Соблазненная тьмой. Гувернантка для демона-2

— Исчезни… Ну, пожалуйста! Ты — не для меня! — шептала я.
Внезапно брошь вновь воспарила над столом и направилась прямиком к…
О, нет!
Воцарилась зловещая тишина, — все с ужасом уставились на Вайолет Роулэнд — стрекоза застыла на её плече.
 
* * *
Адриан де Мортен сжал в кулаке лист бумаги — пергамент вспыхнул, опадая на пол горячим пеплом.
Сэр Карлайл нервно сглотнул. И кто год назад сказал ему, что работа секретарём самого канцлера принесёт почёт и уважение? Думал, будет купаться в роскоши…как же! Пока он лишь захлёбывался собственным страхом, в шаге от увольнения.
— Я так понимаю, требуется составить отказ на прошение профсоюза фей? — робко уточнил он.
— Нет.
— Но вы же…я так понял, что, — секретарь, дрожа от страха, указал взглядом на испачканный пеплом белоснежный ковёр.
— Внеси в повестку, — спокойно произнёс де Мортен. — Можешь идти.
— Будет исполнено, — вздохнув с облегчением, сэр Карлайл попятился к дверям.
Если его светлость канцлер не в духе — не стоит лишний раз попадаться ему на глаза. А его светлость явно не в духе, так что…
Дверь бесшумно закрылась.
Демон откинулся на спинку кресла и задумчиво оглядел горы документов. Стол он сменил в первый же день своего вступления в должность. Предшественник отличался специфическим чувством юмора и определёнными взглядами, касающихся законов относительно этнических меньшинств магических рас. Резные ножки стола изображали гномов, склоняющих колени. Адриан не разделял подобные взгляды, и предмет гордости прежнего канцлера был немилосердно сожжён.
Что касается веры высшего общества в собственную исключительность — это лишь капля в море! Многим советникам покойного императора пришлась не по душе новая политика — молодой правитель вернул из резервации магические народы, предоставив гражданские права наравне с другими жителями страны.
Адриан де Мортен был лучшим другом императора и преданным соратником. Они бок обок трудились на благо собственной страны, желая видеть её прогрессивной и процветающей. Никогда за долгие годы между ними не было ссор и недомолвок. Никогда. До вчерашнего дня.
После появления малышки Эми, жизнь канцлера стала напоминать цирк. Она …в буквальном смысле свалилась ему на голову! И хаос продолжается. Жнец смерти — пустяк, то ли ещё будет.
Поглощая чужие эмоции, демон разбирался в человеческих страстях, а потому считал, что сам подобным не подвержен… Вчера впервые случилось нечто странное, нечто такое, что всерьёз заставило насторожиться.
Демон отправил стрекозу для Эмильрин — не смог отказать себе в удовольствии насладиться смущением девушки, а заодно и щёлкнуть по носу любимую тётушку. Он надеялся, что это навсегда отобьёт у любящей родственницы охоту решать за племянника его личные, сердечные дела.
Неожиданно для него самого, лауритовое сокровище упорхнуло к леди Роулэнд — возлюбленной императора. Взгляд Киарана был красноречивее любых слов — они с Вайолет покинули ужин.
Но вовсе не данное обстоятельство заставило де Мортена нахмуриться — Адриан почувствовал магию. Чужую, по силе сравнимую с его собственной. Мощные чары перебили заклятие полу-демона — есть над чем задуматься…
Кто это был? Он знал почти всех гостей — почтенные пожилые джентльмены, их супруги и дочери — стайка юных пустоголовых леди. Если бы кто-то из них обладал хотя бы частью таких возможностей — ему бы это было известно.
Эмильрин Лоури? Она была испугана и смущена, а её магия настолько необычна, что, возможно…
Нет. Не может быть — он вспомнил удивлённое, хорошенькое личико девушки и улыбнулся. Мисс Лоури хоть и вносила в его жизнь настоящий хаос последнее время, но она не виновата — он уверен в этом.
Здесь явно постарался кто-то другой. Настолько могущественный, что посмел бросить вызов самому канцлеру. Кто из приглашённых гостей затеял с ним опасную игру?
— Ваша светлость, к вам посетитель.
Сэр Карлайл уже добрых пару минут топтался на пороге. Секретарь никогда бы не осмелился доложить о простом визитёре, но…
— Кто? — коротко спросил Адриан.
— Её высочество, принцесса Октавия, — выдохнул Карлайл. — Ожидает в приёмной.
Дочь покойного императора, мать Киарана редко выезжала из дворца. После смерти мужа она посвятила себя воспитанию единственного сына и фактически стала приёмной матерью самого Адриана.
— Пригласи немедленно!
Он никогда не видел свою собственную родную матушку. Отец отказывался рассказывать о той, кто родила его на свет. Адриан знал только имя — Равэльен.
— Мальчик мой! Давно мы с тобой не виделись.
В кабинет вошла величественная дама. Придворные лекари блестяще справлялись со следами увядания вдовствующей принцессы. Гладкая кожа (ни единой морщинки), золотистые волосы, тонкая талия. Платье из тёмно-синего шёлка с серебристой вышивкой сидело безупречно — впрочем, как и всегда.
Отбросив церемонии, принцесса Октавия заключила канцлера в объятия. Тот нагнулся, подставляя щёки для поцелуев.
— Мы обедали в вашем саду в прошлом месяце, — напомнил он, улыбаясь.
— Правда? Ах, да…но я всё равно скучаю. Его величество вижу ещё реже чем тебя, мой дорогой Адриан.
— Что-то случилось?
— Тебя невозможно провести, — улыбка стала печальной. — Всё так же безошибочно угадываешь мысли.
Безусловно, дело в Вайолет, вернее в императоре и его безграничной любви к фаворитке. Но её высочество зря волнуется, Киаран никогда не вступит в морганатический брак. Он — истинный правитель — а значит, заключит союз с принцессой дружественной страны, как и положено.
— Я так понимаю, вас влекла сюда материнская забота. Но спешу заверить — повода для беспокойства нет. Его величество достаточно благоразумен. Связь с леди Роулэнд прекратится после его свадьбы, а пока он наслаждается свободой.
Даже если бы Киаран вдруг потерял голову от любви и решил жениться на своей фаворитке с сомнительной репутацией, Адриан не стал бы лезть с советами к другу.
— Дело вовсе не в этом, — туманно пояснила принцесса Окатавия, — Вернее, не совсем в этом, если мы…если ты не…
Стоявший на столе кристалл вспыхнул зелёным цветом. Адриан протянул руку, дотронулся до пульсирующего артефакта — в голове раздался голос Рэнджимина.
— Простите ваше высочество, важное сообщение, — канцлер вынужден был отвлечься на донесение.
— Ничего страшного, перенесём разговор, — принцесса неожиданно встала. — Побеседуем чуть позже без лишних ушей.
Адриан поклонился.
— В конце недели я жду тебя на ужин, сможешь приехать? — уже возле двери её высочество обернулась и с надеждой посмотрела на канцлера.