Осколки

— Прости, я не знала.
— Не извиняйся, я уже взрослая девочка. Просто незакрытый гештальт или как правильно?
— Андрей знает?
— Конечно. Даше мы не сказали, чтоб ее решила, что я на жалость ей бью.
— Дашка перегибает уже в своей ревности.
— Имеет право, Андрей у нее один.
— Не имеет, Лиз. Это эгоизм, а не какие-то детские страхи. Я с ней поговорю обязательно.
— Послушает? — улыбнулась Лиза.
— Должна. Хотя у Серёжи с ней лучше получалось — Дашка стеснялась при нем истерить.
— Если тебе нужно с кем-то о нем поговорить, я послушаю, — предложила Лиза.
— Нет, это перебор с моей стороны. Но за предложение спасибо. Лиза, можно я странный вопрос задам?
— Конечно. Почему странный?
— У меня чертовщина какая-то, то сны Сережины сбываются — он мне рассказывал еще до… Давно, и это в точности сбылось, то у меня такое чувство, что рядом кто-то есть. Потом цветы — выбирала на кладбище его сестре, хотела взять георгины, а у самого прилавка вдруг толкнул кто-то к орхидеям. Оказывается, любимые цветы Сережиной сестры. Сейчас на дороге… Андрей не поверил, но я голову на отсечение даю, что был человек между мной и грузовиком! Взяться ему неоткуда было, но он точно был!
— Сергей тебе снится?
— Один раз, странный сон. Понимаешь, он как будто настоящий и это не сон вовсе. Говорил, что видит обрывками, что происходит здесь, но это может быть просто игры моего подсознания. И до того, как все случилось, снился, просил его дождаться. Тоже странный сон очень.
— Странно. Обычно, когда, как ты сказала, чертовщина, они снятся. Мне часто родственники подобное рассказывают. Раньше думала, что это какая-то защитная реакция и они выдумывают, чтобы потеря не так остро ощущалась, а потом сомневаться начала.
— Думаешь, там что-то есть и они действительно понимают, что здесь происходит?
Девушка спрятала руки в рукава куртки.
— Не знаю. Но очень хочется верить, что есть.
— Спасибо. За честность и за беседу.
— Не за что, Саш. Я понимаю, что тебе сейчас нужно с кем-то обсудить. И ты мне нравишься.
— Ты мне тоже. Хорошо, что вы с Андрюшкой встретились, — искренне призналась я, — Честно сказать, боялась, что ты ревновать будешь.
— Сначала ревновала немножко. А потом тебя у Сергея увидела и поняла, как это глупо. Вы такие интересные… Он тебя обожал, да?
— Да. Хорошее определение. Он… все для меня — мир, луну с неба, что захочешь. Ему это нравится, почему-то — поражать, восхищать, — меня вдруг прорвало, и я никак не могла остановиться, — даже сейчас — кольцо это обручальное. Он ведь мне письмо оставил. Просил его не канонизировать и жить дальше. А как я буду жить? Зачем? Сейчас живу, чтобы его вытащить, у меня надежда есть, а если этого вдруг не станет, что я буду делать? Для чего? Я без него зачем?
— Иди сюда, — Лиза обняла меня как маленькую, — ты устала, да?
— Ужасно. Прости, пожалуйста, не хотела на тебя все это, просто родители Сережины, кладбище, потом вот машина…
— Тсс, я знаешь сколько на работе вижу? У тебя так, немножечко. Вообще не понимаю, как ты тащишь на себе все это, я бы не смогла.
— Я тоже думала, что не смогу. Но кто-то должен.
— Ты очень сильная. Просто сейчас ты устала. Тебе выспаться надо хорошо. Хочешь успокоительное поищу? У меня в сумке всегда что-то есть.
— Нет, спасибо, я потом соображаю плохо. Но ты права, пойду, попробую заснуть. Спасибо что выслушала. Мне это правда было нужно.
— Если еще понадобится, я с радостью, — девушка улыбнулась, — Спокойной ночи?
— Спокойной ночи.
Да, мне действительно просто нужно было чтоб выслушали и не спорили, не говорили про то, что мне чудится и я не высыпаюсь, не просили подождать. Андрею определенно повезло с Лизой.
    
Глава восемнадцатая
Александра.
Врачу, которого мне посоветовал Белозеров, я позвонила как только это стало прилично по его часовому поясу. У меня это было уже за полдень и я с утра смотрела на часы. Не знаю, чего я ждала от этого звонка. Головой понимала, что ничего не изменится моментально и этот Степан Фёдорович вообще может мне отказать. Кто потащится из Швейцарии в Россию для консультации? Головой-то понимала, но всё равно надеялась.
Но он не отказал. Наоборот, попросил прислать сканы истории болезни и пообещали перезвонить в течении часа.
Этот час я буквально себе места не находила, вздрагивала на каждый звук телефона. И когда он наконец зазвонил, подняла трубку с половины гудка.
— Александра?..
— Александра, — я села, стараясь дышать и говорить спокойной, — просто Александра.
— Я посмотрел, то, что вы мне прислали. Сразу скажу, я не настолько оптимистичен, как Тимофей. Но шансы есть.
Здесь я выдохнула.
— Вы возьметесь?
В трубке помолчали, Степан Федорович явно взвешивал за и против.
— Возьмусь, — наконец решил он, — но перелет и гостиницу оплачиваете вы.
— Конечно. Все что скажете.
— Откровенно говоря, — вдруг признался он, — я бы не взялся, но вам очень повезло что я сейчас пишу масштабную работу на тему реабилитации. Поэтому мне нужно разрешение на использование материалов. Нужен близкий родственник.
— Нет, я могу дать согласие, Сергей оставил нужные документы.
— Как интересно, — тут я поняла, что врач гораздо старше, чем мне показалось вначале, — На моей практике такое большая редкость. Любопытно, при каких обстоятельствах здоровый человек оставляет такие бумаги?
Меня царапнуло и врач спохватился.
— Да, бываю бестактен, простите. Вечером я вам позвоню еще раз, назову точную дату, на которую нужно заказать билеты и гостиницу.
Я опустила руку с телефоном и еще минут десять сидела, глядя в одну точку. Что-то сдвинулось. Наконец-то что-то изменилось и теперь можно не просто ждать чуда.
 
* * *
Теперь мне нужна Дашка. Меня порядком достали ее показательные выступления по поводу Лизы. Андрей пытался с сестрой поговорить, но успеха это не возымело. Подозреваю, что Андрей не чувствует, что прав в этой ситуации, поэтому в спорах с Дарьей весьма неубедителен.
На кухне в квартире Смирновых нашлась Дашкина подружка — Марина. Сама Дашка отсутствовала.
Наверное, тут надо уточнить, что я никогда не имела ничего против мелких Дашкиных подруг. Скорее, наоборот, они такие наивные, забавные, трогательные.
— Дашка где? — спросила я.
— По телефону разговаривает.