Олимпиец. Том IV

Первый Дар.
Артефакт, который позволит новому Императору использовать все Двенадцать Символов на полную мощность. Носитель сливал их воедино, а не просто позволял переключаться между ними. Больше, чем «Омега» умноженный на двенадцать, это мощь, которая ставила тебя на одну ступеньку с богами. Если бы Император в моем видение носил Корону, то четверка Олимпийцев не отделалось бы парой царапин.
Это была бы бойня насмерть.
— Корона нашла себе достойного носителя! — Зевс поднял Первый Дар высоко в воздух. — ЭЛЛИНЫ! Приветствуйте своего нового Императора…
Я заметил шагнувшего вперед отца и улыбнулся. Не самый простой путь, но дело сделано. Моя победа в Олимпийских Играх обеспечила отцу место Императора. Семья Лекс в безопасности, а Гордиан получил то, о чем так долго мечтал.
Словно почувствовал приближение отца корона засияла ярче солнца, а затем…
Затем опустилась на голову сидевшего на троне мужчины.
— КАСТОР РЕКС!
Время будто остановилось. Я словно видел происходящее словно в замедленной съемке и через очень плохую камеру.
Череда картинок.
Каменное лицо отца, победный лик Громовержца, в глазах которого одна за другой гонялись молнии, и довольная ухмылка Кастора.
Победная ухмылка Кастора.
А затем до меня донеслись его слова.
— Гордиан Лекс! За государственную измену и убийство Императора ты проговариваешься к смерти! Стража, увести его!
Отец не сопротивлялся, когда его окружили гвардейцы. Не сопротивлялся, когда они прижали его к полу и нацепили наручники. Не сопротивлялся, когда те потащили его к выходу. Казалось, от потрясения он потерял волю к жизни.
Но я на него не смотрел. Все мое внимание приковал толстоватый мужчина, который с усмешкой расположился на каменном троне. Я смотрел только на него, на его лицо.
И потому, когда наши взгляды пересеклись, я без труда сумел уловить два сказанных мне слова.
— Ты. Следующий.
 
Конец