Парень напрокат
Я растерянно смотрела на отчитывающего меня блондина. Да за меня даже мама так не волновалась никогда! И это обезоруживало.
Черт! Вот насколько же я не избалованная вниманием, что это меня так тронуло…
– Ты что, ревешь? – Виктор не поверил своим глазам, когда подошел ближе. Поймал одинокую слезу на щеке и изумленно посмотрел на свой палец. Поднял на меня ошеломленный взгляд и моргнул: – Ну ты и чудик!
Чудик не чудик, был бы на моем месте – понял!
– Ты так крепилась, когда тебя Сазонов в тиски зажал со всех сторон, стремилась действовать, не психовала, а сейчас… – Витя не мог описать словами происходящее. Да и не надо, я знаю без него. Меня всегда трогало, когда кто-то заботился обо мне. Наверное, именно поэтому Миша так глубоко запал в душу. Он бескорыстно поддерживал меня в самые трудные периоды жизни.
Я вытерла слезы со щек и села в машину, ругая себя, что такая доверчивая. Стоило кому-то протянуть мне руку помощи, как я безоглядно верила. И сейчас тоже сразу же как-то прониклась доверием к Виктору до такой степени, что готова была согласиться на его предложение о съеме комнаты.
Вот глупая тетеря! – ругала себя, хотя сама знала, что соглашусь.
Виктор молча тронулся с места, крепко задумавшись о чем-то. Дождь излив весь свой гнев и теперь устало накрапывал, словно вторил моему обессиленному состоянию. Когда мы въехали на подземную парковку одной из новостроек, я лишь уточнила:
– Ты здесь живешь?
– Да, – Виктор припарковался и повернулся ко мне с серьезным видом: – Диана, если хочешь, подпишем договор о съеме, внесем пункты, которые тебя волнуют…
– Меня не волнует договор, его всегда можно нарушить и почти без последствий. Или же будет поздно эти последствия разгребать.
– Тогда решено? Разве я не соблазнил тебя метафорическими картами?
– Соблазнил, – хмыкнула со смешком, и посмотрела вперед.
Перед машиной встали четверо амбалов.
– У нас гости, – прошептала я.
– Вижу, – Виктор шумно сглотнул комок страха. Ох, как я его понимаю!
– Вряд ли на чай с плюшками пришли, – предположила, смотря на неподвижно выжидающие нашего выхода фигуры.
– Похоже, меня как раз плюшки и ждут… – мужчина медленно вдохнул и выдохнул. – Сиди, я сейчас. Если что, заводи машину и уезжай.
– Я не умею водить, – сказала, когда блондин положил руку на ручку двери. Виктор тут же замер, промолчал секунд пять, после чего кивнул в сторону живой стены из четырех персон: – Вряд ли они тебя похищать будут. Сазонов не из тех, кто так играет, гордость не позволит.
– Тогда что они хотят? – я вцепилась в рукав Вити. Неужели, узнали адрес и решили проучить за вмешательство?
– Бить при тебе тоже не будут. Андрей не захочет показаться тебе с плохой стороны.
– А что будут?
– Говорить. Серьезно.
– И ты даже знаешь о чем?
– О тебе, – Виктор повернулся, улыбнувшись. – Думаю, их беспокоит то же же, что и тебя: чтобы я к тебе не притронулся.
– А-а-а, ну тогда давай на профилактику! А то мне скоро на работу! – я отпустила рукав, нервно рассмеявшись. И с удовольствием заметила, как сползла улыбка с лица блондина, после чего добавила: – Шучу я. Когда нервничаю, мой юмор всегда чернит.
Мужчина обескуражено покачал головой и дернул за ручку. Ему навстречу тут же устремилась четверка. Двое крепышей тут же оттеснили его от машины и дружной компанией увели в сторону.
Водительская дверь открылась и на сиденье запрыгнула та девушка секретарь. Протянула мне папку, улыбнулась во все тридцать два отбеленных зуба и пропела:
– Рассмотрите наше предложение, пожалуйста, еще раз. Мы не будем торопить.
И выпорхнула, словно птичка, оставляя мне на коленях новый экземпляр брачного соглашения и новую связку ключей.
***
Виктор вернулся хромая и держась за ребра. Со стоном ввалился в машину и крепко зажмурился от боли.
– Они тебя били? – спросила очевидное.
– Щекотали, – приоткрыл глаза блондин, а я приняла, как подтверждение.
– Угрожали? – чувство вины не позволяло остаться равнодушной. Из-за меня пострадал, пытаясь помочь, пусть и небескорыстно. А ведь мог бы послать лесом.
«Виктору нужны деньги твоей семьи» – зашептал внутренний голос.
– Я кремень! – важно заметил мужчина. – Чтобы они не сделали, я не оставлю девушку в беде.
Ой, герой нашелся! Лучше бы кости поберег, а то воздухом свободы дышать со сломанными ребрами трудно!
– Ну что, камень, пошли смотреть твою жилплощадь, – специально исковеркала я, переводя неприятную ситуацию в шутку.
– Кремень, – поправил Виктор с легким недовольством, а потом посмотрел на документы у меня в руках и уточнил: – Попытка номер два?
– Ага, – я убрала ключи внутрь и крепко закрыла папку. Проверила дважды, чтобы связка не вывалилась и просверлила голубой пластик взглядом.
– Куда на этот раз выкинешь? – Виктор сел поудобней, морщась от боли.
– Отправлю в офис Сазонова, а то еще найдет к чему придраться. Повесит какое обвинение… – подумала, что лишних хлопот он может устроить с достатком. Как там говорят: береженого бог бережет? Вот и я перестрахуюсь.
– Может, если сильно упираться будешь. Но пока не станет, – Виктор потянулся за борсеткой с заднего сиденья и скукожился в позу эмбриона.
– Я достану, не двигайся, – дотянулась до ремня и подала сумку мужчине.
– Спасибо, – поблагодарил Виктор, задерживая взгляд на моем лице. Из-за моего кульбита в салоне мы оказались на расстоянии сантиметров тридцати друг от друга, слишком близко. И я быстро отпрянула, переведя тему:
– Вот же Сазонов упрямый! Как же от него отвязаться? У тебя есть мысли? – заметила мелькнувшее разочарование на лице Виктора, но тот быстро переключился на вопрос и дал дельный совет:
– Убрать от тебя то, чего Андрей так желает. Нам повезло, что Сазонов не влюбился.
– А во что он влюбился? В деньги родителей? – предположила с сомнением. Огляделась по сторонам через автомобильные стекла и с облегчением выдохнула – никого.
– У него самого полно денег. Тут должно быть что-то еще. Твои мама с отцом могли пообещать то, что ему позарез нужно. И либо Сазонов не может это получить сам, либо нужное не продается, – говорил Виктор, и я удивилась его проницательности, поразмыслив. Скорее всего, блондин прав.
– Ума не приложу, что это может быть, – взялась за ручку двери и посмотрела на Виктора: – Идем?
– Можешь спросить у родителей, – мужчина не спешил выходить, поглядывая по сторонам. Наверное, боялся лишних ушей.
Нет, – я замотала головой, вспомнив последний разговор с мамой. – Не хочу.