Самый вкусный пирог в мире

Семья это главное – и я готова была на все ради спасения отца и мамы, прапрадеда, братьев и сестры. Айзен не стал бы с ними церемониться, это точно.
- У меня есть деньги, они скрасят любые неудобства, - сообщил Виктор. Сейчас, ночью, он казался совсем другим – не таким, как днем. Резким, решительным, смелым – наверно, таким и должен быть спортивный журналист, но мне вдруг подумалось, что Виктор был кем-то еще, и этот кто-то сейчас выглядывал из-за его взволнованного лица и вел меня по улице в сторону храма.
- Ты уверен, что все получится? – спросила я. – Что он отстанет от замужней женщины?
Тот, кто смотрел на меня глазами Виктора, кивнул.
- Разумеется. Я поговорю с принцем Бруно, он поставит на место эту жирную сволочь.
Выйти замуж за Виктора. Немедленно, сейчас. Завтра утром он отправится к принцу, с которым, оказывается, хорошо знаком, и попросит защиты для своей жены от посягательств наглеца. Принц, конечно же, пообломает Айзену рога так, что он навсегда запомнит, что эльфийская жена для мужа-человека это роскошь не по чину.
Я ведь так и сказала ему – вернее, прокричала в тот момент, когда лупила букетом по жирному загривку:
- Жену-эльфийку захотел? На себя посмотри, человечишка! Кто ты, и кто я?
Но Айзена это даже не огорчило. Ссыпаясь по лестнице, он послал мне воздушный поцелуй и заверил:
- Я еще вернусь, дорогая Глория!
- Откуда ты знаешь принца? – спросила я. Мы уже подходили к церкви – ее каменная громада спала, вонзаясь зубами башен и башенок в ночное небо. У входа, у распахнутых дверей горела лампа, давая знак несчастным: идите сюда, вас здесь примут, вам здесь помогут.
- Он большой поклонник борьбы, - ответил Виктор, открывая ворота храма. На шум кто-то выглянул из храма, и я услышала неразборчивое ворчание. – Мы с ним познакомились, когда он проигрался со ставками, а я его выручил деньгами. Потом слово за слово, так и подружились.
- И он точно осадит Айзена?
Виктор посмотрел на меня и ободряюще улыбнулся.
- Конечно. Все будет хорошо, Глория, не волнуйся. Нам просто нужен брачный сертификат.
Сейчас, когда мы поднялись по ступенькам и вошли, храм показался мне сумрачной пещерой. Далеко впереди, у алтаря, едва горели огоньки свечей, тусклые лица святых смотрели с фресок с печальной усталостью. Послышались гулкие шаги – молодой священник вышел, позевывая и обводя рот кругом, увидел нас и спросил:
- Что случилось, дети мои?
Виктор протянул ему полновесную золотую крону и ответил:
- Мы хотим пожениться, святой отец. Сегодня, сейчас.
Монета сразу же растворила все неудовольствие священника. Указав нам на скамью и велев подождать, он пошел готовиться к церемонии. Я села рядом с Виктором, не чувствуя ни скамьи, ни собственного тела. От волнения меня начало знобить. Я не знала, что сказать и о чем думать. Да, я была влюблена – почти влюблена в хорошего человека, который закрыл меня от ножа и сразу же предложил помощь, когда она потребовалась на кухне. Но выйти замуж вот так, через несколько дней после знакомства…
Впрочем, когда-то мои родители поженились точно так же. Отец предложил маме руку и сердце, спасая ее от преследователей и врагов – она согласилась и никогда об этом не пожалела.
Может, и у меня сейчас будет так же?
- Возлюбленные чада мои… - священник вышел, держа в руках Писание, его помощник сел на лавку и принялся заполнять брачный сертификат, от старания высунув язык. – Мы собрались, чтобы священные узы брака соединили...
- Виктора Шмидта и Глорию Фьярвисдоттир, - подсказал Виктор и сжал мою руку. Я вдруг подумала, что могла бы вот так стоять с ним рядом всегда, всю жизнь.
- Записывай, Петер, - велел священник, и помощник кивнул. – Итак, это решение обдумано и продиктовано любовью?
Мы с Виктором ответили «Да». Что тут еще могло быть, кроме любви?
- Глория, согласна ли ты стать женой этого мужчины, которого видишь рядом с собой?
Я посмотрела на Виктора, и он улыбнулся той светлой спокойной улыбкой, которая мне понравилась с нашей первой встречи. Гномы, конечно, высказали бы немало недовольства по поводу того, что наша свадьба идет по сокращенной программе – но это не имело значения.
Виктор спасал меня и мою семью. Чем еще это могло быть, кроме любви?
- Согласна, - ответила я.
- Виктор? Согласен ли ты стать мужем этой женщины, которую видишь рядом с собой?
- Да, согласен, - кивнул Виктор и снова сжал мою руку.
Дальше мы пойдем вместе.
- Тогда поздравляю вас с заключением брака, - произнес священник и сонно улыбнулся. – Любите друг друга и будьте счастливы!
 
4.1
Виктор
Я проснулся ранним утром и сначала удивился тому, что у меня раскалывается голова. Потом я вспомнил, что сегодня снова мою посуду в «Трех кошках», а уже потом – что мы с Глорией поженились ночью.
Рецепт пирога был у меня в кармане. Еще немного – и он войдет в рукопись, а рукопись отправится к издателю, который уже планирует сверхдоходы. Тогда можно будет купить, например, дом в районе Свандринского заповедника, я давно об этом думал. Столичная толчея и суматоха постепенно начинала мне надоедать.
Вздохнув, я провел ладонями по лицу. Свои сокровища надо беречь и хранить и отрубать чужие загребущие лапы, которые к ним потянутся. После завтрака надо будет поехать к Бруно – я действительно был знаком с принцем и знал, как именно можно на него надавить, чтобы он все сделал так, как мне нужно.
Вот и началась моя семейная жизнь. Кто бы мог подумать.
Поднявшись, я вышел из спальни и осторожно заглянул в гостевую комнату. Я был джентльменом, который не посягает на леди в беде, и гостеприимно предложил Глории отдельную спальню.
- Наша первая семейная ночь… - пробормотала Глория, входя в мою квартиру. Она слишком устала для того, чтобы понять, в какой именно дом мы приехали, и я не стал зажигать все лампы, показывая обстановку.
- Все случится, когда ты сама захочешь, - искренне произнес я, глядя ей в глаза. – Нам теперь некуда торопиться, правда?
Мы все-таки поцеловались: быстро прикоснулись губами к губам и отпрянули друг от друга, словно школьники – а потом рассмеялись. Я отвел Глорию в гостевую комнату, и моя новоиспеченная супруга заснула сразу же, едва ее голова коснулась подушки.
Я женат. Непередаваемо.
Приведя себя в порядок, я отправился на кухню и взялся за приготовление завтрака. Сардельки, бекон, жареные яйца, шампиньоны и фасоль – хорошее начало даже самого сложного дня.
Вскоре пришла Глория – пройдя по моему обиталищу при свете дня, выглянув в окно и увидев королевский дворец и площадь святого Марка, она выглядела по-настоящему удивленной. Я улыбнулся и, взяв тарелку, принялся накладывать фасоль.