Принц для наследницы
Не перекладывать же проблемы на плечи хрупкой девушки! Да я сам себя уважать перестану, что уж говорить об окружающих.
В общем, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и натыкаюсь на заинтересованный взгляд Ефима Николаевича.
— Доброе, — киваю, улыбаясь, и направляюсь к пожилому мужчине. Руку протягиваю, а он в ответ пожимает.
Вроде спокоен, по крайней мере, на лице следов агрессии или недовольства пока не наблюдаю. Конечно, он может быть величайшим и талантливым актером, только вот сдается мне, не просто так мужчина меня остановил. Еще и кивает в сторону столовой, вроде как на завтрак приглашая.
— Разговор есть, — добавляет Ефим Николаевич, когда я открываю было рот, чтобы отказаться, сославшись на дела. — Я надолго не задержу, — поясняет и первым двигается в сторону столовой, предоставляя мне право выбора.
Можно и проигнорировать, но любопытство берет верх.
Но даже не оно сейчас главное. Дело в том, что старик мне симпатичен. Настоящий мужик — стальной стержень в нем виден за версту. Я знаю, что он управляет какой-то крупной компанией, а в мире больших денег слабаки не выживают. Сопли дед Лии развозить точно не станет — все претензии выскажет в лицо. Четко и по полочкам.
Только мне все больше кажется, что не в претензиях сейчас дело.
— Ладно, послушаем, — бухчу себе под нос, направляясь за мужчиной следом.
Не съест же он меня, в самом-то деле. Да и что за мысли негативные в голову лезут с утра пораньше! Какого хрена я накручиваю себя на ровном месте?
“Потому что впервые в жизни общаюсь с родителем девушки!”
А ведь и вправду — впервые. До этого момента ни разу.
Да и не ночевал никогда с чужими предками под одной крышей. Да и чего душой кривить — просто так, без секса, с девушкой ночь тоже не проводил.
Лия приворожила. Ведьма, самая настоящая. А дед похож на Дьявола во плоти — такой же властный и сердитый. Прямо как настоящий правитель нечисти!
— Я не знаю, насколько у вас серьезно, — начинает аккуратно Ефим Николаевич, когда я усаживаюсь на один из свободных стульев. — Лезть не буду, думаю, сами разберетесь.
— Серьезно, — перебиваю старика, так как врать нет смысла. Вижу, что расслабляется мой спутник, поэтому добавляю: — По крайней мере, с моей стороны. Вы извините, вчера день был суматошный, поэтому вырубился и заснул…
— Ради Бога, — машет рукой мужчина и даже легонько усмехается, пока домработница ставит передо мной чашку с дымящимся кофе. — Дело молодое.
— Я не собираюсь Лию обижать, но она пока мне не доверяет, — откровенничаю, возможно, дед все-таки вразумит свою строптивую внучку, что я не так уж и плох, как она обо мне думает.
В любом случае, мужская солидарность в лице деда мне точно не помешает. Мало ли, вдруг еще разочек придется здесь ночевать.
— Вся в меня, — Ефим Николаевич расплывается в улыбке. — Она поверит, дай ей немного времени разобраться.
Пауза. Молчаливая и слишком многозначительная. Я, честно говоря, немного не в своей тарелке себя чувствую на чужой территории. А старик, кажется, просто изучает меня, оттягивая время.
— Так о чем вы хотели со мной поговорить? — я все-таки не выдерживаю первым, делая очередной глоток кофе.
— Лия — все, что у меня есть в этой жизни, — старик печально вздыхает, и даже по голосу слышно, как тяжело даются ему слова. — Как и ее мать была единственным ребенком в нашей семье. Жена давно умерла, дочь с зятем погибли, и мы остались с Лиечкой вдвоем. Только я и она.
По голосу слышно, как безумно дед любит свою внучку, и как до сих пор скорбит о потере дочери. Мне не понять, так как и мои родители, и дед с бабулей живы, но я верю, что это очень больно.
Он один воспитывал Лию. Милую, скромную, местами строптивую и даже упрямую, но очень порядочную, честную и прекрасную девушку.
Опять меня на ванильно-розовые сравнения потянуло. Да что за черт — никогда раньше такой фигней не страдал. А теперь вот второй день кряду меня тянет не в ту степь.
“В ту!” — шепчет внутренний голос, а я даже сопротивляться не собираюсь. Ему-то виднее, только вот готов ли я?
“Готов!” — тут же снова этот противный голос оживает в голове, и я даже усмехаюсь мысленно, как слышу голос Ефима Николаевича:
— Денис, я хочу тебя кое о чем попросить, — пауза, и наши взгляды встречаются. — Только так, чтобы Лия не знала о нашем разговоре.
А вот это уже не просто интересно.
Что-то скрывает старик…
Глава 25— Обещаю, — киваю в подтверждение своих слов и делаю глоток кофе, чтобы хоть чашкой руки свои занять. Не дрожат, конечно же, но как-то внезапно звучит странное признание моего утреннего спутника. — Можете на меня положиться.
— У меня проблемы с сердцем, — откидывается старик на спинку стула. — Очень серьезные, хоть я и хорохорюсь.
— Может, все-таки стоит послушать врачей? — приподнимаю одну бровь, все так же держа чашку в руке. — Отдохнуть, подлечиться…
— На том свете отдохну! — выдает Ефим Николаевич, махнув рукой.
Блин, ну вылитый мой дед! Один в один. Даже фразочки у них одинаковые — мой тоже вечно грозится отдохнуть на том свете, когда либо я, либо отец напоминаем ему о его же здоровье. Не мальчик ведь, давно пора книжки умные на пенсии читать, сидя в кресле-качалке возле камина. Хотя это точно не про моего деда — любитель поворчать, что хочет только внуков понянчить. Точнее, правнуков.
Вот тогда готов и на пенсию, и к камину, и даже книжки детские малышам читать, оставив весь бизнес на мне!
Как же достал со своими правнуками, кто бы только знал!
И каждый раз одно и то же!
— Так о чем вы поговорить-то хотели? — снова аккуратно перевожу разговор в нужное русло, а то как бы строптивая блондинка не проснулась раньше времени.
Отдувайся потом, почему сбежал с утра пораньше. И ведь не поверит же, что дела. Самые настоящие. И не терпящие отлагательств, точнее, моего отсутствия.
Даже не подозревает моя спящая красавица, как бы я хотел сейчас остаться с ней рядом. Разбудить утренним поцелуем, возможно даже принять вместе душ, а после…
— Если со мной что-то случится… — выводит меня старик из раздумий, а я резко перебиваю:
— Ефим Николаевич!
Не дает мне закончить, выставляя руку вперед, тем самым предлагая мне заткнуться. Зубы скрипят, так хочется пару ласковых ответить этому красавцу.
— Если со мной, — мужчина произносит с небольшим нажимом, наблюдая, как у меня уже челюсти судорогой сводит от перенапряжения. — Что-то случится, — снова делает паузу, хотя я тоже снова готов его перебить. — Присмотри за ней.
— В смысле?