Жена Волха

— Это сколько в гудках?
— Ты не умеешь ориентироваться по времени?
— Нет. Часы — вещь дорогая. Да и проще по гудкам ориентироваться. Чему ты смеешься?
— Сложно поверить, что ты выучила сложный язык, но не научилась время по часам определять!
— Мне это было не нужно. Так зачем голову ерундой забивать? — ответила я.
— Наташ, так нельзя.
— Я где-то читала, что в голове может поместиться только определенное количество информации. Поэтому мы не должны перегружать голову.
— Глупости, — отмахнулся Влад. — Я сколько живу, столько и учусь. Пока еще дураком не стал.
— А я могу стать.
— Не станешь. Раз все равно не спим, давай я тебя хоть времени научу.
— Меня больше правила этикета волнуют.
— Вначале часы.
И чему ему так эти часы сдались? Как будто это было так важно! Зато я отвлеклась. Мы проболтали почти до утра. Я уснула с рассветом. Влад еще сказал, что у меня почти не осталось времени на сон, но я его не слушала. Мне просто необходимо было восстановить силы. Стоило мне закрыть глаза, как я увидела сон. Лето, тепло и мы бежим по высокой траве. А рядом волчонок. Маленький такой, с забавными большими ушами. А я еще Влада во сне допытывала у него уши такими на всю жизнь останутся или в норму придут. И вот он должен был ответить на мой вопрос, когда решил разбудить.
— Какие уши? — не понял он, когда я еще толком не проснувшись, начала допытывать Влада.
— У волчонка во сне были большие уши. Так они потом нормальными станут или он потом их перерастет? — выпалила я. Влад как-то странно на меня посмотрел. — Разве я что-то не то сказала?
— Ничего, — доставая вещи, сказал Влад.
— Но у тебе настроение поменялось.
— Мне просто везет на жен, которые бояться, что дети родятся с какими-то недостатками. Я чего только не выслушивал! И про хвосты, и про собачьи морды, и про лапы с ушами. Ни разу ни один ребенок не родился со всем вышеперечисленным. Почему-то никто не понимает, что волхи — это не вампиры. Если есть наличие духа зверя, то это не значит, что ты родишь волчонка. Это вампиры ребенка рожают, а потом у них там спор друг с другом. Ребенок хочет мать сожрать, а мать ребенка. Но мы не такие!
— Жуть какая! Влад, а как же вампиры тогда терпят все это? Борются с таким желанием? И для чего им это?
— Ребенок так увеличивают силу и быстрее растет, а женщина возвращает молодость. Ну или мужчина. У них жуткие нравы. Противные.
— И они все равно рожают?
— Да. Но ребенка отдают на воспитание в другой клан. Когда он вырастает, то эта тяга пропадает и ребенок возвращается к родителям. Но опять же, у нас ничего такого нет.
— Я же не знала. Не надо ругаться, — попросила я.
— Извини, не сдержался. Не хочу еще раз через все это проходить, — ответил Влад. Почему-то улыбнулся. — Ты не испугалась. Вроде небольшая стычка, друг друга не поняли. И ты не испугалась. Не зажалась как раньше. Мне это нравится.
— Я решила тебе поверить. Сам же вчера говорил, что надо тебе верить. И что ты не обидишь. Нам еще долго друг с другом жить. Значит надо учиться быть более открытой.
— Правильно.
— А что там за шум на улице?
— В город войска вводят, чтоб бороться с оборотнями, — ответил Влад. — Одевайся. Позавтракаем в дороге.
— Уже бегу. Что-то мне тут совсем не хочется оставаться.
— А я бы остался при полных полномочиях, — хмыкнул Влад. — Но не судьба.
Пока мы ехали до вокзала в карете, то я старалась не выглядывать на улицу. Мне совсем не хотелось прощаться с городом. Я не хотела видеть, как город медленно, но верно погружается в хаос и понимать, что отец может полностью, а может частично был к этому причастен. Закрыв глаза, я просто представила, что ничего этого нет. Зато впереди ждет другая жизнь, которая меня пугала не меньше происходящего сейчас. И все почему? Потому что я не понимала ту жизнь, в которой, как я поняла за эту ночь, было много дурацких правил.
Карета остановилась около вокзала. Я не стала дожидаться, когда Влад поможет выйти. Пусть это и не было совсем правильным, но я хотела хоть сейчас не ограничивать себя. Дождалась, пока Влад снимет сумки с вещами. Огляделась по сторонам. Желающих уехать на поезде почти не было. Как в толпе говорили, то виной этому были поднятые цены на билеты и то, что на этом поезде должны были поехать волхи. В связи с последними событиями люди боялись рядом с нами стоять.
Рядом с нами. Теперь и я себя считала волхом. Странное ощущение признавать себя к другому роду. К другой расе. Влад подошел ко мне.
— Наташ, — тихий голос окликнул меня. Заставил внутренне сжаться. С перепугу я спряталась за ним. И только выглянув из-за спины Влада смогла ответить. — Артур? Чего ты тут забыл?
— Хотел сказать, что я был не прав, — сказал Артур.
— Не надо было себя утруждать, — ответила я. Спокойствие Влада придало смелости.
— Я должен был сказать, что тогда должен был вести себя иначе. Ты мне доверилась, а я…
— Мне не нужны твои слова. Нас больше ничего не связывает. Поэтому прощай.
Я видела, что он выглядел помятым. Чувствовала, что он был напуган, но причину этого страха я не видела.
— Скажи, что ты меня простила, — настойчиво попросил он.
— Простила, если тебе будет так легче, — ответила я, чувствуя, что разговор как-то начал тяготить.
— Спасибо, — сказал он. И похоже действительно обрадовался. Еще раз пробормотав слова благодарности, он сбежал, а я только удивленно посмотрела на Влада.
— И чего это он? — спросила я.
— Не знаю. Пойдем, а то на поезд опоздаем, — сказал Влад, который явно решил не вдаваться в подробности странного поведения Артура.
В поезде было много народу. Почти все места заняты. Я села около окна. Влад рядом. Достал книжку. Напротив меня сидел молодой человек. Рядом с ним пожилая женщина. Я им кивнула, а сама стала смотреть в окно. Вокзал. Путешествие. И при этом какая-то внутренняя тревога не давала покоя. Она портила вкус путешествия. Заставляла все время ожидать подвоха. Волчица недовольно ворчала. Ей не нравился этот вид транспорта. Она явно хотела пойти сквозь пространство. И это нервировало.
Влад нашел мою руку и крепко ее сжал. Он был рядом. Это хорошо. Ему можно положить голову на плечо. Закрыть глаза. Он рядом и никогда не бросит. Я даже задремала, чувствуя, что поезд двигается и набирает ход. Какое-то шебуршание. Знакомый голос, заставляющий поморщиться сквозь сон.
— Решил все-таки уехать, — спросил Влад.
— Ничего не мог с собой поделать, — ответил Тимошка. Открыв глаза, я увидела его сидящими напротив меня. Видимо он поменялся с тем парнем. Увидев, что я на него смотрю, он улыбнулся. Зловещая улыбка только заставила меня поежиться. Неприятный тип.