В тени кукловода

Немного погодя мы миновали оживленную широкую улицу, ведущую к центральной площади Зарга, и углубились в лабиринт изогнутых проулков, в самый неожиданный момент рискующих закончиться грязным тупиком.
Удивительно, но в здешних подворотнях Луциус ориентировался гораздо лучше меня, как будто это он, а не я прожил на Хексе почти всю жизнь. Как ни стыдно признаваться, но без его помощи я бы быстро заблудилась, тогда как Луциус шел по-прежнему без остановок и спокойно, уверенно сворачивая на развилках в нужную сторону.
Высокие дома богатых особняков и респектабельных гостиниц быстро сменились грязными лачугами и полуразрушенными каменными развалинами. Наконец, мы миновали последний горящий фонарь, углубившись в вязкую мглу, которая плотно льнула к нам подобно могильному савану. Над головой Луциуса тотчас же заплясал крошечный магический огонек, удивительно яркий для своих размеров.
Я брезгливо морщилась – от мусорной вони и отвратительного тяжелого запаха гниющих очистков, неопрятной грудой сваленных в канавах, было тяжело дышать. Не удивлюсь, если в этих отходах и пару разлагающихся тел заблудившихся туристов спрятано. Здешние обитатели всегда были скоры на расправу и жадны до добычи.
Как и следовало ожидать, на нас вскоре обратили внимание. Еще бы! И Луциус, и я выглядели здесь подобно двум белым воронам среди стаи шумных и драчливых помойных птиц. По коже вдруг пробежала дрожь опасности, между лопатками нестерпимо зачесалось от чьего-то пристального немигающего взора. В ближайшей ветхой лачуге неожиданно с протяжным долгим скрипом закачалась полуоторванная дверь, правда, при этом я не ощутила ни малейшего дуновения ветерка.
Магическая искорка как-то съежилась в размерах. Теперь она выхватывала из мрака лишь маленький кусок пространства, отражаясь оранжевыми искрами в слепых бельмах разбитых окон.
Ох, не нравится мне здесь!
Кончики пальцев сами собой потеплели от энергии, которую я на всякий случай принялась копить. Сдается, сейчас на нас нападут.
Луциус сделал еще шаг и остановился. Покрепче сжал меня за локоть, как будто предупреждая о чем-то.
Тьма за пределами освещенного круга стала еще более плотной, еще более враждебной. Я зажмурилась, призывая на помощь ночное зрение. Но все зря. Мрак не посерел и не отодвинулся привычно, как всегда бывало при применении этого заклинания. Он вился вокруг нас подобно черной стоялой воде смертельного омута.
– Твои друзья, Луциус, донельзя неприветливые.
Я приложила руку ко рту, удерживая себя от удивленного вскрика. Слишком знаком мне был этот насмешливый голос. И он принадлежал не Вериашу.
Луциус медленно раздвинул губы в улыбке. Одновременно с этим огонек над его головой вспыхнул ярче солнца, одним махом озарив всю улицу.
В паре шагов от нас стоял Дариэль. Он неприветливо хмурился, с вызовом скрестив на груди руки. Один рукав его рубашки оказался порван, на щеке запеклось несколько глубоких царапин, а на скуле тлел багровым свежий синяк.
– Когда ты сказал, что меня приведут к тебе – я ожидал иного приема, – продолжил он с нескрываемой обидой. – Более… э-э… гостеприимного, что ли. А вместо этого стоило только покинуть помещение с кабинами межпространственного перемещения, как мне без всякого объяснения накинули на голову на редкость вонючий мешок и засунули в багажник самодвижущейся повозки, после чего несколько часов катали по городу без всяких объяснений. Знаешь ли, не очень вежливо, учитывая, что я по доброй воле согласился с тобой встретиться.
– Ты всего лишь испытал весь тот спектр эмоций, что и Доминика при общении с Тиционом. – Луциус пожал плечами, явно не испытывая ни малейшего раскаяния. – Как говорится, око за око, зуб за зуб.
Глаза Дариэля вспыхнули раздраженным желтым пламенем. Но затем он посмотрел на меня – и глубокая морщина, разломившая его переносицу, слегка разгладилась.
– А вообще-то, ты заслуживаешь гораздо худшего наказания, – холодно продолжил Луциус. – Я про то «любезное» предложение, что ты сделал моей супруге.
– О, приятель, теперь понимаю, что мне даже повезло. – Дариэль внезапно издал короткий смешок. – Видимо, не будь я джокером – ты бы меня вообще на месте растерзал. Но справедливости ради: какие ко мне могут быть претензии? Это ты себе должен задать вопрос, по какой такой причине твоя любимая женщина так мечтает о том, чтобы ты навсегда забыл об ее существовании.
Я невольно втянула голову в плечи. Ой. Ой-ой-ой. Как бы сейчас я не стала свидетельницей жестокого убийства. За такие слова Луциус вполне может прикончить Дариэля на месте.
Луциус неосознанно сжал пальцы на моем локте. Правда, почти сразу опомнился и расслабил хватку. Улыбка, казалось, приклеилась к его губам.
Дариэль словно не чувствовал опасности, нависшей над его головой. Он стоял спокойно, разглядывая Луциуса с насмешкой, которая плескалась на дне его зрачков.
– Ладно, оставим пока эту тему, – после долгой паузы с явным усилием проговорил Луциус. – Вернемся к более насущным проблемам. Как поживает твой отчим?
Судя по всему, вопрос Луциуса ну очень не понравился Дариэлю. Он мгновенно помрачнел и отвел глаза, с преувеличенным вниманием уставившись куда-то поверх его головы.
– Ясно. – На губы Луциуса вернулась полная превосходства ухмылка. – По всей видимости, твой великий король показал себя во всей красе, не так ли?
– Ты знаешь, что только по этой причине я согласился встретиться с тобой, – глухо проговорил Дариэль. – Вашарий… Да, возможно, он поступил неправильно, заключив с тобой сделку. Но он хотел вернуть память моей матери. И Тициону по вполне понятной причине доверить это дело не мог. Нельзя назвать его действия предательством.
– Потому что предал как раз Тицион твоего отца, когда много лет назад лишил его любимой супруги, – завершил Луциус. – Полагаю, ты понятия не имеешь, где твой отчим сейчас и что с ним.
Дариэль ничего не ответил. И это было красноречивее любых слов.
– А что с Киотой?
– Я знаю, что она жива, – очень неохотно проговорил Дариэль. – И моя мать не во дворце. Вашарий позаботился об ее безопасности.
– Уверен, что Тицион просто вне себя от ярости, – вкрадчиво прошелестел Луциус. – Он обижен на твоего отца, и обижен сильно. А мстить он умеет прекрасно.
– Я видел Тициона, – хмуро сказал Дариэль. – Он сказал, что ни о какой казни, понятное дело, речи не идет. Просто будет лучше, если некоторое время Вашарий побудет под присмотром. На всякий случай. Тицион больше не может доверять ему так, как доверял прежде. И как бы то ни было, но сначала надо решить проблему с тобой.
Ну и новости!
Я изумленно покачала головой. Вообще, как-то странно получается. Вашарий ведь много лет входил в ближайший круг Тициона, лучше кого бы то ни было знает его характер. Собственно, об этом же говорил Луциус совсем недавно. Тогда почему он предпочел остаться во дворце, а не ушел с нами через портал? Понимал ведь, не мог не понимать, чем ему это грозит.