Последний реанорец. Том II
Кочкин и Федотов.
— Мое почтение, ваше благородие, — кивнул я обоим жандармам, перейдя через дорогу, перед этим попросив Риту, как и водителя такси немного подождать.
— Ты гляди, как вырядился, — ткнул в бок Евгений своего друга. — Красавец! Но не удивлюсь, что и это кровью заляпаешь, — хохотнул штабс-капитан.
— Не слушай его, — отмахнулся насмешливо от напарника Илья. — Это была его идея попрощаться. Ну и небольшое послание от Решетникова передать должны.
— Попрощаться? Со мной? — от такого откровения я даже удивился.
— Ага, завтра отбываем обратно, — кивнул жандарм. — А это тебе от Сергея Петровича, — и Федотов всучил в руку мне конверт, который я не глядя, затолкал в задний карман брюк.
Мог бы сообщение прислать на телефон. Хотя дознаватели же…
— Да ладно тебе, Захар, чего ты так удивляешься? Свои в доску же уже! Друзья почитай! Сколько мы на трупы твоих жертв насмотрелись. Кровожадный ты всё же! — веселым тоном изрёк Кочкин, обнажив зубы. — Интересно с тобой было, занятный ты, даже не верится, что простолюдин. А то в Москве тухляк порой такой, что волком выть хочется, — и мужчина протянул руку, которую я немного погодя пожал.
— Бывай, Лазарев, — подмигнул следом Федотов, хлопнув меня по плечу. — Не шали слишком сильно, иначе в следующий раз можем встретиться при других обстоятельствах.
А через несколько секунд те уже затерялись где-то в близлежащих домах.
Посмотрим, что там за послание от Решетникова. А почерк-то какой каллиграфический.
«Здрав будь, Лазарев. Рассусоливать долго не буду. Как я понял, парень ты совсем не глупый, раз многому смог научиться сам, и обо многом догадался. В благодарность за твою помощь предоставлю один совет. Перед тем как дать ответ на судьбоносное решение, хорошенько его обдумай. Будет ли оно того стоить? Но если всё-таки решишься и каким-то чудом после этого сможешь стать дворянином, то добро пожаловать в третий тайный отдел».
Ай да, Решетников! Ай да, хитрый кухаркин сын! Уже вербует, надо же. Правда, непонятно, о чем он талдычит до этого, ну и Бездна с ним. Главное, что отцепился от моего реанорского зада. Мужик он может и правильный и благородный, хоть и действует в своих интересах, но скатертью дорога, как любит говорить Ярик.
* * *
Как бы то ни было, но на праздник мы всё-таки немного опоздали, потому как стоило войти в клуб, и меня с Ритой оглушил поток поздравлений. А Борислав так вообще пошел дальше и чуть не задушил в своих медвежьих объятиях.
Людей здесь было не сказать, что и мало. Присутствовали даже непонятные личности, видимо из простых отдыхающих, которые странно косились в нашу сторону.
Но было и большинство моих знакомых. Все парни варталы, язва со своим братом, и теперь уже её новые телохранительницы Даша и Ника. Те то и дело косились и подмигивали моей персоне, но далеко от Устиновых не отходили, а также был и остальной персонал клуба, включая девочек танцовщиц, с которыми я успел познакомиться за всё моё время пребывание в клубе.
— Хитрый ты сукин сын, Лазарев! — громыхал голос Звеньева в моём ухе, который пытался перекричать играющую музыку. — Старший витязь с первым спектром. Недооценил я тебя, недооценил! Старею, — кисло скривился здоровяк и поник головой, будто не выиграл ни копейки с моей победы. — Так еще и оболтусов своих талантливых отдал. Вот ведь дурак старый!
— Каких еще талантливых оболтусов? — усмехнулся я. — Не знаю таких!
— Ааааа, точно! — проведя лапищей по своей лысине, догадался Борислав. — Эй вы, предатели, топайте сюда! — и поманил к нам рукой моих варталов, которые уже насели на пару молоденьких танцовщиц. — Показывайте своему новому шефу свои достижения.
Рядом те оказались почти мгновенно и с широкими белозубыми улыбками показали свои перстни. Перстни старших ветеранов.
Чтобы их херувимы на свои копья света вознесли! Подлецы, и ведь не сказали мне ничего! Но не зря я их муштровал все эти дни, не зря. Не посрамили доверие. Немного погодя я из них еще и духовников сделаю. Тридцати же им еще нет? Даже гордость берет за них. Как бы, не расплакаться сейчас.
— Красавцы! — похвалил я с улыбкой новоявленных ветеранов, отчего те даже приосанились. — Вовремя подсуетились, у нас как раз скоро работка намечается. Все вопросы потом! — осек я сразу любопытного Лёню, который уже открыл, было, рот. — А сейчас можете отдыхать.
И также мгновенно, как и появились, те разбежались по клубу в поисках, скорее всего, девичьих сердец или податливых тел на одну ночь.
— Что еще за работёнка? — как бы между делом спросил Борислав, хитро прищурившись, когда все присели за отдельный столик и стали цедить алкогольные напитки и коктейли.
— Скоро узнаешь, необходимо лишь всё согласовать, — отмахнулся я от любопытства аналитика, притянув к себе веселую Риту, но почти сразу на глаза мне попался кислый вид Славы и не менее понурая язва. — Маша, Вячеслав, что-то случилось?
Пару мгновений те переглядывались со Звеньевым и, дождавшись его одобрительного кивка, Машу вдруг прорвало. Но, как и полагается дочери главы клана, та коснулась артефактных часов, и нас окружил полог тишины:
— Нас отец высылает в Красноярск! — обижено рыкнула она, зло покосившись на Борислава.
— И меня за компанию… — хмуро выдал Слава.
— Для чего? — заинтересовано отозвался я, поцеживая коктейль.
— Мы с Жорой обсудили многое, — начал вновь говорить Борислав. — У клана сейчас бурный рост, проверяем людей и набираем воителей. Попадаются даже слабенькие маги и сильные ведуны, но этой бурной деятельностью и растущей репутацией мы решили воспользоваться иначе.
— Филиал, — заключил грустно Слава. — В Красноярске. И этим будем заниматься я и Маша.
— Я не хочу, но решила переосмыслить своё нынешнее… ветреное поведение и характер. Поэтому поеду, — честно призналась она, выдавив из себя эти слова, искоса поглядывая на лучащуюся довольством в моих объятиях Риту.
У меня от такого откровения даже дыхание спёрло. Надо же, процесс перевоспитания даёт свои плоды.
— Не огорчайтесь, — и улыбнулся радушно Устиновым. — Я тоже скоро покину город, — стоило мне это сказать, как регацца у меня в руках напряглась и бросила в мою сторону тревожный взгляд, ведь ей я ничего еще не сказал. — Поэтому предлагаю выпить за дальнейший рост!
— За рост! — звякнули бокалы, а несколько любопытных и изумленных глаз воззрились на меня.
— Тогда предлагаю оттянуться как в последний раз! — завопил радостно Слава, под рёв ритмичной музыки.
И несколько громких, но разгоряченных и подвыпивших голосов ему лишь в этом потворствовали.
Первые два часа мой организм стойко справлялся с алкоголем, но потом в дело вступили бывшие варталы, и когда увидели, что я вполне трезв, намешали какой-то зубодробительной и убойной дряни.