Сэм
Пит ухмыльнулся и откинул голову назад.
– Ты думал, я такой дурак? – Резко поднявшись, он слегка нагнулся к коленям, затем потянулся и размял плечи. Его живот оголился, а штаны, и так еле державшиеся на бедрах, чуть не свалились. Я зажмурилась. Вот только этого мне не хватало. И как теперь жить? Пит быстро поправил брюки и потряс руками: – Короче, если не согласишься, сообщу все твоим друзьям, красавчик, – и смачно причмокнул.
Бугай крякнул от смеха, а у меня отвисла челюсть.
Неужели он решил, что я транссексуал? Я аж закашлялась, потому что на время забыла, как дышать. Хотя лучше было оказаться трансом, чем девчонкой, особенно учитывая нежданный приезд отца. Но вдруг Пит все-таки раскусил меня, а сейчас просто прикалывается? В любом случае делать нечего. Дружить или сдаваться? Определенно дружить. Даже весело – Пит считает меня трансгендером! Наверно, во время боя подумал, что я ваты туда напихала.
Я подавилась от подкатившего смешка, но смеяться было не самое подходящее время. По идее следовало бояться – и я насупилась и потупила взгляд:
– Ок. Что надо делать?
– Ты сам знаешь…
Щеки распирало от смеха, и следовало удалиться как можно быстрее. Быстро кивнув, я повернулась, чтобы выбежать из дома, но его голос заставил остановиться:
– И не ищи меня. Когда понадобится, сам тебя найду.
«Больно надо», – пронеслось в голове, но я не сказала этого вслух и вылетела в темноту.
Глава 19– Ну? Ты готов? – Пабло, Джимми и Лютер стояли на пороге и недоуменно смотрели на мои взлохмаченные волосы.
– Ты что, забыл? – Это прозвучало как угроза.
Я поморщилась и хлопнула себя ладонью по лбу. Точно, горох его подери! Сегодня у них свиданка!
После встречи с Питом я долго не могла заснуть. От охвативших меня мыслей и эмоций, таких странных, неожиданных и непонятных, я почувствовала себя слабой. Сердце боролось с разумом. Я всегда холодно относилась к выскочкам мужского пола, ясно разделяя границу между нами, но с Питом это не действовало. Тело, как пробитый «Титаник», тяжелело, и я тонула, все больше погружаясь в неведомый океан.
Он подавлял меня. Трудно было признаться, но в его присутствии я чувствовала себя мышкой в клетке, хотя старательно храбрилась. Самое плохое, что как бы я ни пыталась представить вместо него капусту или баклажан, а раньше это всегда срабатывало с представителями мужского огорода, у меня ничего не получалось. Я четко видела лишь идеальный, будто вырезанный из дерева и избавленный от недостатков овал лица, безупречный нос, губы, искривленные в презрительной ухмылке. И глаза. Огромные, синие, поглощающие.
– Ты пропала, Сэм. Не стоит с ним больше встречаться! – мудро советовал разум.
– Но я и не встречаюсь, это он ищет встречи! – хмуро отвечало сердце.
– Это не твой случай. Он не тот парень. И вообще он думает, что ты транс! – упорствовал мозг.
– Да он мне и не нужен. Я сама себе хозяйка, – сердце стояло на своем.
– Но он тебе небезразличен, признайся! – кричал разум до треска в ушах.
– Да замолчишь ты наконец? Откуда вообще ты свалился на мою голову?! – Чтобы его заткнуть, пришлось удариться головой о стенку. Один раз – все-таки другие мозги не купишь, а остаться совсем без них тоже было не вариант.
И так всю ночь напролет. Как я ни пыталась отвлечься от этой борьбы: и подушку на голову клала, и голову прятала под подушку, ложилась задом наперед, сидела на корточках, лезла под кровать… Но сон испарился, исчез.
Настало утро. Уставшая и измученная, я валялась на матрасе, задумчиво ковыряя фольгой от жвачки в зубах и разглядывая потолок. Но природа взяла свое: так и не узнав, чем закончился спор, я уснула.
– Давай-давай. Быстренько собирайся. А то мы уже опаздываем, – затолкал меня в комнату Пабло и вошел следом. Открыв шкаф, он начал по очереди выкидывать мои вещи:
– Так, это не подходит. Старье, а это уродство, это вообще не круто…
Вывалив на пол все, что я аккуратно складывала целых полдня, он обескураженно посмотрел на меня:
– У тебя что, вообще приличных вещей нет?
Я только сейчас заметила, что все ребята в костюмах: Джимми даже галстук повязал.
– А-а… По какому случаю? – протянула я, взяв с тумбочки открытую пачку чипсов и кинув ее в Джимми. Это было неожиданно, но тот поймал. Выругавшись, он стряхнул с себя прилипшие крошки и засунул огромную лапу в мой пакет:
– Какого черта ты творишь? – Большая вкусная чипсина отправилась в его рот, а я проглотила слюну и, пока ребята отвлеклись, аккуратно пнула пяткой недоразобранный чемодан под кровать. В нем осталось белье, которое я менять не собиралась. Доберись Пабло до него, опять бы начались вопросы: почему ты не носишь мужские трусы? А тебе яйца не натирает? И тому подобное.
– А что? Свидание будет в Белом доме? Чего так вырядился? – Я вызывающе посмотрела на Джимми, но вместо того, чтобы кинуть пакет обратно, он принялся уплетать мою еду.
– Хе-хе. Очень смешно, – оскалился Пабло и толкнул меня в плечо. – Эти девушки из высшего общества. Понял? Это тебе не какие-нибудь там…
Он повертел пятерней у виска, оттопырив челюсть.
– Какие-нибудь там кто? – Я перевела суровый взгляд на него. – Это ты кого сейчас имел в виду?
– Никого, остынь, – подключился к разговору Лютер. – Просто девушки из известной балетной труппы. Мы познакомились с ними еще раньше, на концерте, и тут по счастливой случайности снова встретились. Ну, ты сам понимаешь, балерины… они не от мира сего. Поэтому хотелось бы выглядеть соответствующе.
– Зато какие куколки… – закрыв глаза, Пабло облизнулся.
– Ну-ну… Слюни проглоти, а то захлебнешься. – Меня чуть не вывернуло от отвращения. Вместо ответа Пабло покосился на уголок чемодана, угрожающе выглядывавшего из-под кровати.
– Там тоже ничего нет. – Я схватила его за рукав. – Думаю, если так необходимо, можно одолжить костюм у Кайла.
Гениальная мысль! Хотя буквально пять минут назад я вообще никуда не собиралась, но лучше так, чем позволить Пабло рыться в моем белье. Пабло поднял палец:
– А это идея! Идем! – и потащил меня к двери.
Но уже через пятнадцать минут я пожалела, что мой выбор пал на Кайла. У него были специфичные представления о моде, и из предложенных мне костюмов: с черепами, в фиолетовую клеточку, с жабами, с жирафом, чью голову поедает крокодил, – самым сдержанным была двойка из черных дудочек и красного пиджака. К нему прилагалась зеленая бабочка, но я отказывалась ее надеть, пока мне не предложили оранжевые носки и такого же цвета шляпу. Костюм придумал знаменитый кутюрье, от исключения любой детали терялся шик – так обиженно заявил Кайл. Пришлось нацепить бабочку. Она как удавка стянула мою шею, но парни восторженно сказали, что мне идет и прежде я никогда так не выглядел. С последним не поспоришь, но мне уже было все равно – лишь бы этот день поскорее закончился.
