Тридцать монет на сундук Мертвеца и тринадцать зомби в придачу

— Чего ты хочешь? — я подалась вперед, и футляр с лопатой с грохотом валился с моих колен.
Даг не обратил внимания на шум. Все еще смотря в стену, я крайним зрением видела, что он делает глоток из своей чашки и, кажется, кривится. Кофе невкусный, что ли? Так в ящиках письменных столов другого и не подают!
— Я человек новый. И хочу влиться в работу. Понять принципы… узнать, чем дышит этак контора…
— Как тебя вообще начальники взяли? — не выдержала я.
— Потом расскажу. Так вот: я хочу первое время работать с тобой.
— Чего? — обомлела я. — В смысле?
— В прямом.
— Ты хочешь таскаться со мной по кладбищам?
— А почему нет? — он пожал плечами. — В конце концов, я тоже некромант.
— Ты кто угодно, но точно не некромант, — огрызнулась я. И задумалась. С одной стороны раздражающий начальник, пыхтящий в затылок — то еще удовольствие. А с другой — будет больше возможностей понять, что он из себя представляет, этот многопрофильный некромант-теоретик со способностями к межпространственным манипуляциям.
Пока я думала, Даг допил кофе, а потом вытащил из ящика еще одну чашку и маковую булочку. Кабинет залил запах свежей выпечки, и я сглотнула слюну.
— Ладно. Договорились. А мне булочку почему не дал?
Даг поперхнулся, откашлялся, а потом расхохотался.
— Как легко оказалось тебя убедить! — с восторгом воскликнул он. — Я и не думал, что решающим фактором станет… — он снова сунул руку в свой бездонный ящик- пекарню, — … пирожное с воздушным кремом.
Я вытаращила глаза, глядя на его руку, покрытую трупными пятнами. А точнее — на то самое пирожное.
— Ты откуда знаешь, что я такие люблю?
— Все девушки любят сладкое, — хитренько сказал он. — А мы с тобой еще и вместе учились. И даже ходили в одну столовую, помнишь?
— И ты еще тогда запомнил, что я люблю пирожные с кремом? — растерянно спросила я, вгрызаясь в хрустящее слоеное тесто.
— Ты была странной, помнишь? И привлекала внимание, — кажется, он улыбался. — Впрочем, ты до сих пор странная. Почему ты на меня не смотришь?
Я вздохнула и сделала глоток кофе. Кстати, он был очень вкусным. Таким, как я люблю.
Я никому не говорила о том, каким оказалось проклятье монет. И не собиралась отступать от этого правила.
— Ты мне не нравишься, — дожевывая пирожное, ответила я. — Так и хочется тебя лопатой треснуть.
Даг снова хохотнул.
— Ничего. Я думаю, мы сработаемся, — в его голосе было столько восторга, что я чувствовала себя экзотической рыбкой в аквариуме, на которую пялится безусый мальчишка.
И не просто пялится. Сверлит взглядом. Я чувствовала этот взгляд кожей. За весь наш разговор Даг не переставал смотреть на меня во все глаза.
И это почему-то внушало мне чувство опасности. Но ничего, у меня лопата есть. Если что, как тресну, мало не покажется!
Но пока пусть живет. Пирожное действительно было очень вкусным!
— Ну я пошла?
— Куда?
— Домой. Пришлешь мне записку, когда дело появится. Так уж и быть, проведу тебе пару экскурсий по кладбищам, — нагло заявила я и, пока он переваривал это заявление, подняла футляр с лопатой и вышла из кабинета, а потом и из здания, чувствуя себя победительницей.
    
Часть 2. Новая лопата… которой я точно убью новую метлу!
Ощущение триумфа было со мной недолго — ровно до того момента, как я ступила на порог своего дома. Почему-то именно сейчас мне все вокруг казалось невзрачным, унылым, покрытым вековой пылью…
Я до вечера гоняла своих мертвых слуг, заставляя по нескольку раз протирать пол, мыть полы, перебирать продукты в кладовой… жутко хотелось действия, хоть какого-то.
А еще меня жутко занимал Даг. Как из прыщавого некроманта-недоучки с кафедры теоретической магии он мог превратиться в… ну не знаю, как он там на самом деле выглядит, но ощущается этаким всесильным волшебником, способным одним щелчком лишить зомби не-жизни. И сварить кофе в ящике письменного стола.
Демоновы монеты, как же сейчас я их ненавидела! Они заставляют меня прятаться по углам, не смотреть в лица, не разговаривать, не жить. И пусть мое сердце бьется, жизнью мое существование назвать сложно.
И сегодня я осознала это так остро, что хотелось взвыть. Я тоже хочу гулять по улицам Города, заходить во все таверны и бары, наслаждаться солнечными лучами, наслаждаться обществом живых! Но… проклятие не давало мне даже привыкнуть к видениям вокруг. Каждый раз, когда я видела живого в виде зомби, мне становилось не по себе. Десять лет прошло, а я вижу этот мир мертвых, как впервые.
Все валилось из рук. Я не могла даже книгой себя занять, потому что мысли роились в голове, как мухи. Противные мухи, которые любят зловоние и трупы.
Попытка поспать тоже провалилась, причем громогласно: я не успела закрыть глаза, как в кухне что-то загремело, потом свалилось, а потом и вовсе разбилось. Несколько раз.
Чем там Хильда занимается?
Как выяснилось — лежит. Мертвая. То есть, лишенная не-жизни.
— Это что еще такое, а? — возопила я, когда до меня дошел сей факт. А возопив, призадумалась.
А потом поняла.
— Ну я сейчас тебе устрою, начальничек, — пробормотала я себе под нос и, стараясь быть бесшумной, двинулась обратно в спальню. За лопатой. К сожалению, я забыла три вещи: Даг косит зомби непринужденно, моя лопата не в спальне, а в гостиной, а еще на мне полупрозрачная ночнушка. И все.
Впрочем, последнее меня мало волновало. А вот встречающиеся на пути в спальню «спящие» слуги — подогревали гнев. Где этот паразит? Какого Падшего он влез в мой дом после заката?
В спальне меня ждала Харита. Без признаков не-жизни, конечно. Поискав глазами футляр с лопатой, я грязно выругалась и, уже не скрываясь, бросилась в гостиную.
В ней царил полный бардак. Создавалось впечатление, что все мои вещи сами решили похулиганить и поменялись местами. Футляр лежал раскрытый, а от лопаты остались только… ножки да рожки, если за рожки можно принять обломки черенка, а за ножки — бесформенный кусок металла. При этом никакого жара я не чувствовала, да и чужого присутствия — тоже.
Стало страшно. Одна в огромном доме, даже верные зомби сейчас не смогут защитить. А без лопаты я их не подниму — не зря некроманты всегда сами откапывают своих подопечных.
И что теперь делать?
До меня начало доходить, что Даг тут ни при чем: только если он ко всему прочему еще и поехавший психопат, любящий… плавить лопаты. Да и то, что в итоге я никого не встретила, говорило о том, что… никого и не было. То есть, мои зомби действительно упали сами, вещи тоже самостоятельно решили развлечься, а лопата… решила, что с нее хватит и самоликвидировалась.