По встречной

Влад повернулся к дочке.
— Принцесса, а где твоя куртка?
— Сейчас надену! Я сама!
Владюша принялась натягивать розовое пальто на флисе, а я взяла сумку с документами и ключи.
Лифт спустил нас троих на первый этаж.
На улице действительно похолодало. Солнце не грело, а противный ветер дул в лицо, заставляя морщиться от его ударов.
Мы с дочкой забрались в машину, и Влад включил сплит-систему на обогрев.
— Сейчас потеплеет, — пообещал он.
— А почему ты с нами не живешь? — вдруг выпалила Влада. — Папы ведь должны жить со своими детьми?
Я смутилась.
Залесский поймал ее взгляд в зеркале и помрачнел.
— Конечно, должны.
— Влада, так сложилось. Не приставай с глупостями, — испуганно заговорила я.
— К сожалению, мама права, — суровые брови Залесского сошлись на переносице. — Так сложилось, и это неправильно.
— И мы никогда не будем жить вместе?
— Дай нам с твоей мамой немного времени, чтобы освоиться в новых обстоятельствах, ладно? — подмигнул ей он.
— Ладно.
Маленькое личико тут же стало несчастным. Владюша уставилась в окно и всю дорогу молчала. Ее вопрос поставил нас, взрослых, в неловкое положение, и мы тоже молчали.
Современный медицинский центр встретил нас стерильной чистотой. Приветливый персонал, никакой очереди. Нам улыбались, помогали снять верхнюю одежду. Влад усадил дочку на кожаный диванчик в холле и ловко надел на маленькие ножки бахилы.
Я села рядом.
— Они некрасивые! Можно, я их сниму? — капризничала дочка.
— Нет, нельзя. Без бахил тебя не пустят, — Влад строго покачал головой. Раскрыл вторую капсулу с бахилами и протянул мне.
— Вот, держи.
— Спасибо! — поблагодарила его я.
Доктор ждал нас в своем кабинете.
— Владислав Арсеньевич! Рад встрече!
Они с Владом пожали друг другу руки, и взгляд хирурга с интересом заскользил по мне и дочке.
— Выглядите вы, Катерина, намного лучше, чем в нашу первую встречу. И блеск в глазах появился, и ребенок в порядке. Ну, показывайте свою руку.
Я села на кушетку и осторожно потянула вверх рукав вязаного платья.
— Рана глубокая, я еще ночью это заметил. Чем вы так порезались?
Перед глазами всплыл вечер в ресторане Артура, и я нахмурилась.
— Осколок стекла неудачно отлетел. А мне работать надо. Я массажист.
— Нет, Катя, пока работать не получится. Руке нужен покой. Вам повезло, что сухожилие не задело.
— Как, не получится?.. Может, есть какие-нибудь лекарства?
— Рана глубокая. Пока не заживет, рука должна быть в покое. Я выпишу вам больничный лист на неделю, а потом посмотрим.
— Но, как же?.. На что мы с дочкой будем жить, если я не выйду на работу?
— Работодатель будет обязан оплатить больничный. Поймите вы, начнете работать сейчас — сделаете руке только хуже.
Он прописал мне антибиотики, какую-то мазь и попросил прийти через неделю на новый осмотр.
Я очень расстроилась.
— Катюша, не переживай, — успокаивал меня Влад. — Ты даже не заметишь, как пролетит время. Считай, что у тебя отпуск. Ты когда в последний раз отпуск брала?
— Когда Влада родилась, я взяла три месяца, чтобы быть рядом с ней. Потом вышла на работу, и все.
На суровом лице отразилось удивление.
— За пять лет ты ни разу не брала отпуск?!
— Деньги на дороге не валяются! Я собирала средства на переезд в другую страну. Отдыхать было некогда… А теперь, когда до переезда остался один шаг, все встало!
Влад помог мне надеть пальто и сам застегнул пуговицы.
— А может, так надо, Катя? — мягко произнес он. — Ты об этом не думала? Может, надо остановиться, передохнуть и взвесить все обстоятельства?
— Такой отдых будет слишком дорого стоить!
— Сбавь обороты. Поехали лучше в торговый центр, купим Владе зимние вещи.
— Как у тебя все просто…
— Это потому, что я не бегу от себя.
Он подмигнул мне и открыл дверь, выпуская нас с дочкой на улицу.
    
Глава 19. Катерина
Торговый центр, в который нас привез Влад, был самым крупным в городе. Глаза разбегались от сверкающих стеклянных витрин, мрамора и обилия товаров.
У дочки тут же появился принц для ее кукол, еще один сервиз для игр, новенькое зимнее пальто, сапожки на меху и целый ворох обновок. Ее восторгу не было предела. Она крепко держала Влада за руку, и в карих глазках светилось счастье.
«Вот что значит, папа», — подумала я. Стало грустно от того, что все сложилось так неправильно.
Влад притормозил у парфюмерного магазина.
— Подождите меня здесь, — он указал нам на диванчик в холле и скрылся в магазине.
Мы с дочкой устроились на диване.
— Мам, как думаешь, что папа там делает? — с интересом вытягивала шею она.
— Не знаю. Наверное, что-то забыл купить, — я пожала плечами.
«Духи для своей любимой. Надо же как-то сгладить момент с фонтаном и появлением в его жизни ребенка», — упрямо твердило подсознание.
Через пять минут Влад вышел обратно. У него в руках был небольшой розовый пакет.
— Это тебе. Надеюсь, поднимет настроение.
Я растерялась. Взяла пакет и осторожно заглянула внутрь. Там лежала коробка дорогих духов из последней коллекции.
— С новыми духами ты будешь пахнуть, как настоящая леди, мама! — восхищенно всплеснула руками дочка. — Правда же, папа?
— Правда, — лукаво посматривая на меня, согласился Залесский.
В карих глазах мелькал неподдельный мужской интерес, и мне нравился этот взгляд. Он нравился мне против воли, и я ничего не могла с собой поделать.
«Смогу ли я соперничать с его Олей из фонтана? Я не люблю соперничать. И разбивать чужие отношения тоже не мое, — кружились досадные мысли. — Но того, что случилось пять лет назад, не изменить…»
— Мы с Владой подумали и решили пригласить тебя в ресторан, — прервал мои мысли Залесский.
Владюша довольно улыбнулась и закивала.
— Пойдем, мам?
— Пойдем. Дома на обед все равно ничего не приготовлено.
В уютном ресторанчике нас окружили приветливые официанты, и вскоре Влада наслаждалась любимой картошкой «фри» и курицей в панировке, а мы заказали отбивную с запеченными овощами.