рванул дверь ресторана на себя, собираясь найти Мишаню, когда Леон сказал:
– А у меня кое-что есть для тебя. Из прошлого.
Я так и встал с открытой дверью.
Прошлое. О чем он? Про Дэвида? Так я уже знаю, что он здесь.
Я нырнул в белую мглу и стал пробираться на ощупь:
– Мишаня! Мишаня! Ми-ша-ня!
Звал ее мужским именем, но не чувствовал себя дураком. Плевать.
Где она? Ничего не чувствую, кроме этого порошка в горле и носу.
Я двигался быстро, на ощупь понял, что в ресторане остался скорый на припадки посудомоец, прыткий до потолка от внезапных касаний официант и боящийся щекотки повар. Больше никого.
Через основной вход Мишаня не выходила. Улизнула через служебный?
На улице пришлось как следует прочистить горло, прежде чем я смог чувствовать хотя бы наполовину так же хорошо, как прежде.
Кошак вышел из-за угла.
– Самоубийца. Я второй раз через этот белый ад не пошел.
– Что тебе надо?
Я втянул воздух, стараясь взять след. Опустил взгляд на землю и увидел отчетливую цепочку следов. Хм-м, нюх не пригодился, только зрение. Далеко успела уйти?
Не дам больше от меня убежать. Поймаю и залюблю до смерти. Нет, до полусмерти.
– Эй! Ты куда? Не слышал, волк? У меня для тебя подарок есть.
– Подавись им. Скажи спасибо, что не до тебя сейчас. – Я пошел по цепочке крохотных следов.
Это точно моя Золушка. Кто-то узнает свою звезду по улыбке, кто-то по взгляду, а я уже понял, что по ногам. Вспомнилась ультракороткая юбчонка на ней, голые ножки, и я взревел.
Она же в таком виде по подворотням ходит!
– Какой-то ты неправильный швед. Пока я у Ларса в клетке сидел, он строго соблюдал этикет.
Ларс – это имя заставило меня внутренне содрогнуться.
Кот продолжал:
– Правда, этот этикет он мог умело засунуть в задницу. Другому.
Я резко остановился и обернулся. Схватил леопарда за грудки и приподнял:
– Как ты связан с Мишаней?
– С кем?
– С девушкой, которую ты привез в ресторан и которой сейчас выторговываешь время, чтобы она могла сбежать.
– А, это? Она моя постоянная клиентка. У нас бартер, ничего больше. – Кошак выпустил когти и чуть не вскрыл мне вены на запястье одним быстрым движением – я еле успел его отпустить.
– Врешь.
– Почти всегда вру, – охотно согласился Леон, убирая когти под кожу. – Но не сейчас. Давай заключим сделку.
– Катись обратно в зоопарк. И не подходи к моей паре, понял? Неважно, что она тебе там должна или что вас связывало. Я со всем разберусь.
– О, да? Нас связывает свадебное платье…
Я не сдержался – швырнул кота о стену. Тот врезался спиной в стопку картонных коробок и заскрипел недовольством, угодив в одну из них пятой точкой:
– Еще раз так сделаешь – и никогда не узнаешь, что на самом деле случилось с твоими родителями.
Я рванул к нему, кот – в сторону.
– Думаешь, можешь говорить что угодно, лишь бы дать Мишане время?
– А ты разве не уравновешенный? Ларс о тебе именно так говорил.
– Я тут два года. Изменился. В худшую сторону.
– Вот и отлично. – Кот швырнул в меня коробкой, которую я легко отбил рукой в сторону. – Потому что враг моего врага мне друг. Ларс почти убил меня и Альбину, но просчитался, спеша подстраховать своего сыночка. Дворовые кошки нашептали мне, что Дэвид здесь. И что он глаз не сводит с твоей сестры. У меня кое-что есть на него.
Я остановился.
– Слушаешь? Ну наконец-то, а то я уже весь вспотел. Итак, давай сразу к сделке. Я тебе даю флешку с компроматом на Дэвида, который тебе очень поможет, а ты поможешь мне.
– Все твои сделки ужасны. Я не участвую.
– Зря. Там инфа о настоящей смерти твоих родителей, а еще секрет и ахиллесова пята Дэвида. А ведь я попрошу всего пустяк.
– Какой же?
– Уговори лис снять с меня все обвинения, чтобы я мог жить спокойно среди сверхов.
Я отвернулся и пошел прочь по следу Мишани, а у самого в голове постоянно крутились слова кота про родителей и Дэвида. Я и секунды не думал пойти с ним на сделку, но он добился эффекта – мысль об информации, что у него есть, не давала теперь мне дышать.
Да еще пара сбежала!
Я увидел ее яркую, словно флаг, юбку издалека. Она села в машину, которая развернулась через две сплошные и полетела, оставляя после себя запах гибрида, моей истинной и человеческого доктора.
Леон тоже безошибочно уловил все следы и долго-долго смотрел вслед машине.
– Ты должен мне помочь. Мне кошки нашептали, что ты к истинной не подберешься, пока не докажешь свою невиновность в гибели ее клана.
Я повернулся к коту и вцепился ему в плечи, чтобы не убежал. Тот смотрел прямо, серьезно, будто пошел ва-банк.
– Что ты об этом знаешь?
– Помоги мне влиться в общество.
– Зачем? Чтобы дальше творить дичь? Ты же сбрендивший подонок!
– А ты не такой? Если твои тараканы синие с желтым крестом, это не значит, что они лучше моих.
– Назови настоящую причину, которую я пойму.
Леон закусил щеку, будто не хотел говорить, а потом нехотя выдавил:
– Альбина.
***
Клан иных
Альбина вышла у ворот территории гибридов и помахала Севе рукой.
– Ты чего? Мы же живем в одном клане, а прощаешься, будто я тебя до родительского дома довез и теперь отправлюсь домой через весь город пешком.
Врач гибридов рассмеялась.
– И правда. Что это я? Сегодня было здорово. Второй ресторанчик оказался определенно лучше первого.
– Конечно, он же не горел. – Сева вышел из машины, взял ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони.
«Да и тот не горел», – хотела возразить Альбина, но скрыла слова за улыбкой. Только в глазах застыла боль. Она еле дождалась, пока гибрид оставит след поцелуя, и убрала руку за спину. Хотела вытереть об одежду отпечаток его губ, но она остановила себя.