Гувернантка для монстра

– Спасибо за приглашения, – сухо поблагодарила я и протянула кусочки картона обратно, – но без отца Лючине будет неудобно веселиться на празднике.
Лицо малявки, забывшей, что нужно прятаться, и выглянувшей из-за меня, вытянулось от огорчения. Было видно, как ей хочется пойти на праздник. Я даже подумала, что отдам свой пригласительный мсье Милфорду. А сама останусь дома.
В конце концов, я была на многих праздниках и даже на балах в королевском дворце. А вот Лючина и Найджел заслужили возможности повеселиться.
Но мадам Розетта взяла меня под локоть, притянув очень близко к себе, и зашептала:
– Вы должны понимать, если я дам пригласительный чёрному колдуну, или кем он там является, меня саму больше никуда не позовут. Благодаря вам, дочь лесничего готовы принимать в домах Греноя. Дайте всем время привыкнуть. А там, глядишь, и мсье Милфорда переведут в обычного человека и перестанут бояться. Не стоит всё портить спешкой.
Мадам Розетта уже покинула магазин. А я всё стояла и смотрела на красивый кусочек картона у меня в руках.
– Ты хочешь пойти? – спросила Лючину.
Ну конечно, хочет. Она же никогда не видела подобных праздников. Малявка закивала, демонстрируя своё желание. И, немного подумав, сказала:
– Ты зря расстраиваешься из-за папы. Он не пойдёт, даже если его пригласят. Мой папа не любит праздники…
В словах девочки было рациональное зерно. Мсье Милфорд не выказывал особой любви к новогодним праздникам. И даже ёлку я его вынудила принести чуть ли не шантажом.
– Хорошо, мы пойдём на праздник, – решила я, если твой папа не будет против.
От радостного вопля Лючины я поморщилась. Похоже, малявка считает это делом решённым. Может, мсье Милфорд и не расстроится из-за отсутствия приглашения. Может, я зря за него переживаю.
В конце концов, меня ведь об этом никто не просил.
Мы выбрали гирлянду для нашей ёлки и отправились домой. Всю обратную дорогу Лючина перебирала вслух свои наряды и решала, что же наденет.
Отсутствие опыта заставляло её сомневаться и постоянно спрашивать моего совета.
– Давай дома ещё раз померим твои наряды и тогда выберем, – решила я. – До праздника – целая неделя. Даже если ничего не подойдёт, можно будет купить новое платье.
Сказала и усмехнулась. Мсье Милфорд прав, я его разорю, так и не став женой.
Лючи не ошиблась. Её отец к известию о приглашении нас двоих на праздник отнёсся весьма спокойно. Даже не поинтересовался, почему не зовут его.
Он вообще стал слишком спокоен. Разговаривал со мной приветливо и ровно. Не пытался коснуться, снова позвать замуж, или убедить принять его первое предложение.
И это всё ужасно раздражало.
То обнимается по поводу и без, лезет целоваться, а то вообще не смотрит. Прямо-таки игнорирует.
Вот и как этих мужчин прикажете понимать?
И теперь мне хотелось не сбежать, а наоборот – постоянно попадаться ему на глаза. Раздражать своим присутствием. Ну или своими поступками.
Разрешение привести дом в порядок я восприняла буквально. Наняла целый штат временной прислуги, которая за два дня вычистила до блеска все комнаты, коридоры и лестницы. А потом снова вызвала мсье Дэни и договорилась о продолжении ремонта.
Знаю, что это нелогично, и нужно было действовать наоборот. Я ожидала, что мсье Милфорд укажет на мою ошибку, сделает замечание, хоть как-то заметит. Но он только кивнул, выдал мне ещё денег и поспешил уйти.
Найджел теперь стал вообще часто уходить из дома. Иногда его не было по несколько часов в день, иногда приходилось ждать до позднего вечера. Я оставляла ему на столе ужин. Делала вид, что ложусь спать, а сама караулила у окна и слушала шаги на лестнице.
В общем, мсье Милфорд раздражал меня изо всех сил.
Зато Лючина радовала. Она втянулась в обновление дома. Мы с ней выписали кучу каталогов с мебелью и тканями и выбирали.
Платье для праздника мы тоже выбрали. Причём сразу же. То самое, серебристо-серое, расшитое по подолу зимним узором, и с отороченным мехом воротником.
В нём Лючи была как юная аллегория зимы.
– Уверена, мальчики будут в восторге от такой очаровательной леди, – выдала я свой вердикт. Малявка покраснела и убежала.
А я усмехнулась. Все мы женщины одинаковы, и возраст тут не при чём. Стараемся понравиться мужчинам, которые заняты какими-то своими очень важными делами. И на нас совсем не смотрят.
Ну разумеется, я не о себе.
Вот как раз я нисколечко не пыталась никому понравиться. И платья носила самые обыкновенные. Хорошо, что других у меня не было. Это помогало легко преодолевать соблазн быть красивой для кого-то, кто на тебя не обращает внимание.
На вопрос Лючи, в чём я пойду на праздник, пожала плечами. Подберу какое-нибудь не слишком тёмное платье.
– Это неважно, – щёлкнула малявку по носу, – главное, чтобы ты всех затмила своей красотой.
– Но как же… – Лючи попыталась возражать, но я не позволила.
– Я всего лишь – твоя гувернантка, – перебила её, – моя задача – привести на праздник тебя и проследить, чтобы ты хорошенько повеселилась.
О том, что мсье Милфорд слышал наш разговор, я догадалась только, когда он вошёл в гостиную. Теперь почти всё время мы с малявкой проводили здесь, возле нашей ёлки.
– У вас нет платья для праздника, мисс Крунс? – поинтересовался он таким тоном, словно спрашивал о погоде на завтра.
– О, уверяю вас, мсье Милфод, у меня достаточно платьев, – ответила ему в тон и вернулась к уроку, от которого Лючина всё время меня отвлекала.
– Я вас понял, мисс Крунс, – кивнул Найджел и удалился.
Вот и что ему надо? То пропадает неизвестно где, то теперь подслушивает девчоночьи разговоры. Чего ему сдалось моё платье? Точнее его отсутствие. Какая мсье Милфорду разница, в чём я пойду?
Его там всё равно не будет.
– Лючи, прекрати крутиться и читай, – выплеснула я на малявку своё раздражение.
А сама смотрела вслед мсье Милфорду. Вот и кто поймёт этих мужчин?
    
Глава 27
Вечером, накануне праздника, я перебрала свой нехитрый гардероб и выбрала строгое чёрное платье с отложным белым воротничком. Пойду в нём. Так не буду слишком бросаться в глаза, и всем сразу станет ясно, что я гувернантка при мисс Милфорд.
Идеальный вариант.
Возможно, где-то в глубине души мне и хотелось повеселиться, вспомнить беззаботные дни своей юности, когда ещё не пришлось бежать из-под венца, спасая свою жизнь и свободу. Но это желание легко пряталось под грузом ответственности и осознания, что я стала не на несколько месяцев, а словно бы на целую жизнь взрослее.