Любви моей волшебство

– Он предложил сделку Гилании. Азар выпустит одну из нас из мира фей, откроет проход через мир демонов… И эта фея найдет древний амулет тьмы, отдаст его Азару. И тогда взамен он… освободит нас.
– Что?
– Гиланию поддержали семнадцать фей, Эва. Семнадцать из двадцати пяти оставшихся, – всхлипнула Лавиния. – Она верховная, мы не могли ей противостоять, только… умереть. Но нашей смелости не хватило даже на это! Струсили и подчинились. Прости…
Я прикрыла глаза, осмысливая услышанное.
– Я клянусь светом фей, что во время нашего разговора не соврала ни словом, Эва.
– Да у меня в голове не укладывается такое…
– Предательство? Мы тянули жребий, выбирая ту, что отправится на поиски амулета тьмы. Выпало мне… Прости.
Какое-то время мы молчали, а потом я спросила:
– Нашла?
– Да.
– Отдала Азару, а он не сдержал слово? – поняла я.
Лавиния подползла ближе и шепотом сообщила:
– Я сотворила подделку, Эва. Я отдала почти все свои силы, но… Если амулет, названный сердцем тьмы, наполнится силой демона, этому миру придет конец! И я… не собиралась отправляться к Азару, я почти добралась до вашего с Ривладом замка в лесу. Почти… Просто Азар оказался быстрее и сильнее, каким-то образом выследил. Отобрал поддельный амулет, запер меня здесь… Я знаю, что будет дальше. Он обнаружит подделку сегодня ночью, может, через пару часов, поэтому… возьми, – прошептала она и сквозь решетку перекатила небольшой черный кристалл на серебряной цепочке.
– Лавиния… – не зная, что сделать и сказать, просипела я.
– Послушай, иногда я вижу будущее, поэтому… Первое, что ты должна знать, – у фей есть волшебная книга, где записаны все заклинания и зелья. Она откликнется той, в ком есть истинный свет. Выберешься отсюда, просто позови, Эва, слышишь? У тебя должно получиться. Ни у кого из нас не вышло, осталась только ты…
– Но Гилания почему-то ничего мне про нее не сказала!
– Боится потерять власть.
– Да разве я на нее хоть когда-то претендовала? – устало заметила я. – Да и… Гилания помогала мне вместе с другими феями изменить пророчество, спасти Ривлада, дала зелье огненной богини…
– А какой смысл тогда был в твоей смерти? Не стало бы тебя, Азар бы пришел к власти, у фей даже не осталось бы и шанса выбраться из заточения. Гилания может видеть вероятности. Слабо, изредка, но… Впрочем, речь не об этом. Тьма шепчет, что Азар близко. Спрячь кристалл.
– Да было бы куда…
– Просто представь, что он исчезает. Потом выберешься, вытянешь ладонь, он там и окажется. Не спрашивай, долго объяснять. Это очень древняя магия, а времени у нас мало.
Я послушалась, понимая, что сил уже не осталось. Слабость накатила страшная, вокруг незаметно туманом подбиралась тьма, вытягивала свет и веру.
В решетках завыл ветер, стих…
– Эва, этот амулет не должен попасть к Азару, иначе…
– Я понимаю, – ответила тихо, догадываясь, что Лавиния его сберечь не сможет.
Слишком много тех, кто хочет у нее отобрать «сердце тьмы», и так мало тех, кто готов защитить фею.
– Когда поймешь, что сил не хватает, призови тех, кого еще нет в твоей жизни, – шепнула она. – Прощай, Эва. Не жалей меня.
Решетка вдруг исчезла, словно ее и не бывало, и я поняла, что это именно Лавиния каким-то образом ее создала.
За стеной послышался шум, фея закричала отчаянно, громко… Хохот Азара ударил меня наотмашь. Я вскочила. Не позволю ей умереть! Ни за что на свете! Нежно погладила на плече дракончика, оберег Ривлада, попросила отдать свою силу. Бриллиантовая капля, подарок моего суженого, уже растаяла. Тьма ненасытна, а здесь особенно сильна, вытянула из него свет. Исчезнет вскоре и оберег-дракончик, и все, что я могу, – только использовать его силу сейчас, чтобы спасти фею. Фею, рискнувшую всем ради этого мира.
Аметистовая магия потекла по пальцам, впиталась… Она помогла снести дверь, и я бросилась прочь из подземелья. Раз крик Лавинии стих, значит, Азар переместился в полуразрушенный зал, куда до этого перекинуло и меня. Я ворвалась туда, развеивая тьму, швырнула сгусток молний, любимого боевого оружия Ривлада, в Азара и поняла, что… опоздала. Лавиния лежала на камнях с запрокинутой головой и распахнутыми глазами.
Азар дико захохотал, бросился ко мне и… отлетел к стене. Из проемов окон появились Ривлад, Датерей, Рей и Гилл и почти бесшумно спрыгнули в зал. Встревоженный взгляд на меня, а после – слаженный удар магии в Азара. Он закрылся щитом тьмы, заметался… и исчез в открывшемся портале. Тьма, что жила здесь, откликалась на его желания, слушалась… Сколько же боли, крови и смерти случилось в этом месте, раз даже столько света не помогает!
– Эва! – Ривлад вдруг оказался рядом, прижал меня к себе так крепко, что стало больно. – Живая… Не ранена?
Покачала головой, обнимая своего дракона.
– Он ничего тебе не сделал? Не успел?
Я запрокинула голову и посмотрела в его глаза, осознавая, что Ривлад знал о побеге Азара. Знал и скрыл это от меня.
– Кому-то стоило сказать, что Азар вырвался на свободу, – тихо заметила я, опуская руки и выпутываясь из его объятий.
– Прости… – глухо попросил Ривлад. – Я так стремился тебя уберечь…
– Уберег? – мой голос казался неживым, холодным, и Ривлад вздрогнул.
Я же сделала шаг назад, оглянулась на Лавинию. Медленно подошла к ней, опустилась на колени. Именно ей я обязана тем, что жива. Пока фея билась с Азаром, Ривлад и друзья успели отыскать меня. Даже зная, что идет на смерть, Лавиния как истинная фея света до последнего защищала… верила в меня…
Сердце кольнуло болью, обожгло… Ривлад оказался рядом, обнял за плечи, ничего не говоря и не утешая. Понимал, насколько сейчас бессмысленны слова. Он просто был рядом, деля со мной горе, пытаясь хотя бы немного согреть… Золотые искры посыпались с рук, обернулись бабочками… Любовь Ривлада, находящегося за моей спиной, оказалась сильнее любой тьмы. Даже тут, в самом ее сердце…
Я провела рукой над лицом Лавинии, отпуская бабочек, мгновенно укутавших ее.
– Она мертва, – тихо сказал Датерей, не интересуясь, как здесь в принципе оказалась фея.
– Любовь – в сердце, надежда – в душу, свет – к свету, – прошептала я ритуальные слова прощания для фей.
И не знала я их вовсе, но всплыли в памяти, нашлись…
Лавиния засветилась, рассыпалась на искры… Воздух пропитался легким ароматом фиалок, которые она так любила.
И все же я ее… не уберегла.
Боль от потери с трудом давала дышать, но я поднялась, опираясь на руку Ривлада, и вдруг почувствовала, как моя сила… вернулась. А ведь на трое суток должна затихнуть… накопиться. Одно присутствие Ривлада, кажется, дает мне возможность дышать и жить дальше. Заглянула в аметистовые глаза, в которых плескалась боль. И все злые и жестокие слова во мне растаяли… Как можно упрекать моего дракона в том, что защищает? Шагнула ближе, оказалась в его объятьях. Таких надежных, родных…