Я стала злодейкой в романе, но не помню, в каком

— Госпожа, всё хорошо? — послышалось из-за двери.
— Да, — крикнула я и обратилась шёпотом к богине: — Может, прямо сказать императору об этом, чтобы он женил Юстафа на Амалии?
— Скорее всего, тебе не поверят. Советую пока держать это в тайне, особенно от своего рыцаря. Не волнуйся, Юми найдёт выход и без тебя. Сосредоточься на себе.
И опять, почему Ролану нельзя знать про Амалию? У него какие-то предрассудки к драконам? Или к полукровкам? Но прежде, чем я успела спросить, Нема встала:
— Пожалуй, пойду, а то уже скоро тебе принесут чай. Помни, даже если ты не чувствуешь, я рядом, — почти дойдя до стены, Нема обернулась: — Да, мадам Виолетта очень расстроилась, что ты не приехала. Она переживает. Но даже не вздумай идти в монастырь при храме этого оболтуса, иначе обижусь и сниму статус любимицы.
И Нема исчезла в стене.
Сегодняшний долгий день на этом не закончился. Только я вылезла из ванной, как герцог позвал к себе. Видимо, там что-то срочное, раз он не дал «дочурке» отдохнуть.
 
— Летиция, сядь, — мрачно начал герцог, когда я вошла.
Я послушно села на диванчик. Новости меня ждали явно не очень хорошие. Надеюсь, они не нашли прошлой связи Летиции и демонов?
— Этот баран упёрся рогами. Он считает, что именно ты помогла тому мальчишке прийти в себя, а значит, вам нужен ребёнок.
— Отец… у тебя есть выпить? — уточнила я, приметив на краю стола герцога бутылку и стакан с чём-то по виду напоминающим коньяк.
Ничего не поняла из его речи, кроме последней фразы. Герцог тоже понял меня неправильно, и попросил принести успокаивающий отвар.
— Отец, повтори, пожалуйста, — смирившись с тем, что меня считают тут ребёнком, сказала я.
— Император против расторжения вашей помолвки. И после того, как ты помогла Юстафу снова контролировать демоническую энергию, усилить печать, расторгнуть ваш союз будет сложно.
— Вот как. Но это была не я, — теперь я знала точно, что представляет из себя Амалия.
— Звучит неправдоподобно. Император не поверит. Сам Юстаф очень слаб в контроле и не мог так просто вернуть себе разум.
Я хотела рассказать про героиню, но вовремя прикусила язык. Нет, если герцог узнает, то может решить убить её, чтобы не мешала. Не думаю, что у него получится такое провернуть с любимицей богини.
— И что теперь? — ни на что не надеясь, спросила я.
— Если у тебя остались какие-то дела, заверши их завтра как можно раньше. Мы едем на север.
— Зачем?
— Летти, тут прошёл слух, что ты очень религиозна. Не знаю, откуда они взяли такую чушь, но я ей воспользовался. На северных землях есть храм трёх богов баланса. Я настоял, чтобы ты венчалась с принцем именно в нём.
— Почему? И почему мы едем так скоро?
— У этого мальчишки приступы всё чаще. Надо действовать быстрее, поэтому и едем завтра. И уже там, на севере, мы будем тянуть время и перекинем печать с Юстафа на Дерека. По словам Элен, Дерек будет только рад этому. Он давно мечтает переехать в столицу, и не раз был замечен в попытке усилить свою власть.
Я молчала. Быстро же «отец» сориентировался в ситуации и придумал план. Проблема только в том, что мы тут выступаем однозначными злодеями.
— По старой дружбе, императора убивать, пожалуй, не станем. У Юстафа Второго просто не будет выбора, он передаст трон племяннику, — герцог был доволен собой.
Толком возразить я не смогла. Всё, что узнала: Амалия едет с принцем как его личный целитель, а командировка Вольфа отменяется. Видимо, «отец» теперь хочет держать брата от меня подальше. Я решила подыгрывать Уинстону до конца, тем более, он видимо поменял ко мне отношение, и попросила отца взять его с собой. Нанять своего информатора, который поработает на нас на севере. Пусть только этот жук попробует не оценить моей помощи!
— Что ж, Летти, на этом всё. Отдыхай, дочка, — герцог отклонился на кресле.
— Как скажете, папа.
Ответив, я встала, взяла со стола бутылку, налила себе немного в стакан и выпила одним глотком. Горло моментально обожгло. Герцог проводил меня шокированным взглядом. Успокаивающий отвар на столике остался нетронутым.
— Моя девочка… вся в мать, — услышала я, прежде чем дверь захлопнулась.
Решив, что это не конец, и позже я обязательно что-то придумаю, я отправилась к себе и очень быстро уснула.
 
Наутро я жалела, что выбрала не отвар, а коньяк. Голова болела, в ушах гудело. Самоощущение ухудшил ворвавшийся ко мне с самого утра братец. Не обращая внимания на мой несчастный вид и ночное платье с распахнутым халатом, он начал кричать:
— Что это такое? — и Вольф сунул мне под нос какие-то листы бумаги.
— Почему я должна знать? — я взяла их в руки и отодвинула подальше от лица, чтобы прочесть.
— Что ты делала в саду с Роланом, признавайся! — брат с укором смотрел на меня.
Неужели, это то, о чём я думаю? Гелео сработала так быстро? И действительно, это была реклама новой книги с отрывком из первой главы. Почти та же сцена, что я читала в черновике на листочке. Я нашла этот злополучный листок и дала Вольфу.
— Мы вычислили Гелео. Но ничего не успели сделать.
— То есть, в саду вы не?… — Вольф не договорил, но смысл был ясен.
— Мы с тобой тоже не делали того, что писали в той ужасной книжке, — я строго посмотрела на Вольфа.
Врать я не хотела и избегала прямого ответа. Надеюсь, он не заметил.
— Хорошо, — с облегчением выдохнул Вольф. — Тогда не ты попросила отца оставить меня в столице?
— Это его решение. Возможно, мы переборщили, изображая пару на балу.
Вольф коснулся рукой шеи и невнятно согласился:
— Я разделаюсь с делами и догоню вас. Я обещал тебе помочь с северным герцогом.
— Спасибо, Вольф, — улыбнулась я. — Рада, что ты на моей стороне.
И тут я не врала. Вольф узнал имя Гелео, обещал подумать, как заставить её прекратить, и ушёл. Мне предстояло сделать ещё одно дело перед отъездом.
Я написала письмо Йонасу, учителю танцев. Не так давно он прислал записку, где спрашивал, как долго ему ждать указаний. У Вольфа помимо Гелео и так много дел, оставленных на него герцогом, так что надо перестраховаться.
В письме я попросила скомпрометировать, ухудшить репутацию одной дамы. В идеале — пустить слухи о её распутной жизни. Лишним не будет, и учителю есть, чем заняться.
 
Через пару часов сборов, мы были готовы. Я вышла из особняка в дорожной одежде и направилась к запряжённой карете с нашим гербом.
— Летиция, тебе не сюда, — остановил меня герцог.
— А куда?
Я осмотрелась, но вторая карета явно была для слуг. С надеждой я взглянула на уже сидящего на коне Ролана, но герцог подвёл меня к воротам. Они открылись, и взору предстали только что подъехавшие три кареты с императорскими гербами. Из окна одной из них на меня недовольно смотрел Юстаф.