Дорогой, Я - Чудовище

Но почему так? Почему в зеркалах библиотека? Здесь так много зеркал, что возникло ощущение, словно я вновь там и могу двигаться так, как хочу сама. Однако что-то не так…
Хоть мы и видели библиотеку, мощности было не так много, чтобы король мог перебираться по ней и открывать книги. Любую из них. В принципе моё предположение подтвердил и сам эльф.
— Её сил практически не осталось… В прошлом я мог увидеть всё! — улыбался тот. — Прошлое, будущее и сотню вариаций настоящего. Будь это важнейшее открытие, новое изобретение, заклинание или лекарство… Я узнавал о нём раньше и сразу же применял на практике. Мог предвидеть восстание или покушение, выгодную сделку или выгодных личностей. Я и тебя видел. Хотя и не осознавал до конца, что ты такое. Возможно, если бы у меня было больше мощности и времени, я смог бы узнать раньше о тебе и твоём существовании как полукровки. Но!.. — после этих слов эльф попытался сдвинуть крышку алтаря.
Прозвучал скрип движущихся каменных плит, после чего крышка алтаря сместилась в сторону. Появилось небольшое пространство, больше напоминающее сундук с сокровищами. Но вместо сокровищ там было… сердце.
Большое окровавленное человеческое сердце.
Его словно только сегодня положили. С него всё так же стекала и не свёртывалась кровь.
— Сердце моей любимой… — прошептал эльф, прижимая то к своей груди.
 
***
 
Смотря на эту сцену, чувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.
То есть она, осознавая, что умирает, отдала своё сердце, чтобы подпитывать эту комнату и позволить королю заглядывать в будущее?
Это…
Это ненормально!
Тут все ненормальные!
Он псих! Безумный эльф, застрявший во временах затянувшейся войны. Для людей сменяются поколения. Люди забывают о жестокости, насилии, гневе и жажде убийства, которая вырабатывается у воинов, переживших нечто ужасное. Но вот такие, как этот король… будут даже в мирное время словно на поле боя.
Он воюет каждый день.
И теперь следующая его цель — это…
— Твоё сердце, — вздохнул король с улыбкой. — Теперь оно заменит сердце моей любимой. Оно дарует мне возможность предугадывать события. Наша сила и слава снова засияют! Поэтому, дитя, ты должна пожертвовать собой ради всеобщего блага!
Что?.. Он это серьёзно?
Но эльф не отказался от своих слов. Сердце своей жены он отложил в сторону, как книгу, которую не хотел бы испачкать или помять. И вот уже в следующую секунду эльф поворачивается в мою сторону с небольшим лезвием в руках.
— Возрадуйся же, дитя моё! Твоё существование имеет смысл, — с улыбкой произнёс этот безумец, направляясь ко мне.
— М-м-м-м!!! — попыталась закричать, но всё было бесполезно.
Пыталась вырваться, выбраться, освободить хотя бы руку!..
Бесполезно.
Лианы, сковывающие меня, только туже стискивали тело до тихого хруста суставов. Малейшее движение в этой позиции было бы роскошью.
— Тебя похоронят как члена королевской семьи, — продолжал нежно говорить он, при этом лезвие размером с кухонный нож уже касалось груди, протыкая одежду и верхний слой кожи.
Выступили первые капли крови. Я зажмурилась, чтобы не видеть этого ужаса. Не каждый день тебя лишают сердца. Особенно твои родственники с «благой» целью. Но…
— Какого чёрта?! ОТЕЦ!!!
Перед глазами промелькнула резкая вспышка огненного света и тут же потухла. Я ничего не почувствовала, зато лезвие из руки короля было выбито, а сама ладонь покраснела и местами обуглилась от ожога. Однако сам король даже не дрогнул. Только раздражённо и устало повернулся в сторону входа.
— Оберон… Ты не вовремя.
— Что?! — ахнул принц эльфов, с откровенным шоком смотря то на меня, то на своего отца. — Ты окончательно из ума выжил?! Что ты собрался сделать с моей дочерью?!
— Оберон, тебе не поня…
— ОТВЕЧАЙ! — громко крикнул принц эльфов, после чего не только зеркала, но и само помещение затряслось от взрывоопасного напряжения маны, скопившейся в комнате. — И, клянусь Богом, отец… лучше бы тебе начать со снов: «Я не пытался убить Демет, воткнув нож ей в сердце».
 
Глава 34. Побег
Никто даже не шелохнулся. Я попросту не могла нормально дышать, король эльфов сосредоточил внимание на сыне, а вот сам принц… не знал, как поступить. Его взгляд метался из стороны в сторону. Он смотрел то на меня, то на отца.
Дыхание Оберона было частым, слегка дёрганым, а глаза сверкали на свету так, словно наполнены слезами. Он был растерян и напуган. Именно эти эмоции можно было заметить, если постараться. Но самая яркая эмоция одна — злость.
— Ты обещал… — злился принц. — Ты обещал мне совсем другое. Обещал, что только поговоришь с ней и убедишь! Какого чёрта тут теперь происходит?!
— Планы изменились, сын, — холодно и несколько надменно произнёс король эльфов, слегка отодвигая лезвие в сторону, но при этом не отходя от меня. — Со временем ты меня поймёшь. Но так будет лучше.
— Лучше? — ахнул Оберон. — Для кого?
— Для всех эльфов! — с гордостью произнёс король. — Именно на такую жертву пошла твоя мать. Только благодаря ей наш вид существует и процветает.
— Отец…
— Да, это жестоко, но ты должен отбросить лишние эмоции, которые мешают тебе прозреть.
— Отец!
— Я — правитель этих земель! Я — тот, кто в ответе за каждого! Я — тот, кому поручено решать судьбу каждого эльфа!
— НО ОНА НЕ ЭЛЬФ! — закричал Оберон, отчего даже зеркала слегка задрожали.
В принципе, было видно, что и сам принц так же дрожит. Возможно, он хотел сорваться с места и как-то помешать отцу, да вот только это было слишком рискованно. Он мог просто не успеть. Поэтому не сводил взгляд с короля эльфов, топчась на месте.
— Вот именно, — неожиданно произнёс король легко и расслабленно. На его лице вновь заиграла явно безумная улыбка. — Она всего лишь полукровка. Человек! Дочь той, кто пытала тебя. Разве стоит такому существу жить? Разве, видя её, ты не испытываешь злость? Это прямое доказательство пыток, унижений, издевательств и насилия… Разве ты не желаешь полностью завершить ту историю? Только закрыв её, ты сможешь начать всё заново. С чистого листа! Оберон, мой сын… Те страдания, которые тебе пришлось пережить…
— Всё не так! — прокричал принц, стиснув ладони в кулаки и зажмурившись. — Я солгал!
— Что?.. — растерялся король.
— Я солгал, ясно? — повторил он, но теперь смотрел на короля увереннее. — Вначале, да, всё, что я говорил, — правда. Я был рабом, причём долгое время. Практически каждый день был подобен Аду, и я мечтал о смерти! Но… — глаза эльфа дрогнули. Неожиданно во взгляде светло-голубых глаз возникла нежность, которой никто не ожидал, — в какой-то момент появилось то, что позволило мне жить дальше.