Очкарик 4

Ермек подумал — и отчеркнул в амулете для памяти: «Объединённая эльфийская ассамблея — структура, с которой стоит брать пример».
С другой стороны, логика в этом была: в нормальное время ассамблея вообще ни во что не вмешивается, но в периоды конфликтов не существует другого способа принятия единых решений светлыми и тёмными эльфами совместно. Особенно с учётом раздробленности по территориям, на Стволы и Ветви, не говоря уже про семьи.
Похоже на орков, но у последних нет единства даже перед лицом опасности. «Договорняки вручную», как говорит хуман. Не всегда удачно.
Попутно: беспокоиться об услышанном следовало бы как раз в том случае, если бы новый друг дочери втирался к хану в доверие. А он лишь откровенно грубил и лез на рожон.
Не самый плохой вариант попутчика: горькая правда лучше сладкой лжи и обмана. Даже если сам попутчик ошибается, его искренность стоит дороже. Это орк с высоты прожитых лет понимал хорошо.
— А что ты ей рассказал о конях? — идея действительно звучала интересно.
Ермек принял решение не сердиться, а побольше слушать. Для этого беседу следовало направлять вопросами в нужную сторону.
Человек прав и в том, что дальше у них может просто не быть возможности повторить разговор подобным образом. Следовательно, чем больше подробностей выяснить сейчас — тем лучше он будет понимать собственную дочь в будущем. Раз она так изменилась.
— Не так быстро, — хуман нахмурился и покачал головой. — Не с того начинаешь. Первое правило, доказывать тоже не буду: воевать с оккупантами должны не столько ваши солдаты, сколько ваша экономика. Асем поняла сразу, расспроси её.
— Я и сам понимаю этот момент. Если у тебя много денег, ты можешь бесконечно привлекать наёмников со стороны. Хоть и тех же орквудов… Не самое надёжное войско, но зато и источник солдат бесконечный. — Хан немного подумал и добавил. — Если не заканчиваются деньги или то, что на них можно выменять. Товар.
— Точно. Ну и прибавь сюда: самый первый хан над тремя жузами должен будет укрепить ещё и свой авторитет у всех без исключения.
— Да. Дальше?
Было непривычно и неприятно слушать чужака на такие темы, но он умел усмирять свою гордость, когда нужно.
Кроме того, этот человек, не раз рискуя жизнью, спасал твою родную дочь, говорил кочевник сам себе. И ничего не взял у неё взамен. Оставил даже лошадей.
— Поначалу указы единого хана должны… ай, ладно, — друг Асем махнул рукой, не закончив фразы. — Без теории, только конкретика. Первое — восстановление порядка на караванных путях. Это из «Списка Асем».
— Я понял… Как? — целесообразность задачи возражений не вызвала.
— Жёстко, казнями по акикату. Нужно объяснять?
— Нет, тут всё понятно. Кто контролирует магистральные караванные артерии, тот и получает самую большую выгоду. Как ты говоришь, работает та самая экономика.
— Угу. Второе: скажи, какое ваше самое главное богатство? Из тех, что ценится абсолютно всеми вокруг, пусть и в разной степени.
— Кони?
— Кони.
— Как на этом сыграть? — Ермек наконец уловил правила игры в вопрос-ответ.
Смешно, но ему понравилось.
— Распоряжение хана орков: за экспорт коней — казнь. Единственный вариант — купчая на товар должна подтверждаться твоими уполномоченными представителями.
— Тамга?
— Да. Иная торговля вашими жеребцами незаконна и карается.
— Откуда это взял? Сам придумал?
— Нет. Ханы моей родины так делали, только вместо коней был другой товар.
— Какой?
— Шёлк. Что-то не так?
— Идея хорошая, но это лишь голые слова. Как проконтролировать все сделки?
— Раз юридическое значение имеют решения любого правителя, значит, пусть это исполняют стражники городов. Хотя бы тех, которые к вам нейтральны. А со временем могут появиться и друзья.
— Если откажутся? Особенно на начальном этапе?
Разумеется, выполнять все советы хумана необязательно. Но понять всё до конца просто необходимо, рациональное зерно есть. И даже не одно.
— А вы перестанете пропускать караваны из этих городов либо поднимите им пошлину. Главное — чтобы на центральный амулет каждого города пришло твоё сообщение о соблюдении новых правил. По мере восстановления вашего контроля над Степью, рано или поздно порядок восстановится.
— Так тоже было у вас?
— Да. Более того: вокруг Степи, примерно на тридцать переходов, города панически боялись ссориться с ханами кочевников.
— Интересно… — Ермек вздохнул и выбросил из головы ненужные сейчас мечты. — В данный момент очень большая часть нашей территории контролируется ушастыми, коротышками, вами. Асем говорит, ты и здесь знаешь, что делать? — орк тяжело посмотрел на человека. — Есть смысл издавать приказы, если ты хозяин. Если же правят чужаки… — он не закончил.
Разговор складывался не то чтобы тяжело, просто многие вещи было неприятно произносить вслух.
Единственное, пятнистый не врал, а искренне верил в каждое своё слово.
Если он даже ошибается, слушать его дословно в будущем необязательно. Но если он всё-таки прав…
Как можно больше подробностей стоит выяснить сейчас, подталкивал себя орк: неизвестно, сколько это человек вообще проживёт. Второго разговора, и здесь он прав, между ними может просто не быть.
Последние пункты Ермек повторял себе раз за разом.
 
* * *
Там же, через некоторое время.
— … вы просто не любите считать, — пятнистый давно не подбирал выражений, глядя на собеседника жёстко и даже где-то неприязненно. — Максимум — пятьдесят заслонов с магами. Всё прочее — привычные и простые наёмники. С ними вы справитесь обычным оружием. Асем говорит, всегда справлялись.
— Полсотни заслонов с магами, — бросил Ермек с насмешкой. — Какая мелочь.
Они говорили уже несколько часов.
То, что он слышал, было незнакомо и дико. Но не невозможно, если опираться на логику и иметь смелость.
Интересно, откуда человек этому всему научился? И где?
— Заслоны с магами — не мелочи даже для меня, — не стал спорить хуман. — Но охота пуще неволи. Мы говорили с твоей дочерью, нужен проект…
— Какой?
— Противовес Проекту эльфов и прочих. «Очистка Степи от магов».
— У нас нет шаманов, — орк заставил себя остаться спокойным усилием воли.
Игра в слова, вопросы и ответы, временами раздражала — но была очень полезной.
Обдумать можно и потом, повторял он про себя. Сейчас главное — услышать как можно больше.
От непривычных усилий тянуло в сон, особенно на сытый желудок. Раньше обычные разговоры не были такими утомительными.