Двойная жизнь. Защитница веры
– Простите… – Собрав мужество в кулак, я подняла глаза и встретилась с насмешливым взглядом в зеркале заднего вида. – Простите! Но вы сами хороши, кто ж так пугает… – Отведя взгляд, я снова почувствовала предательский румянец. Нашла чего пугаться, ну надо же было сопоставить одно с другим: звонок Оле и появление неизвестного мужчины на машине.
– Да ладно, расслабься. Хотя укус у тебя что надо, чуть не отгрызла мне ухо, а с этим еще ни одна собака не справилась. – В другое время я бы возмутилась такому сравнению, но… Нервный смешок, вырвавшийся из моего рта, поразил даже меня. А затем я рассмеялась так, как не смеялась уже давно, всхлипывая от ощущения спадающего напряжения и понимая, что теперь-то я точно смогу осуществить все задуманное.
Илья тоже улыбался, очевидно, за укушенное ухо меня уже простили. Мне было жутко интересно, за что же такое он задолжал Оле, что поехал в страшный ливень на Садовое кольцо, но я решила спросить об этом потом у подруги.
– Ну что, едем, боевой воробей? – Мужчина снова посмотрел в зеркало заднего вида и завел машину, а я, судорожно достав зеркальце из сумки, поняла, что действительно напоминала больше воробья, чем претендентку на должность финансового директора крупного модного дома.
– Едем, – уверенно ответила я, называя адрес и чувствуя, как под урчание двигателя машины в меня возвращается былая вера в собственные силы.
И мы поехали.
Если бы меня так вез тот злополучный таксист, высока вероятность, что я потребовала бы остановить уже через пару минут и предпочла бы пешком добираться до заветных небоскребов. Но вера в Олю и человека, которого она мне прислала, была столь велика, что я лишь пристегнулась ремнем безопасности и, крепко сжимая в руках расческу, принялась наводить порядок на голове, наблюдая за окном тот изобретательный маршрут проулков, дворов и пустых тротуаров, которыми перемещался автомобиль.
Прошло немногим больше часа, а мы были уже на месте. До назначенной встречи оставалось еще двадцать минут, и мне было очень тяжело скрыть наползающую улыбку. Дождь к этому времени все же закончился, и из-за серых туч вылезло робкое весеннее солнце, ласково пригревающее мне плечи даже через тонкий пиджак. Сердечно попрощавшись с Ильей и еще раз извинившись за ухо, я, прихватив свои вещички, вспорхнула на крыльцо офисного здания, одарила нежнейшей улыбкой охранника и, пикнув пропуском, оказалась внутри.
Мельком брошенный на отражение в зеркальной стене взгляд подтвердил, что мой облик идеален, а я сама – воплощение делового стиля и элегантности. Приветливо поздоровавшись с парой знакомых моделей, что покидали здание, и думая о том, насколько они удивятся, когда «Эля из бухгалтерии» превратится в Элеонору Рудольфовну, финансового директора дома моды «Вермина», я поднялась на лифте на пятнадцатый этаж и прошла в приемную исполнительного директора. За столом секретаря было пусто, хотя разложенные документы и еще исходящая паром чашка чая намекали, что Илона отошла куда-то совсем недавно. С секретарем босса отношения у всех незамужних и молодых дам были натянутые – Илона работала с Виктором Сергеевичем уже пять лет и с точки зрения трудолюбия и хватки была прекрасным помощником, если бы не ее маниакальное желание выйти замуж за него или кого-то из его партнеров – ей бы цены не было. Впрочем, судя по всему, цены ей действительно не было, потому как у нее хватало мозгов не совершать никаких откровенно глупых поступков, а по слухам, что блуждали в бухгалтерском отделе, ее эффектная внешность все же давала свои плоды, и вроде бы с кем-то из совета директоров она даже ходила на свидания.
Вздохнув, я вспомнила, каких трудов мне стоило наладить с Илоной отношения. Она была далеко не глупа – одна из тех женщин, которые откусят тебе руку по самое плечо, стоит только дать палец. Я бы даже восхищалась ею, если бы не ее мания с замужеством. Впрочем, мои долгие и упорные труды по установлению с ней более-менее доверительных отношений увенчались успехом – Илона сама подсказала мне, что босс велел информировать кадровый отдел о необходимости найма нового финансового директора после того, как старый был тихо, но с позором изгнан за несколько не крупных, но все же незаконных денежных махинаций в свою пользу. Секретарь босса даже намекнула, что была бы не прочь, если бы в этом «пропитанном одеколоном и сигарами мире» у нее появилась союзница. И вот я здесь, а Илона…
Червячок беспокойства вновь зашевелился внутри. Я посмотрела на часы: оставалось десять минут до встречи. Поднявшись, я походила перед кабинетом, чьи тяжелые деревянные двери были закрыты, и, наконец убедившись, что лифт стоит где-то внизу, а на всем этаже, кроме меня, нет ни души, прильнула к двери шефа ухом, мучаясь от угрызений совести и любопытства.
– …удача – не наш профиль. Нужен точный расчет. – Голос Виктора Сергеевича спутать с кем-то было тяжело.
– Конечно, я понимаю. План предоставлю к совету директоров, не сомневайтесь, – ответил шефу незнакомый мне мужской голос.
План?! Совет директоров?! Я отпрянула от двери, словно обжегшись, чувствуя, как предательская тошнота подкатывает к горлу. Что же делать? Открыть дверь и войти самой или…
Дверь открылась, и из кабинета, держа поднос в руке, вышла Илона с тем самым хищным взглядом охотницы, наметившей себе цель. Увидев меня, она округлила глаза, прикрыла за собой дверь и вдруг выдала сочувствующую улыбку.
– Солнышко, давай я тебе кофейку сварю? – Теперь я точно понимала, что весь мой план пошел коту под хвост.
– Илона, что… – Я собрала волю в кулак и уже более уверенно договорила: – Что происходит?
– А происходит, моя кисонька, то, что шеф уже нашел себе нового финансового директора… – Илона вздохнула и села за свой стол, не сводя с меня взгляда карих глаз.
– Я зайду? – Сжав зубы, я кивнула на дверь шефа. Секретарь, мгновение подумав, вдруг улыбнулась хищно и белозубо и, нажав кнопку на телефонном аппарате, промурлыкала:
– Виктор Сергеевич, к вам Элеонора Рудольфовна. – И, моментально убрав пальчик с кнопки, кивнула мне: – Давай, хуже не будет точно, а ты, я вижу, готовилась. Сумку тут оставь.
Глубоко выдохнув, я, бросив сумку на диванчик и набрав воздуха в грудь, как пловец перед прыжком, решительно повернула ручку двери и вошла в кабинет. На меня пристально смотрели две пары глаз: шеф вопросительно, но доброжелательно, и незнакомый мужчина, сидевший в кресле напротив начальника, облаченный в строгий серый (мышиный, как я мстительно сразу окрестила этот цвет) костюм, черноволосый и сероглазый. Может быть, я бы в другое время и заинтересовалась им, но сейчас он был для меня врагом номер один, и никаких чувств к нему, кроме гнева, я не испытывала.
– Элеонора, рад вас видеть. Что-то случилось?
– Мне было назначено, Виктор Сергеевич, – ответила я и заметила, как шеф чуть посмурнел и внезапно неловко отвел взгляд. – Собеседование на должность финансового директора, помните? – продолжила я с напором в голосе и положила свою папку перед ним на стол.
– Ах да, конечно, Элеонора, конечно, я помню. – Виктор Сергеевич покосился на папку, потом взял ее в руки и вопросительно посмотрел на меня: – Это?..