Женщина моря
– Ты реально считаешь, что после всего, что было, мы можем общаться? – Она сжала пальцами кожаный ремешок, прикладывая титанические усилия, чтобы держаться в рамках приличий.
– Ты так реагируешь, как будто это я тебя бросил, а не ты меня, – криво усмехнулся Ухен, поднимая на нее взгляд. – Вообще-то пострадавшая сторона здесь я, и я первым предлагаю мир.
– Неважно, кто и по какой причине был инициатором разрыва. Иногда в жизни происходят события, после которых ты становишься другим человеком. И одно из них – наше расставание, – тихо и неожиданно для самой себя искренне сказала Сона. – Да, мы соседи, но не более того.
– Ты когда-нибудь жалела о том, что мы расстались?
– Это уже неважно.
Она обогнула Ухена и пошла вниз по дороге.
– Сона, но как же… как же Хесу? – донеслось ей вслед.
Вот она, правда, выраженная всего в трех словах. Весь этот цирк был затеян только ради его новой девушки, которая, вероятно, сейчас переживает и чувствует себя виноватой. Сона обернулась и грустно улыбнулась.
– А что Хесу?
– Ну… она боится, что вы теперь не сможете общаться. Ты не отвечаешь на ее сообщения, и я подумал… – Ухен смущенно провел ладонью по волосам, глядя в сторону.
– Какая трогательная забота, – ядовито выдавила она, не сумев скрыть досаду и горечь. – Это между нами, девочками, и тебе не стоит лезть в наши отношения. Сами разберемся.
– Сона… – начал было Ухен, но она его перебила, преувеличенно мило улыбнувшись сквозь клокотавшие внутри эмоции.
– Я не отвечала, потому что ужинала с Хваном, – Ухен изменился в лице. – Сегодня обязательно зайду к Хесу и все ей объясню. Извини, я опаздываю. Пока!
Сона кинулась вниз по дороге, пытаясь заглушить эмоции голосом разума. Люди меняются и их чувства тоже. Это нормально. Никто не должен жить прошлым и воспоминаниями о детской влюбленности, оставленной позади семь лет назад. Вполне естественно, что Ухен полюбил девушку, которая долгое время была рядом. И в этом некого винить, кроме мэра Кима. Но, как говорится, история не терпит сослагательного наклонения, и никто не знает, чем бы закончились отношения Сона и Ухена, если бы они уехали вместе в Сеул. Возможно, соблазны большого города, новые знакомства и перспективы постепенно загасили бы их любовь, превратив ее в тлеющие угли. И после оставили бы только разочарование и ощущение потерянного времени. Поэтому сейчас нужно жить дальше и не оглядываться назад.
Взглянув на часы, Сона вскинула руку, останавливая такси. Сейчас самым важным было получить работу, хоть какую-то, пусть временную, которая даст ей необходимое ощущение защищенности и уверенности в завтрашнем дне.
Сона сразу заметила филиал главного офиса, едва выйдя из машины у пляжа Хамдок. Он стоял отдельным полукруглым зданием с куполообразной стеклянной крышей, слишком сильно выделяясь среди расставленных вдоль берега шезлонгов и зонтиков. Чуть задержавшись на холме, она окинула взглядом потрясающий вид, раскинувшийся у ее ног. Море на этой стороне острова было совсем другого цвета – почти прозрачное у берега и ярко-бирюзовое на глубине. Сквозь чистейшую воду просвечивала гряда черных камней. Сгруппировавшись, дети и молодежь искали моллюсков, оставшихся на песке после отлива. Это было главным развлечением туристов, отдыхающих на пляже Хамдок. Отливы и приливы случались здесь каждый день, и уже через пару часов вода снова спрячет своих обитателей от людских глаз. Поэтому каждый старался успеть собрать свой «улов».
Сона спустилась вниз к зданию дайвинг центра Big Blue. Немного волнуясь, открыла дверь и зашла внутрь. В помещении было полным-полно народа, и сотрудники, одетые в фирменные голубые футболки с логотипом, бегали, как заведенные. В офисе стоял непрекращающийся гул, словно в пчелином улье, и Сона улыбнулась, вновь почувствовав настоящую жизнь. Возле каждого из девяти столов сидели клиенты, а несколько человек стояли в стороне, вероятно, ожидая своей очереди. Увидев такую загрузку, Сона поняла, почему им требовался еще сотрудник.
Выцепив взглядом разговаривавшего с каким-то иностранцем Хвана, Сона помахала ему, обозначая свое присутствие. Вежливо поклонившись собеседнику, Хван подбежал к ней и широко улыбнулся.
– Как хорошо, что ты пришла! Мы зашиваемся! – Он покачал головой, шутливо вытирая несуществующий пот со лба.
– Погоди, меня же еще даже не наняли, – возразила Сона, с улыбкой оглядывая кишащее людьми помещение. Как же она скучала по рабочей атмосфере, по кипучей деятельности и движухе!
– Пойдем, директор Со тебя ждет, – Хван махнул рукой и повел ее за собой к дальней стене, за которой виднелся отгороженный прозрачными перегородками с приспущенными жалюзи кабинет.
Лавируя между бегающими туда-сюда сотрудниками, они постучали и вошли. За большим светло-голубым столом сидела очень интересная женщина лет сорока. Она открыто улыбнулась вошедшим и привстала, опираясь на столешницу.
– Я руководитель филиала Со Инхва. – С готовностью протянув Сона ладонь, госпожа Со дружелюбно кивнула и рукой пригласила Сона присесть. Взглянув на мявшегося у порога Хвана, она слегка усмехнулась. – Можешь вернуться к работе, я ее не съем.
– Да, точно… Ну, я пошел, – немного смущенно улыбнулся Хван и, обернувшись напоследок, покинул кабинет.
Оставшись без поддержки друга, Сона разволновалась, больше всего боясь, что директор Со начнет расспрашивать о ее прежнем месте работы и о причине увольнения. Конечно, у Сона был заготовлен отрепетированный утром ответ, но последние два месяца мытарств и постоянных отказов поколебали ее уверенность в себе.
– Хван очень за тебя беспокоится. С утра, не умолкая, говорит о тебе. – Директор Со закатила глаза и ухмыльнулась. – Видимо, у вас очень близкие отношения.
Сона немного напряглась, опасаясь, что она решит, будто между ними что-то есть. Как правило, в Корее не приветствовались служебные романы.
– Нет, мы просто давние друзья и…
– Не переживай, – директор Со активно замахала руками. – Я совершенно спокойно отношусь к интрижкам, если они не мешают работе. Так что расслабься, я сама не ангел.
Сона улыбнулась, внимательно разглядывая сидящую перед ней женщину. Она была очень броской: высокие скулы, четко очерченные, словно стрелы, брови, пухлые алые губы, блестящие смоляные волосы до плеч. В твердом взгляде чувствовалась сила, уверенность, и, даже не успев узнать ее поближе, Сона уже прониклась к ней невольным уважением.
– Хван рассказывал, что ты работала в издательстве. Почему уволилась?
Вот оно. Вопрос, которого она боялась больше всего. Нервно сглотнув, Сона сжала пальцами сумку, но заставила себя не опускать взгляд. Пришло время продемонстрировать свои актерские способности.
– Я очень хотела жить в Сеуле, но три года назад погибли мои родителя. На Чеджу у меня осталась бабушка. Родственников у нас очень мало, да никто и не изъявлял желания заботиться о ней. Я постоянно переживала, как она здесь одна, и в итоге решила вернуться.