Чудовище проклятого острова

— В Сиг-Хель Ойвинд милостив. Такое милосердие он проявляет всего несколько раз в году, — решил просветить меня Инг-яр. — Сегодня даже не будет идти снег. Самое лучшее время, как говорят на Большой земле, для помолвки, не найти. В будень, когда мы с Ульрикой были обещаны друг другу, ярко -ярко светило солнце. И вот уже больше двадцати лет душа в душу живем.
Было ли тому причиной действительно солнце? Или же просто любовь? Мне было непонятно. Дьяры были открытыми людьми. Я видела как мужчины целуют женщин, не стесняются взять за руку на людях, обнять. Однако мне не доводилось видеть, чтобы Инг -яр Биргер демонстрировал в открытую свои чувства к супружнице. Он не был холоден. Отнюдь. Но и не целовал ручки своей жене, как это делали многие. Должно быть, статус не позволял.
Я ожидала, что церемония будет проходить на главной площади, поскольку ни одного храма так и не заметила за все время пребывания в Хель-горде, однако ее мы с успехом миновали.
Все торговые лавки были закрыты, город опустел. Не было видно ни одной живой души. Через некоторое время карета остановилась, и я поняла куда запропастился народ. Он ринулся на церемонию, что проходила на краю утеса.
Наряженные в похожие на мой наряд девицы, стояли в сторонке, волнительно комкая пальцами края хустки. Генри мне рассказывал, что в Сиг-Хель много желающих обручиться. С другой стороны стояли мужчины. Судя по всему, женихи.
Толпа окружала с двух сторон, оставляя лишь малое пространство для алтаря и дорожку к нему.
Сердце ухнуло вниз.
Нет. Я не готова. Я не хочу.
Видимо, почувствовав мою панику, Инг -яр сжал мою руку:
— Я сейчас выйду и подам тебе руку. Иди прямо. Без глупостей.
А глупостей наделать хотелось. Еще каких!
Вот только я даже вдохнуть толком не успела, как Инг-яр проворно выбрался из кареты и в проеме двери показалась его сильная большая рука.
Проклятье!
Стоило мне подать свою руку, как ее сжали в стальной хватке, ещё через мгновение я уже стояла у кареты.
Голоса затихли, на нас обратились все взгляды. Некоторые любопытные, некоторые откровенно презренные. Через хустку я видела не то чтобы очень хорошо, но Кайдена разглядела.
Дан-яр выглядел как обычно собранным и мрачным. Похоже, женишок тоже был не в восторге. Рада, что это взаимно.
Подтолкнув меня в спину рукой, Инг-яр медленно потянул меня к алтарю, у которого стоял сгорбленный старик с длинной седой бородой.
— Г рета Нильсон, — меня представили, как и в прошлый раз, без лишних титулов и почестей. Больно надо!
У нас невеста идет под музыку, в Хель -горде, видимо, такую роскошь не прельщали. Я шла почти под гробовую тишину. Лишь едва слышные шепотки раздавались позади. Пояс увидели все, поэтому никто не подставил мне подножку и не толкнул в спину. Дьяры не кидались объедками и не верещали: «Бесприданница!» и «Чужачка!».
Подойдя, Инг-яр вложил мою ладонь в руку Кайдена.
— Исполни свой долг, сын, — шепнул так, чтобы услышали только мы, а после громче, — тепло вашему дому!
— Тепло вашему дому! — закричали хором дьяры, повторяя за Инг -яром.
Старик, дождавшись пока голоса стихнут, прокашлялся и открыл фолиант, на вид он был такой старый, что казалось вот-вот рассыпется. Поправив бороду, он начал читать проповедь.
Подобную читали в храме Святой Далии. Видимо, старик у них вместо нашей жрицы, что благословляет браки.
Рука у Кайдена была тёплая. Моя же ледышка. Я искренне не могла взять в толк, как при такой погоде, он оставался горячим?!
Меня потряхивало не то ли от холода, не то ли от происходящего кошмара наяву. Я бы отдала своё сердце, лишь бы ко мне вернулось утреннее равнодушие. Сжав свободную руку в кулак, мысленно приказала взять себя в руки.
— Не трясись, — шепнул Кайден. — Тебя же не убивают, в самом деле.
Действительно! Подумаешь, всего лишь насильно замуж выдают!
Я на него зло зыркнула. Не знаю, было ли видно через хустку, но на лице дьяра мелькнуло нечто похожее на сожаление и вину. Он нежно сжал мою руку и провёл по ней большим пальцем, словно успокаивая.
— Дан-яр Кайден, сын Инг-яра Биргера, является ли твое желание взаимным, свободным и искренним быть обещанным Г рете Нильсон? — раздался звонкий, как для такого немощного старика, голос.
— Да, — без тени сомнения четко ответил Кайден.
— Г рета Нильсон, является ли твое желание взаимным, свободным и искренним быть обещанной Дан -яру Кайдену? — вопросительно взглянул уже на меня старик.
Повисла гробовая тишина