Просто Андрей (СИ)
Андрей отставил пиво, поймал ее руку, сжал легонько.
— Обижаешься на меня? — голос прозвучал глуховато.
— Шучу! — Лиза тут же перекатилась на живот, приподнялась, чтобы видеть его лицо. — Прости, Андрюш. Не стоило такое говорить…
Андрей не отпускал ее руку, поглаживал шершавыми пальцами, смотрел в глаза как-то слишком серьезно.
— Лиз, я другим не буду. Не отрывался бы от тебя днем и ночью, но муж же не только целовать должен, но и деньги в дом приносить. У меня на жизнь большие планы. Все они связаны с тобой. Всё сделаю для тебя. И для наших детей. Но ты… готова дальше терпеть такое безобразие? Ты со мной?
От такого признания губы у Лизы сами собой расплылись в улыбке, но вместо горячего «да» она спросила с укором:
— Скажи, когда ты перестанешь во мне сомневаться? Что мне еще нужно сделать, чтобы ты поверил, что я правда тебя люблю?
— Я уже почти поверил, — сказал Андрей невозмутимо. — Еще родишь мне кого-нибудь, тогда точно поверю.
Лиза хотела ответить, но вдруг почувствовала, как что-то скользнуло по ее пальчику. Перевела взгляд на руку — а там, на безымянном, вспыхивало и переливалось в солнечных лучах золотое колечко с крошечным бриллиантиком.
— Очень красивое! — Лиза потянулась за поцелуем, но Андрей жестом попросил подождать и протянул второе кольцо — просто тонкий золотой ободок.
— Мне тоже надень.
Лиза с максимально торжественным видом надела мужу кольцо, после чего уже последовал поцелуй.
Эпилог
Десять месяцев спустя.
— Елизавета Викторовна, вы что тут делаете?
Лиза аж подпрыгнула, услышав за спиной знакомый голос. Звучал он очень разгневанно.
Обернулась, старательно состроив виноватую мордочку:
— Андрюш… Я же только…
Всей высотой своего роста Андрей навис над ней, ужасно сердитый. Брови нахмурены, зеленые глаза яростно сверкают. До чего же красивый… Она вздохнула, сдаваясь:
— И кто меня сдал?
— Неважно. Я знаю про все три объекта, на которых ты с утра была. И ладно те, но тут даже лифты еще не работают, а ведь шестой этаж!
— Просто если врачи правы насчет завтра, то я же потом как минимум неделю, а то и две никуда не смогу съездить…
— Полгода! Лиза! — взревел Андрей. — Минимум полгода будешь только картинки на компьютере рисовать! Кто мужа слушаться обещал, а?!
Он перевел взгляд в сторону, на прораба, который пытался незаметно исчезнуть из поля его зрения.
— А с тобой я позже поговорю, Семен Матвеич. Еще один такой косяк, как с плиткой, и твоя бригада на наших объектах больше не работает.
— Понял, понял, Андрей Владимирович, не серчайте, — забормотал прораб, все-таки ускользая из комнаты.
Андрей вернулся к Лизе, которая успела виноватый вид сменить на расстроенный. Он тут же испугался, что пережестил. Приобнял ее аккуратно за плечико, потом привычно погладил выпирающий животик.
— Лиз, ну я же говорил, что обо всем позабочусь. Ты что, мне не доверяешь? Не стоит тебе шататься по стройкам на сносях. Помнишь, как в нашу первую встречу чуть не упала?
— Просто я нервничаю…
— Все идет по плану, — терпеливо убеждал он. — А если что будет не по плану, я решу…
— Я нервничаю не от этого, Андрюш! Я боюсь родов. А работа успокаивает… Тут я все знаю, все умею…
Да, на это ему нечего было возразить. Андрей притянул ее к себе, поцеловал в макушку. Лиза расслабилась, приникла к его груди. Потом встрепенулась:
— А как у тебя все прошло? Ты сегодня красивый такой, дай хоть полюбуюсь.
Андрей по случаю важного мероприятия был в костюме и белой рубашке — она еще не видела его таким солидным. Отстранилась, оглядела с гордостью, восхищенно улыбнулась.
— Нормально все, — смутился он. — Защитился.
— Нормально или отлично?
— Ну, отлично…
— Ура-а-а! Я знала! Я так и знала! Поздравляю!
Она захлопала в ладоши и потянулась обниматься. Андрей осторожно к ней наклонился.
— Давай, я тебя все-таки отвезу домой. От греха подальше.
Лиза кивнула, а потом вдруг охнула, схватилась за живот и замерла.
— Что такое?
— Андрюш, не домой… В больницу поехали.
Спустя шесть часов на свет появилась и тут же недовольно раскричалась Екатерина Андреевна. Конечно, ее быстро успокоили, приложив к груди сияющей Лизы. Некоторое время они провели втроем, потом девочки отпустили ошалевшего папашу переночевать домой.
Андрей быстро шел в сторону ворот от роддома, на ходу доставая сигарету. Он мечтал о ней с самого утра. Посмотрел вперед — и чуть не споткнулся. Навстречу спешил Виктор Ильич.
— Что там?.. Как она?..
— Они. Все хорошо, девочка, три сто — пятьдесят один, — Андрей молча протянул пачку, тесть дрожащей рукой достал сигарету, сжал в пальцах. — Отдыхают уже.
— Ох, — выдохнул Виктор Ильич. — Ну слава богу… Все-таки девочка, значит, — усмехнулся, глядя на Андрея. — Так тебе и надо. Вот подрастет — поймешь тогда меня.
— Я вас и сейчас поднимаю, — Андрей чиркнул зажигалкой, прикуривая Михайлову. — И зла не держу. Надеюсь, вы тоже.
Виктор Ильич с наслаждением затянулся, выдохнул и ответил:
— Для меня главное — счастье моей единственной дочери, — потом помолчал и добавил: — Она вроде… не плачет.
Андрей усмехнулся. В устах тестя эти слова можно было считать высокой похвалой.
Они повернули к выходу с территории больницы и уже не торопясь побрели к воротам.
— Как бизнес?
— А то вы не знаете, Виктор Ильич, — рассмеялся Андрей.
— Ну, ты просил не мешать — я и не мешаю. А присматривать буду.
— Да присматривайте, кто вам не дает.
— Ты вот что… По делам с администрацией можешь не стесняться от меня звонить. Тот вопрос с Секачевым в два счета бы решили…
— Я и так решил, без вашего имени.
— Знаю. Этот засранец все ж-таки вспомнил, чей ты зять… Не просто Чернов какой-то.
Андрей снова рассмеялся. Тесть неисправим.
Лиза с глуповато-счастливой улыбкой наблюдала за своими мужчинами из окна. Она поднялась в туалет, решила выглянуть на улицу, да так и замерла. Стоять было еще тяжело, но оторваться от такого зрелища не могла. Андрей с отцом встретились под фонарем, сначала их было хорошо видно, а теперь два знакомых силуэта отдалялись и уже терялись в сумерках. Но она знала, что они все еще идут рядом.
Невероятно, но кажется, даже бастион по имени Виктор Ильич Михайлов в конце концов пал перед упертостью супругов Черновых. Может, праздник по случаю их с Катюшей выписки станет первым семейным застольем? Хорошо бы…
Лиза наклонилась к спящей дочке, поправила одеялко. Носик, конечно, ее, Лизин. А вот губы… губы точно Андрея. Интересно, достались ли ей его зеленые глаза?