Кузницы драконов

  
Пролог. 
 Если вас съел дракон, то, как это ни банально, но у вас все же есть два выхода.
 
— Здравствуйте. А у вас есть розовые драконы?
Добрый день! Нет. Только Черные и Белые. Других нет.
Понятно. А фиолетовые?
 
Дракон спал. Сон был хороший и безмятежный. Вокруг проносились в хаотичном беге дни. Дракон не обращал внимания. Дракон живет долго, что ему день? Месяц? Год?
Нужно было отдохнуть и залечить раны, последний бой был слишком тяжел даже для него. Но раны залечены, тело снова готово отправиться в полет, но дракон почему-то всё равно медлил.
Что же случилось во время последнего боя?
Что за заклинание применил его последний противник? Что-то очень нехорошее. Запретное и пугающее сильного и могучего дракона. Да и выжил ли он на самом деле?
Вопросы роились непоседливыми крохотными бабочками, мешая дракону спать. Хотя нет. Наверное, это мотыльки. Иначе, почему цвет крыльев у них такой белый почти прозрачный. А еще крылышки так красиво унизаны жемчугом, и кончики обрамлены перламутром. Много очень много белых мотыльков. Они еще и ночные, потому что только они разрезают тьму, что окружает дракона. Ведь только ночью бывает так темно?
И только тут дракон понял, что именно он искал. Он искал цвета. Они потерялись. Остался только черный мрак и белые бабочки, порхающие над ним. Но дракону хотелось золота. Того раскаленного золота что бывает когда смотришь на солнце в дымке облаков. То золото что горит на листьях осенью, то золото что переливается на шляпках грибов в родовой пещере.
Только вот золото ушло. Его не было. Не было и других красок. Только тьма и белый свет.
Дракону не нравились эти цвета. Поэтому он и отказывался просыпаться. Ему нужно было золото.
Но эти мотыльки. Когда они уже отвяжутся от него? А это еще кто?
Большая золотая бабочка вдруг появилась из мрака. И она настойчиво стала звать дракона с собой. Россыпь белых мотыльков уселась на невидимое тело дракона, покрывая его голову, большое туловище и длинный хвост. Дракону стало щекотно. И тут золотая бабочка стала посыпать его золотой пыльцой.
Но этого же мало? Этого не хватит на всего дракона?
Но больше не было. И тогда большая золотая бабочка села ему на голову и застыла, сливаясь с белыми мотыльками.
Дракон потянулся и вздохнул. Что ж. Нужно вставать. Теперь у него есть цвет. Мотыльки все равно щекочут и мешают ему спать.
Да еще и этот голос. Кто это так настойчиво его зовет? 
    
Глава 1. О каком образовании можно говорить, если при наличии перфораторов, гранит науки до сих пор грызут?
 
— Сколько нужно драконов первого уровня чтобы в крутить лампочку?
— Трое. И один дракон второго уровня, чтобы показал.
 
Я бежала. Быстро. Я уже год только и делаю, что быстро бегаю. А по-другому здесь нельзя. Съедят. И будь ты хоть двадцать раз умный и храбрый дракон, все равно съедят.
Следом за мной, дыша мне в затылок, бежал Ханс. Как всегда пропустив меня вперед и прикрывая мою спину. Спина у него вся в ожогах. Не успевает толком регенерировать и заживать. Магия от плевков слизней помогала плохо. А мазь и вообще лекарства сюда поступали плохо. Просто отвратительно. Порталы постоянно сбоили. Был велик риск оказаться неизвестно где. А арок перехода здесь вообще отродясь не видели. Те, кто пробыл здесь дольше двух лет, вообще отказывались верить в их существование.
Мы бежали по камням к обрыву, нашему единственному варианту учитывая ситуацию. И угораздило же нас свалится в расщелину полную антрацитовых слизней. А все Ханс — «он там один, ну максимум два». Счетовод липовый, бухгалтер недоучка, считать сначала научись, а потом к слизням лезь. Слизней оказалось десять. И кроме как бежать, сверкая пятками выхода особого не было.
Ох и попадет нам от Хелены и Гарба. Опять мы с Хансом придем ни с чем, да еще и с располосованным боком. Моим боком между прочем. И это я еще спину Ханса не видела.
Вот когда Хелена с Гарбом уходят в дозор, на разведку или охоту всегда почему-то возвращаются или с добычей или хотя бы целые. А мы с Хансом как два лишенца. Если не покалечились уже славно.
— Вай, только давай ты назад оглядываться не будешь? А то будет как в прошлый раз!
На бегу прокричал Ханс. Даже он немного запыхался. Ну, еще бы. Бег по пересеченной местности с прыжками на камни, потому что обегать их долго и чревато, то еще удовольствие. Я так уже задыхалась, и когда за очередной каменистой грядой показался обрыв — вздохнула с облегчением.
С обрыва я прыгнула стремительно и быстро. Добрались, и даже почти целые. Оборачивалась я еще в прыжке, что бы Ханс успел схватиться за длинный хвост. И он, разумеется, уже привычным движением приник к моему длиннющему хвосту, сливаясь с чешуей.
Поток воздуха поймала почти сразу. Опять повезло. Да мы просто везунчики сегодня.
Драконы летали без крыльев. Их у здешних рептилий не было. В самом начале меня это дико бесило. Не могла понять, ну как это? Крыльев нет, а летает? Оказалось, что если сравнить, то дракон это не вертолёт. С места и сразу вверх взмыть он не сможет. Это скорее самолет. Ему необходим разбег, с которого он и набирает высоту. Магией поднимает свое большое тело на небольшое расстояние от земли, а потом нужно ловить воздушные потоки. Даже небольшой ветерок существенно помогает дракону в полете. Хотя полетом я бы это не назвала. Крыльев же нету? Это скорее скольжение по воздуху.
А еще я уяснила, что полного штиля тут почти никогда не бывает. Всегда есть дуновения ветра, даже слабенькие, которые для человека и не ощутимы, но дракон ловит их почти сразу.
Вот так как я сейчас парить было одно удовольствие. Потоки воздуха легко несли нас в нужном нам направлении, а именно к охотничьей заставе. Самой дальней в Гиблых землях. Мы на ней обосновались недавно. Это наша уже четвертая застава, и самая тяжелая по сложности. Мы и добрались до нее только недавно. Раньше все держались ближе к границе Гиблых земель.
А еще я уяснила, что магии много не бывает. И что дракона нельзя позвать по щелчку пальцев, если резерв на нуле. Поэтому и бегала ножками, дралась ручками и только при непосредственной угрозе для жизни вызывала дракона.
На нашей первой заставе охотников мы долго не задержались. Она была слишком близко к границе и делать нам там было нечего. На второй чуть дольше. Но в основном весь год провели на третьей. Там нам понравилось больше всех. Тварей больше, слизни в изобилии, и с дисциплиной было пожёстче. Что очень стимулировало меня и Гарба. А то он проспит, то я зачитаюсь. И как итог — наши напарники опять не довольны.