Требуется ведьма
– Не волнуйся, сексуальность останется при тебе. Никакие платьишки не дадут тебе этого эффекта. Чужая женщина – самая желанная. Женщина, только что вышедшая из постели другого, как одна сплошная провокация и призыв к действию.
Я скосила на него взгляд.
– Ты хочешь вызвать в других мужчинах желание?
– Боже меня упаси. Я хочу вызвать в них зависть и в очередной раз продемонстрировать: моя женщина – самая лучшая.
– А…
– А подробности им знать ни к чему, – подмигнул мой спаситель.
– Хорошо, с этим разобрались, – пусть и не до конца понимая мотивы, всё же согласилась я. – Кстати, может, ты отвернёшься?
– Да ладно! Я уже всё рассмотрел, пока ты стучала зубами у реки.
– Да? Что-то ты быстро! – с обидой в голосе заметила я.
– А чего тянуть? – откровенно облизнулся он, бесцеремонно придвинув меня к себе и потянув за молнию платья на спине. – Всё при тебе и очень аппетитно!
Я вывернулась из захвата и сделала осторожный шаг назад.
– Твои простецкие комплименты вводят меня в смущение, – пожаловалась я.
– Потому что они сказаны по наитию, а не из вежливости или согласно правилам этикета, – заметил он, стягивая с меня сарафан через голову и помогая справиться с сорочкой.
– Я думала искренность не для мужчин.
– Ну да, интеллигенты, они такие… как бабы: говорят одно, думают другое, а делают третье. С нами, деревенскими пацанами, всё куда проще. Если я вижу, что у тебя классная грудь, я так и говорю.
Тут же его ладони накрыли мою грудь, и я успела только шлёпнуть по ним. Он, сдерживаясь от смеха, прикусил нижнюю губу.
– Если я понимаю, что твои бёдра буквально просятся, чтобы по ним провели руками…
Даже заканчивать фразу не стал, как повёл по ним, на финише ощутимо сминая ягодицы.
– Ну, ты поняла, – рассмеялся в итоге, в очередной раз позволяя мне выкрутиться из неприличного захвата.
– Да уж куда понятнее, – опасливо покосилась я на наглые ручищи и торопливо натянула шорты.
Думаю, выглядела я забавно. В сорочке с чужого плеча и цветастых плавательных трусах! Но стоило ему сдёрнуть те самые шорты мне на бёдра, стоило только завязать сорочку на небрежный узел где-то над пупком, как образ приобрёл смысл, позицию, значимость. Расправив широкий ворот, стянув его на одно плечо и подкатав длинные рукава до локтей, он окончательно испортил мою репутацию приличной девушки и… да, кажется, я только что выбралась из чужой постели. Он даже не поленился и взбил мне волосы, придавая им художественный беспорядок.
– Ты хорошо бегаешь? – прозвучало зачем-то, и я отрицательно качнула головой. – Ох, чувствую, быть мне сегодня битым, – горестно вздохнул он тогда, но в глазах… не-ет, в глазах таились совсем другие эмоции. Такие, что с ними никаких слов не надо: я и без того чувствовала себя самой желанной женщиной на земле.
Из приятного был тот самый взгляд, весьма и весьма собственническое прикосновение к моей талии, а вот из неприятного то, что попасть в автобус нам этим вечером явно не светило. Я-то по неопытности и не поняла, отчего мой мужчина вдруг скис и нахмурился. Ему же для того, чтобы уловить, насколько автобус переполнен, хватило одного взгляда.
– Всё, пойдём, – глухо буркнул он, как только автобус показался из-за поворота. И зачем-то потянул меня в другую от остановки сторону.
– Эй, ты куда?.. – заупрямилась я.
– Автобус битком.
– Не выдумывай. Потерпим немного. Сколько тут ехать-то?..
– Думаю, он даже двери не откроет.
– Не имеет права! – своевольно топнула я ногой.
Но когда автобус всё же приблизился, мне, человеку, видевшему общественный транспорт только на картинках, ну и ещё сегодня утром… В общем, даже мне стало ясно, что шансов влезть в него практически нет. Люди «за стеклом» давно выпучили глаза от натуги. Раскрасневшиеся, мокрые в спёртом салонном воздухе, они явно были не рады новым пассажирам. А когда распахнулась передняя дверь, из неё буквально вывалились несколько весёлых парней.
– Кит, ну тебе без шансов, – со смешком бросил один из них моему спутнику и решительно пошёл в наступление, пытаясь затолкнуть в автобус не только себя, но и несколько стоявших впереди товарищей.
Я потрусила к средней двери и в зеркале заднего вида встретилась взглядом с водителем. Тот явно чертыхнулся, сплюнул в сторону, но принял верное решение всё же открыть дверь. И всё бы ничего, но пронзительный женский вскрик и последующий болезненный стон отбили у меня всякую охоту ехать на автобусе. Я даже не поняла, что произошло, как меня оттолкнули в сторону. Мой спутник явно практиковался в спасении дам, попавших в беду, потому что сейчас старательно тянул створку двери на себя, пытаясь замкнуть её обратно.
– Нормально, стоишь? – встревоженно уточнил он у малолетней девчонки, по лицу которой слёзы лились градом. – Закрывай! – крикнул он водителю и внушительно хлопнул ладонью по пыльному боку автобуса.
– Что произошло? – полюбопытствовала я, пока мой спутник старательно пытался избавиться от грязи на ладонях.
– Ничего. Из-за вашего, мадам, нетерпения, девчонке дверью защемило ногу.
– Ну, прости, нужно было тебя послушать, – легко признала я свою неправоту. – И что теперь? Пойдём пешком?
– А какие ещё варианты? Пойдём. Как раз познакомимся поближе.
Я посмотрела в спину удаляющемуся мужчине и нервно притопнула ногой.
– Познакомимся… – пробубнила я, – главное, чтобы не до клевера в волосах, – пришлось припомнить его угрозы, но выбора, действительно, не было, и я отправилась следом. – А почему тебя зовут Кит? – начала я знакомство, уцепившись пальцами за его плечо, и шла при этом как на буксире.
– Потому что большой и сильный.
– А куда ехали все эти люди?
– К Кирюхе, разумеется. Его дни рождения любят все, потому что парень умеет веселиться.
– Здорово. Вечеринки, на которые попадала я, заранее были обречены на провал, – вздохнула я и приняла вторую попытку «познакомиться». – А тебя, выходит, здесь все знают?
– Конечно, ведь я здесь вырос. Люблю эти места. Меня, если хочешь, сюда тянет.
– Меня тоже, – заявила я и удостоилась недоверчивого взгляда. – Правда, правда. Здесь очень красивые места и дышится легче, чем в городе. А ещё я здесь была счастлива. Люди ведь всегда тянутся к подобным местам, потому что мысли о них окутаны приятными воспоминаниями.
– Не знаю, наверно. А ты почему, кстати, приехала? Я тебя здесь раньше не видел.
– Да что-то… навеяло!.. – выдавила я из себя более или менее подходящее объяснение. – А если честно, то я просто сбежала. От людей, от обязанностей, быть может, даже от себя. У тебя никогда не было ощущения, будто ты проживаешь чужую жизнь?