Сэм

– Это моя помощница, Мила, – в свою очередь представила ее Мадлен.
Та уже раскидала обновки вокруг себя, что-то приложив к ногам, что-то надев сверху, и стала похожа на чучело.
– Думаю, из купленного тобой барахла это подойдет больше всего. – Откуда-то из глубины вещевой кучи она выудила голубые джинсы с темно-синей футболкой, такого же цвета кепку и кинула их Мадлен. И несмотря на то, что еще вчера и уже сегодня она мне показалась самой отвратительной женщиной на свете, именно сейчас я почувствовала к ней симпатию. Спонтанное поведение обескураживало, наглость раздражала, резкая прямота выводила из себя – и все эти качества были присущи мне. Одета она была просто и удобно: зеленые шорты по колено, коричневая свободная майка. Волосы собраны на макушке в конский хвост. И, не встреть я ее в ночном клубе, никогда бы не подумала, что она носит платья. Признавать поражение больно, особенно перед самой собой, но мне импонировал ее стиль одежды и поведения. Если бы не одно но: что она делала вместе с Питом?
– Вообще-то я это купила просто так, а не для свадьбы, – рассмеялась Мадлен. Она приложила вещи к себе, а затем откинула их в сторону.
– Значит, просто так – как человек, а на свадьбу как курица с павлиньим хвостом? – хмыкнула Мила.
– Курица с павлиньим хвостом и есть павлин, – улыбнувшись, поправила ее Мадлен.
– Каким бы ни был пышным хвост, за ним не спрятать куриную жо… – Мила осеклась и посмотрела на меня. – Что? – рявкнула так внезапно, что я вздрогнула. Пришлось согласиться – я сидела и пялилась на нее в открытую с того самого времени, как она пришла. Ну а что? Я перевела взгляд на потолок.
– Ладно. – Мила встала и сняла с себя обновки Мадлен. – Я пойду, тебе больше не нужна моя помощь. Для жениха наряжайся сама. – И, еще раз недобро зыркнув в мою сторону, переступила через гору одежды и направилась к двери. – Да, и будь осторожна с маленькими мальчиками. Я, конечно, понимаю, девичник там и все прочее, но не пускать же их к себе.


И это злобное «авокадо» снова мне разонравилось. Я шумно задышала и только открыла рот, чтобы высказаться, но она ушла. Мадлен, заметив мое негодование, усмехнулась:
– Не обращай внимания. Людмила немного странная. Вечно все бегом, вечно забывает. – Она подошла к креслу и принялась раскладывать всю вываленную Милой одежду обратно по пакетам.
– Да уж. Странная не то слово. – Я решила умолчать о ее связи с Питом. Возможно, пригодится потом. Мало ли? – И как ты съездила? – сменила я тему, забравшись с ногами на диван.
– Замечательно! – Мадлен кивнула. Не особо радостно, но и не грустно. Она не смотрела на меня, отводя глаза и будто специально избегая зрительного контакта, хотя я всем телом подалась вперед и облокотилась о колени, пытаясь поймать ее взгляд. – Бумаги оформлены, осталось дело за малым.
– И… Когда же свадьба? – Не то чтобы меня распирало от любопытства, просто после странной реакции отца на ее фотографию я должна была это знать.
– В следующем месяце. Мы не хотим торопиться.
Она замолчала. Почему-то мне было стыдно спрашивать, кто жених, хотя и казалось странным, что она до сих пор ничего о нем не сказала.
Много я о себе возомнила. Ведь мы никакие не друзья.
– Ты не забыла? Сегодня полуфинал командных игр. – Ее последующие слова подтвердили мои предположения: она не хотела обсуждать со мной личную жизнь. – Ты же придешь?
Она поставила пакеты рядом с дверью и подняла вещи с пола, чтобы отнести в шкаф.
– Не знаю. – Я вообще забыла об этом. И лучше бы она не напоминала. Мне совсем не хотелось туда идти, но теперь точно придется.
– Я надеюсь тебя там увидеть. Будет весело! – Что и требовалось доказать. Ненавязчиво, но она не оставила шанса на отступление и ушла в свою комнату.
Меня же сейчас занимало совсем другое. Следовало позвонить Пабло и узнать о встрече с поставщиком, что я и сделала, выйдя на улицу.
– Пабло? Это Саманта.
– О, привет. Рад тебя слышать. – В трубке шумел прибой. – Всё путем. Я договорился.
А я думала, что он вообще о разговоре забыл. Вытерев взмокший лоб ладонью, я зажала трубку между головой и плечом.
– И? – как бы я ни старалась сдержаться, но голос прозвучал взволнованно.
– Она сказала, что партия будет только через неделю – тогда и свяжемся. Не переживай, я сразу позвоню.
– Хорошо. – Пабло отключился, не услышав мой ответ.
Неделя. Долго. Но зато была гарантия, что за эти дни она никого не отравит. В раздумьях я не заметила, как дошла до парка. Глянула на часы. Что ж, у меня уйма свободного времени. Почему бы и не сходить на конкурс? По дороге я встретила ребят. Они тоже направлялись туда – все, кроме Пабло.
– Эй, Сэм. – Поравнявшись со мной, Лютер отвесил легкий подзатыльник. – Ты что, не вернешься к нам? Мадлен же приехала.
В вопросе чувствовался подвох. Я схватила его за руку.
– Полегче! – С детства не любила подобные выходки.
– Не кипятись ты! – отмахнулся от меня Лютер. – Так как? Когда вернешься?
– Не вернусь, – нахмурившись, я помотала головой. – Она мне предложила пожить у нее.
Ребята тут же остановились.
– Ну, что я говорил?! – воскликнул Джимми. Он лукаво улыбнулся и погрозил мне пальцем. – С чего бы взрослой женщине приглашать к себе жить парнишку? Давай колись.
– Да отстаньте вы, придурки. – Я фыркнула. Хотя не согласиться не могла, это действительно выглядело странно. – Все одно у вас на уме. И вообще, она выходит замуж.
– Ого! – Лютер нетерпеливо заморгал. – Ну а ты при чем?
– Он свечку держать будет, – рассмеялся Джимми и этим окончательно отбил у меня желание продолжать разговор.
– Она не живет в бунгало, а ночует у своего жениха. Понятно? – добавила я весомый аргумент в свою пользу. – Пока, ребята. Мне пора. – Идти на конкурс перехотелось, и я повернула в противоположную сторону.
 
Глава 23

Медленно прошли три дня. На тренировки я не ходила, чтобы избежать встречи с Дэном, с ребятами не виделась, не желая провоцировать их на колкие издевки. Пит тоже будто испарился. Обычно я постоянно сталкивалась с ним в самых неподходящих местах, но сейчас его нигде не было. Я сидела на диване в гостиной и вертела в руках телефон. Все эти дни я старательно пыталась привлечь внимание Мадлен к нашей фамилии. Я зачитывала ей статьи из интернета, где упоминалось о корпорации «Борн», по несколько раз возвращалась к имени отца. Мадлен же реагировала рассеянно и без интереса. Ни движением, ни взглядом она не дала понять, что они были знакомы. И это удручало. Как спрашивать о человеке из прошлого, которого она не знает? Или у отца были иные причины держать ее фото в тайнике? Но какие? Единственный, кто мог ответить на этот вопрос, – он. Поэтому оставалось ждать.