Эллина. Огонь моей души.

Найти работу оказалось очень проблематично.
— Эллиночка, если не можешь найти работу, я поговорю с главным руководством. Возможно тебе разрешат остаться тут пока не найдешь работу. Жаль только без разрешения оставить тебя тут не могу, проверки эти чертовы. Комиссия может в любой день приехать без предупреждения.
— Не волнуйтесь, я найду работу. Вот только поем и пойду искать.
Я соскользнула со стула и направилась к раздаче. Каждое утро понедельника встретило нас вкусной рисовой кашей. В приюте я терпеть не могла кашу, тут же она была очень вкусной и ароматной.
— Лилия Михайловна, можно мне двойную порцию каши? Она у Вас такая вкусная, — промурлыкала я, строя миленькое личико: надула губки бантиком, приподняла бровки домиком и сделала очень грустные глаза.
— Эллина, прекращай... Ты мне уже четыре года каждое утро понедельника глазки строишь. Бери свою кашу.
Схватив тарелку, вернулась за стол.
— Эллина, мне надо с тобой поговорить без посторонних глаз и ушей. Зайди в мой кабинет сегодня вечером, — тихо прошептала воспитательница.
— А о чем поговорить? — так же тихо поинтересовалась я.
— Я же сказала. Без лишних глаз и ушей, — прошептала она.
Я тяжело вздохнула. Любопытство скребло как кошка, не давая сосредоточится. Прямо сейчас бы побежала в ее кабинет, но через тридцать минут очередное собеседование. Потом еще одно, и еще одно...
— Часиков в семь вечера могу заглянуть. У меня сегодня несколько собеседований и все в разных частях города.
— Хорошо буду ждать тебя у себя вечером, — тихо проговорила она. И добавила уже громче, не мне. — Ребята вы уже покушали?
Дождавшись редких кивков продолжила.
— Вы помните, что у старшей группы выпускной в конце недели? От вас требуется помощь, — она широко улыбнулась, в глазах загорелся огонек предвкушения не суливший ничего хорошего. Головы воспитанников сразу вжались в плечи, ожидая расправы.
— Объявляю операцию «Желтые одуванчики», — глаза ребят в этот момент можно было сравнить с чайными блюдцами. — Берете перчатки, мусорные пакеты и идете убирать все одуванчики с территории. Только траву сильно не топчите, нам нужен красивый газон.
— Но... — возразил кто—то из толпы.
— Никаких «Но...» Взяли инвентарь и за работу.
Меня от участи выдирать одуванчики спасло собеседование. Быстро выпив чай, отправилась искать работу.
 
Глава 1.2.
***
Весь день я ездила из одного конца города в другой. Периодически опаздывая на собеседование, что еще сильнее портило впечатление работодателей. Причины отказов были разнообразные и в тот же момент похожие:
«Уйдешь в декрет, нам опять работника искать. Не подходишь»
«Нет стажа работы»
«Нет опыта работы»
«Нам не выгодно учить молодежь, выйдите замуж и сбежите».
И все в таком роде. К концу дня ноги горели, организм требовал еды и отдыха, а еще тишины... Желание завалиться на кровать и проспать до самого обеда сводило с ума.
Рабочий день закончился и все спешили домой. Маршрутки вновь походили на консервные банки. Я успела присесть на место возле окна, это сохранило мои ноги и давно не новую обувь. Улицы города заполнились машинами до отказа. Если посмотреть на город с высоты птичьего полета можно увидеть лабиринт из домов и медленных улиток. Путь на маршрутке до интерната из центра города занимал минут тридцать. Сейчас же, мы еле двигались. Ползли целый час, а впереди еще больше половины пути. Пешком было бы быстрее, но уставшие за день беготни ноги не хотели больше двигаться, как и все тело. Спустя некоторое время я провалилась в дрему.
Я видела красочный сон. Мне снилось широкое поле, усеянное желтыми и красными цветами. Желтые не могли похвастаться большими бутонами, но их было много. Красные же обладали огромными цветками, как у красных маков, но отличались формой лепестков. Они больше напоминали лилии. Их было мало, поэтому они сразу бросались в глаза на этом желтом покрывале. Тонкий аромат цветов щекотал давно испорченный выхлопными газами нос.
Вдали виднелась река. Редкие деревья шуршали зеленой листвой и тихо поскрипывали стволами. Воздух был чистым и свежим.
Все было знакомым и родным. Сердце защемило от непонятной тоски. Я хочу остаться тут. Подсознание говорило — это сон, но мне не хотелось просыпаться.
Теплые лучи солнца ласкали открытые плечи и руки. Я стояла на стволе поваленного дерева, вглядываясь вдаль. Воздушное кремовое платье трепетало от легкого прохладного ветерка, я не замечала его. Я все так же всматривалась в окружающий меня мир, такой родной, но далекий. Искала, не знаю, что, но искала. Приподнявшись на цыпочки, вновь осмотрела пространство.
Широкая река бурлила недалеко, за ней распростерся голубой лес. Я не сразу заметила его. Он вырос за мгновенье. Его не было и вот он есть. В памяти всплыли воспоминания. Там под ближайшими деревьями от реки спеет сладкая ягода, а если зайти вглубь леса, найдешь маленьких родник с чистой пресной водой, но я искала не его. Мне нужно было к реке. Меня тянуло туда как магнитом. Наслаждаясь теплом и очарованием окружающей природы, спрыгнула на мягкую траву, пошла к реке. Сделала несколько шагов и замерла в нерешительности.
Я стояла на берегу, а передо мной развернулась развилка широкой реки. Окруженный с двух сторон бурлящими водами, возвышался высокий особняк. Он не вписывался в окружающую его природу. Деревянный, резной забор покосился. В некоторых местах пролеты отсутствовали вовсе. Огромный сад давно зарос, плодовые деревья в окружении красных цветов смотрелись впечатляюще. Желтых цветов тут почти не было. Ближе к дому стоял еще один забор из кованых резных прутьев. Он остался неизменным, если не считать выгоревшую от солнца краску. Белые стены дома, покрылись слоем пыли и сеткой мелких трещин. Крыша покосилась, но все еще была целой.
Мне захотелось оказаться там. Успела сделать шаг, когда ветер принес еле различимый женский голос — «Еще рано».
Проснулась.
***
Я вовремя открыла глаза, маршрутка подъезжала к нужной остановке. Быстро поднялась с места, протиснулась ближе к выходу. В этот раз мои ноги были не так удачливы, по ним словно бульдозер проехал. Несколько раз. День явно не мой, и я даже не сразу обратила внимание, что впервые за шесть лет мне приснился нормальный сон. В набитой до хруста костей маршрутке не только сон забудешь, а и имя собственное не вспомнишь, пока доберешься до дверей.
Выскочив на остановку, вздохнула полной грудью. Хотелось сказать чистый воздух, но не в нашем случае. Выхлопные газы даже на окраинах города были сильными. От глубокого вздоха я закашлялась, а из глаз брызнули слезы. Кое—как приведя дыхание в порядок, поправила помявшуюся одежду и направилась в интернат. Уже на подходе к комнате вспомнила о разговоре с Марией Андреевной. Поэтому, сразу направилась в ее кабинет.