Похищенная помощница для варвара

Так. – Для первой работы вполне себе хорошая должность. – Ты не для того столько лет отлично училась, чтобы потом так бездарно испортить себе трудовую книжку. Почему ты ничего не рассказала? Я же постоянно на связи через соцсети. От тебя молчок, я думала, все хорошо. – Ну так все нормально. – Ничего себе нормально. Значит так, я вышлю тебе денег, собирай и оформляй нужные документы, покупай билет и прилетай к нам с папой. У нас и жилье хорошее, и работу тебе найдем достойную и приличную. А Олег еще к тебе на коленях приползет. Тяжко вздохнула. – Мам, мы же уже об этом говорили, я люблю родину, не собираюсь к вам переезжать. Я хочу всего сама добиться. – Этот разговор был, когда вы серьезно встречались с Олегом, я была спокойна, что он за тобой присмотрит.
– А сейчас я в том возрасте, когда сама за собой могу присмотреть. Хм. Куда это рука начальника по бедру круговыми движениями поползла? Кажется, к замочку на юбке. Шлепаю босса по шаловливой руке, а он в ответ прикусывает мне мочку уха и щекотно дышит в ухо, отчего у меня по коже разбегаются мурашки. Что опять за баловство пошло?
– Да, ты уже совсем взрослая девочка, – с усмешкой шепчет мне на ухо провокатор-Богдан. – Хочешь мы к тебе приедем? Или давай я с Олегом поговорю? – Нет-нет, мам, у меня все хорошо. – Ох, если ты говоришь это, только чтобы меня успокоить… – Вовсе нет. – И что, ты даже не переживаешь? – По началу, конечно, переживала, но сейчас отлично отвлекает работа. – Работу все же стоит поменять. Алина, знания без практики быстро забываются, тебе нужно развиваться, а то что сейчас это не дело. – Не уволю, даже не проси, – весело шепчет на ухо Богдан. – Алина, ты что, не одна? Мамин вопрос заставил похолодеть. Неужели услышала голос Богдана?
– Ты как-вяло и заторможенно отвечаешь. Ты на успокоительных? Есть у меня тут одно успокоительное, оно же и возбудительное в одном лице. – Нет, мам, я просто на работе, давай потом поговорим еще, ага? – Хорошо, но вопрос с переездом я не оставлю. Папа вечером с работы придет и вместе поговорим. Попрощалась с мамой и повернулась к шефу. – Можно я вечером домой поеду? – Чтобы с родителями по видеосвязи спокойно общаться и показать им съемное жилье? Какой догадливый. – Да. – Тогда нет. Эту квартиру им покажешь, скажешь, что снимаешь. За свою зарплату. Шеф шкодливо улыбнулся. Не смешно. – Вас тоже показывать? Представить как соседа по съемному жилью? – Как хочешь, можешь хоть новым женихом назвать. – Ой, нет, ни в коем случае, тогда родители не то что прилетят ко мне, они телепортируются одной силой мысли.
– Ты боишься своих родителей?
– Нет, но вы что-то тоже не обрадовались, когда ваша мама приехала в фитнес клуб. Так что, можно мне домой?
– Посмотрим. Сейчас пока все равно есть планы на день.
– Какие?
– Раз уж работа в офисе отменилась, надо развеется, чтобы забылся негатив.
– А куда?
– Я бы хотел на свежий воздух и ближе к воде.
– Надолго? Мне это чтобы понять, сколько вещей брать.
– Я думаю, как раз к вечеру вернемся, но не факт.
Свежий воздух и поближе к воде. В понятиях Богдана это, оказывается, прогулка на катере, его собственном, причем. Мы приехали в загородный яхт клуб. Сказать, что я не ожидала, значит ничего не сказать. А уж как сама прогулка понравилась. Мчаться по водной глади, это чистое удовольствие и восторг. От негатива действительно не осталось ни малейшего следа. Богдан сам очень ловко управлял катером. Катались долго, до позднего вечера, а ужинали в ресторане яхт клуба. Когда мне вновь позвонила мама, я в удивлении взглянула на телефон. Вообще забыла, что мне должны вечером звонить родители.
– Алиночка, папа дома, вы все обсудили. Выходи на видеосвязь, вместе поговорим.
– Ой, мам, я не могу, занята.
– Чем же?
– Ужинаю.
– И что.
– Эм. В ресторане. Деловой рабочий ужин.
– Какой деловой ужин, ты секретаршей работаешь!
– Ты отстала от жизни, мам. Плохо представляешь современные реалии.
– Ну, конечно. Выйди, пожалуйста, на видеосвязь. Я очень беспокоюсь.
– Не могу.
– Скажи, правду, почему ты не хочешь с нами общаться?
В голосе мамы проскользнули истерические нотки.
– Ты все равно не поверишь.
– Я поверю!
– Я ужинаю. Со своим новым женихом.
Какое-то время мама молчала, а потом трагичным тоном произнесла:
– Ты не на успокоительных? Что-то другое принимаешь?
– С чего вдруг такие выводы?!
– Ну какой новый жених? Ты так сильно любишь Олега, уж я-то знаю. Такая любовь так быстро не проходит, ты еще долго будешь страдать. Не то что жениха, а вообще какие-то отношения еще очень нескоро заведешь, если, конечно, не вернешься к Олегу. Не знаю, что у вас случилось, но судя по всему, он хочет помирится.
– Мирится поздно.
– Алина, где ты? Что с тобой? Только не делай ничего непоправимого!
Тяжко вздохнула. Чтобы я сейчас не сказала, мама не поверит.
Начальник взял меня за руку, привлекая внимание.
– Включи видеосвязь, успокоим твою маму, – глаза шефа коварно блестят.
А и ладно. Хуже уже не будет, мама все равно навоображала себе всяких ужасов.
– Я сейчас тебе перезвоню по видеосвязи, мам.
Сбрасываю вызов, начальник тут же придвигается ко мне и обнимает за плечи.
– Шеф, вы уверены?
– Моя мама звонит или пишет мне, каждый день, уточняя дату свадьбы, чтобы ей начинать готовиться. Не все же мне одному страдать.
– Вам не кажется, что это шутка уже выходит на новый уровень?
– Зачем Олег позвонил твоей маме?
– Я думаю, чтобы родители на меня повлияли и уговорили переехать к ним хотя бы ненадолго, тем самым отдалив от… Работы.
– Значит, нужно уверить их, что у тебя тут все хорошо и спокойно.
Звоню родителям по видеосвязи и ставлю телефон на столик так, чтобы хорошо было видно меня и Богдана.
Родители ответили на вызов и… застыли с открытыми ртами и широко распахнутыми глазами.
– Добрый вечер, – произнес мой начальник приятным бархатным низким голосом. – Очень рад наконец-то познакомиться с родителями моей ненаглядной.
Ненаглядная. Судя по настрою босса, он будет отыгрывать по полной.
Бедные мои родители, их глаза распахнулись еще шире, хотя куда уж больше, потом картинка смазалась, звук удара и экран почернел. Это, видимо, мама выронила телефон.
Дальше слышу какие-то сдавленные звуки, телефон поднимать не торопятся. Шеф уткнулся лицом мне в макушку и опять беззвучно хохочет, да так заразительно, что и меня начинает потряхивать.