Зов огня
Мне будет достаточно снова вызвать видение. И найти способ узнать правду об опьянении.
Я разглядывала лицо Уилла, темные тени под его глазами. Как сильно мне хотелось рассказать ему об этом… Как бы мне хотелось, чтобы я могла посвятить его во все, как обычно. В последние недели у нас было слишком много секретов друг от друга, и все во мне требовало играть в открытую.
Но даже если мое видение было всего лишь вариантом, а не точным будущим, оно показало мне, что я должна быть осторожна. Не потому, что я не доверяла Уиллу, а потому, что не была уверена, насколько плохим будет влияние Марсии на него. Пока я этого не узнаю, мне придется вести себя сдержанно. Ради нашей безопасности.
– Давай вернемся в дом. Нам нужно подготовиться, – пробормотал он.
На мгновение я не поняла, о чем он говорит. Затем в памяти всплыло воспоминание о нашем вчерашнем разговоре. Бунт. Восстание. У нас есть миссия.
– Хорошо.
Мы поднялись, и он схватил меня за руку, пока мы бежали обратно к дому. Солнце стояло высоко в небе и было скрыто большими пушистыми облаками. Наше отражение в стеклянном фасаде вышло мне навстречу. Мы выглядели как обычная пара в обычный весенний день. Спокойные. Счастливые.
К сожалению, это был ноябрь, и в наших отношениях не было ничего нормального. От счастья мы были далеко, а тем более от покоя.
Внезапно я не смогла сопротивляться словам Марсии, как бы мне этого ни хотелось. Внезапно они были всем, что я слышала. Это не было новостью. Скорее, ее слова подтвердили мне то, чего я опасалась с самого начала.
Была ли она права? Неужели у нас с Уиллом никогда не будет реального шанса?
* * *
После завтрака – я едва смогла съесть несколько кусочков, горло все еще болело – мы пошли обратно в штаб и обнаружили, что Мигма находится в чрезвычайном положении. Около двадцати человек суетились перед зданием, раскрашивая плакаты и флаги. Я увидела символ взаимосвязанных треугольников четырех стихий и лозунги, такие как «Долой границы», «Свобода, а не зависимость», «Слепое повиновение – это самоубийство», «За свободный Тессарект», «Мы – будущее», и мой личный фаворит: «Инвенты = люди».
Из магнитофона звучал рок, настроение было эйфорическим. Несмотря на ранний час, все казались оживленными, передавали друг другу чай и кофе и вели жаркие дискуссии.
Ни Фоса, ни Меламарсию не было видно. Я позволила своему взгляду блуждать по лугу и остановилась на задней части смотровой площадки. Черные волосы Эвелин блестели в слабом солнечном свете и резко контрастировали с ее красным пальто. Она оживленно болтала с кем-то, кого я не могла узнать, потому что он или она были накрыты огромным ярко раскрашенным брезентом.
– Не переживай, иди, – прошептал Уилл, который тоже заметил ее, и с мрачным видом указал в сторону дома. – Я поищу Фоса.
Мы обменялись взглядами, и я благодарно кивнула ему. Однако я не могла перестать оглядывать луг в поисках Марсии. Не выносила мысли о том, что она снова бросится на Уилла и воспользуется своей силой.
– Не волнуйся, – прошептал он, коротко сжимая мою руку. – Я позабочусь об этом.
Оставалось неясным, имел ли он в виду Фоса или ее. В следующий момент он уже убежал, и я тоже пошла вперед. Я перешагнула через мегафоны и баллончики с граффити, улыбнулась Дамеку, который сидел на траве рядом со своей сестрой-близнецом и тут же покраснел, и поприветствовала, когда проходила мимо, Нийола, сидевшего позади Иви и рисовавшего что-то на картоне синей краской.
– Ты пойдешь с нами позже? – спросил он небрежно, но по глазам было ясно, что он все это время наблюдал за Уиллом и мной. Тем не менее, я была рада, что теперь мы могли сравнительно нормально относиться друг к другу. У нас была общая цель, и что бы ни случилось в прошлом, я хотела покончить с этим.
– Да.
Он одарил меня кривой улыбкой.
– Одна?
Вместо ответа я закатила глаза и уже хотела пойти дальше, как он уронил кисть в траву и протянул мне руку.
– Мир?
Я недоверчиво посмотрела на него.
– Без всяких задних мыслей, – сказал он и довольно улыбнулся. – Мне просто приятно, когда между нами все в порядке. В конце концов, мы хотим вместе разрушить это место.
Злость на него казалась такой бесконечно далекой. Так же, как и мое душевное смятение при взгляде в его темные глаза. Теперь я не чувствовала ничего, кроме доверия, глядя на него.
Я ударила по его руке.
– Мир.
Несколько секунд мы смотрели друг на друга, и на его лице появилась грусть, но эмоция исчезла так же быстро, как и появилась. Он отпустил меня и снова взял кисть в руки.
– До скорого.
Я протиснулась мимо брезента и невольно улыбнулась. Иви беседовала с двумя людьми, которые были мне не чужды.
– Привет, принцесса, – крикнул Каспер и затушил сигарету, прежде чем вскочить на ноги. Дария, сидевшая рядом с ним, тоже была уже на ногах и смотрела на меня.
С обеих сторон они заключили меня в совместные объятия, а потом Эвелин тоже поднялась и обвила руками нас троих с хихиканьем.
– Эй, вот ты где, наконец! – воскликнула она. – Теперь мы почти полностью в сборе.
– Наконец? Как долго вы уже бодрствуете?
– Лучше спроси по-другому: когда мы в последний раз не бодрствовали? – пробормотал Каспер, подмигивая мне. Мы сели на луг в кружок.
Все трое выглядели довольно усталыми – глаза Иви были покрыты красными прожилками, щеки Дарии покраснели, а подводка для глаз Каспера была размыта. Несмотря на это, казалось, что о сне никто из них и не думал.
– Как обстоят дела с Нейтом? – спросила я, нахмурившись.
Глаза Каспера потемнели.
– Мне до сих пор не удалось связаться с ним. Я уверен, что он хотел бы быть здесь сегодня, но у меня нет шансов добраться до него, его мама действительно чертовски серьезно относится к запрету на контакты… Прошлой ночью она застала меня за попыткой забраться по водостоку в комнату Нейти и вышла из себя.
Я застонала.
– Но каков ее план? В конце концов, разлучить вас навсегда не получится!
Было действительно глупо, что мать Нейта считала, что имеет право указывать своему сыну, с кем ему разрешено быть. Каспер был его инвентом, он даже не принадлежал к другой стихии.
Каспер прикусил нижнюю губу и рассматривал кончики своих пальцев.
Дария вздохнула.
– Нейт, наверное, согласился на помолвку с Канделой, – сказала она, обеспокоенно глядя на Каспера.
Помолвка? Что, простите?
Кандела – пиро нашего возраста, и мать Нейта, казалось, считала ее идеальным партнером для своего сына, но это показалось мне немного радикальным даже по ее меркам.